Попаданка за пять монет

— Мираниэль, дочь Киронда! — гордо расправив плечи, сообщила она. — Я из Мервиндела, — добавила она, словно этот самый «Мервиндел» был известен во всех мирах.
— А меня Анна дочь Вячеслава, — ответила я. — Я из России.
В общем спустя четверть часа мы с девушками активно рассказывали друг другу, откуда мы тут взялись.
И самое интересно, что тут не было ни одной девушки, кроме меня, из не-магического мира. Из мира, где