Уроки доверия

Человек на другом конце провода негромко засмеялся, и от его приятного смеха крохотные волоски на руках Натали неожиданно встали дыбом. Ей стало очень любопытно и немного страшно.
— Есть одно волшебное средство для раскрытия любой тайны, — сказал Эндрю Харпер.
— Какое? — спросила Натали с неподдельным интересом.
— Деньги.
Деньги! Натали вздохнула. Еще одно зло, отравляющее людское существование. Смешно, но именно этого зла ей катастрофически не хватало на претворение в жизнь мечты.
— В октябре я планирую открыть выставку, — пояснил фотограф. — Все почти готово, но для раздела «Свет твоих глаз» не хватает нескольких снимков. Без них экспозиция выглядит неполной. Такое ощущение, что я что-то не уловил, не доработал. Понимаете?
— Да, но… при чем здесь я? — спросила Натали, поймавшая себя на мысли, что в прямом смысле слова заслушалась голосом необычного собеседника.
— Видите ли, в моем воображении снимки давно готовы, — продолжил Харпер. — А найти подходящую модель я никак не мог. И вот в один прекрасный день мне в руки попадает журнал… Гм… название вылетело из головы…
— Наверное, «Лабиринт», — подсказала Натали.
— Точно! «Лабиринт»! — повторил Харпер обрадованно. — Я открываю его, вижу вашу фотографию и понимаю, что именно в поисках вас буквально сбился с ног. Естественно, я тут же выяснил, где сделан снимок, и отправился туда, прекрасно понимая, что за красивые глаза мне никто ваш телефон не даст, а потому настраиваясь распрощаться с кругленькой суммой. Перед деньгами бессильны все.
Натали поежилась.
— По-моему, вы ошибаетесь…
— А по-моему, нет. Но речь не об этом. Я звоню, чтобы попросить вас попозировать мне. На это уйдет максимум неделя.
Сердце Натали ёкнуло от радости и испуга. Этот Эндрю Харпер возник из ниоткуда да еще в тот самый момент, когда впервые в жизни она испытала острую нужду в деньгах. Это выглядело несколько подозрительно, хотя его объяснение казалось вполне логичным.
— Почему же вы тянули целый месяц, — осторожно поинтересовалась она, — если буквально сбились с ног, разыскивая меня?
— Мне помешали кое-какие проблемы, — спокойно ответил Харпер. — Семейного характера. Но теперь все позади и я с чистой совестью возвращаюсь к работе. Итак, вы согласны?
— Если честно, в агентстве Дюпре я уже не работаю, — пробормотала Натали, не зная, как ей быть. — Я вообще больше не снимаюсь…
— Тем лучше! — с воодушевлением воскликнул Харпер. — Значит, если мы договоримся, вы будете принадлежать только мне… В смысле съемок, разумеется, — торопливо добавил он.
Натали закусила губу и нервно затеребила край футболки. Ей выпадал редкий шанс, но, чтобы им воспользоваться, следовало, по крайней мере, на время превратиться в себя прежнюю. Нарядиться в некогда любимые одежды, привести в порядок лицо, волосы, ногти. То есть с головой окунуться в изобилующий соблазнами мир, который теперь она люто ненавидела.
— Вас что-то останавливает? — проницательно заметил Харпер с еле уловимым волнением в голосе. — Ах да, какой же я болван! Вы, разумеется, ничего не ответите, пока не узнаете, на какую сумму можете рассчитывать, и сколько времени в день я собираюсь у вас отнимать. Правильно?
— Гм… — Вообще-то Натали не успела об этом подумать. — Да, конечно… Было бы интересно узнать.
— Мне бы хотелось познакомиться с вами поближе, чтобы лучше понять, изучить. Если вы согласитесь, тогда завтра утром приезжайте ко мне в студию, и я сделаю пробные снимки. Потом мы где-нибудь пообедаем вместе, а вечером опять встретимся и пообщаемся.
Натали напряглась, встревожившись. Уж не маньяк ли этот Харпер? — подумала она. Не намеревается ли он столь изощренным способом добиться своей преступной цели? Обед, общение… Не слишком ли много суеты ради каких-то нескольких снимков?
— Только, пожалуйста, не волнуйтесь, — милейшим тоном попросил Харпер. — Я не сумасшедший и не причиню вам вреда. А прошу пообедать со мной исключительно из любви к искусству. Понимаете, когда модель — человек мне знакомый, я в состоянии предугадать малейшее изменение выражения его лица, глаз, а соответственно, и поймать для съемки нужный момент. Все, о чем мы сейчас условимся, непременно включим в договор. А его подпишем первым делом.
 
Услышав о договоре, Натали расслабилась. Следовало только внимательно его прочесть и определить, не липовый ли он и все ли в нем предусмотрено…
— Если мы приступим к работе завтра, то к следующему вторнику, думаю, закончим, — сказал тем временем Харпер.
— А побыстрее нельзя? — спросила Натали, представив, что будет вынуждена целых семь дней красить глаза и губы и укладывать прядки волос воском.
— Нет, — ответил Харпер твердо. — Спешкой можно только все испортить. Я планирую фотографировать вас раз по пять в день, не более. В итоге получится около тридцати пяти снимков, из которых для выставки я выберу лучшие. Мне нужна неделя.
Натали вздохнула, понимая, что переубедить его не в силах. Сомнения мучили ее до той минуты, пока Харпер не произнес магических слов:
— За каждый день работы я предлагаю вам семьсот долларов. За обед и ужин буду платить сам. Ну как, вы согласны?
У Натали перехватило дыхание. Почти пять тысяч за тридцать пять снимков! Ей хотелось сказать, что за такие деньги Харпер может располагать ее обществом еще и за завтраком, но от ошеломления не смогла и рта раскрыть.
— Натали, — позвал Харпер, — вас не устраивает сумма?
Она испугалась, что сейчас ему надоест ее уговаривать и он примется искать другую модель, и поспешно произнесла:
— Устраивает.
— Отлично. Тогда завтра в десять я жду вас в студии. Запишите адрес.
Натали схватила ручку с полки для ключей и слегка дрожащей рукой записала в раскрытом блокноте на телефонном столике продиктованный Харпером адрес. Ей не верилось, что происходящее правда. Мысли в голове путались, словно она выпила чего-то крепкого — бренди или виски.
— Жду вас с нетерпением, — произнес фотограф, явно собираясь завершить разговор.
— Подождите, — остановила его Натали, пытаясь заставить себя прийти в норму и еще раз все хорошенько взвесить. — А… во что мне следует одеться?
— Не имеет значения. Для меня главное — ваше лицо, точнее глаза. Помните, как будет называться раздел, где я размещу ваши снимки?
Натали задумалась.
— А да, «Свет твоих глаз».
— Вот именно. Итак, до завтра.
Положив трубку, Эндрю провел рукой по покрывшемуся капельками пота лбу.
— По-моему, получилось, — выдохнул он, не веря, что основной этап проворачиваемой им операции остался позади.
На подготовку ушел весь предыдущий день, масса энергии и изобретательности. Приняв окончательное решение, он тут же наметил план действий.
Пытаться поселить в сердце Натали новую любовь было глупо и весьма опасно, поэтому Эндрю отмахнулся от этой идеи как от нестоящей внимания. В ход следовало пустить другое действенное средство — всеми обожаемые деньги. Эндрю посчитал, что перед отъездом они не покажутся Натали лишними, тут же позвонил бывшей однокласснице-манекенщице, узнал у нее, сколько в среднем зарабатывает начинающая модель, и прикинул, сможет ли предложить Натали более крупную сумму.
У него был приличный доход и счет в банке, так что о деньгах Эндрю мог не беспокоиться. Но вот какую он мог предложить Натали работу? Не пол же мыть в офисах на отцовском предприятии! Она снималась для журналов и рекламы и училась в университете. Значит, надо было придумать что-то такое, что ее заинтересовало бы.
Недолго думая, он взял записную книжку и принялся обзванивать приятелей, спрашивая, нет ли у кого знакомого фотографа. Знакомый фотограф разыскался у Брэда, парня, с которым Эндрю познакомился в спортзале лет десять назад.
 
— Насколько я знаю, у него небольшая фотостудия, но сейчас он в ней почти не появляется, — сказал Брэд. — Открыл на пару с братом фотомагазин и занимается в основном им.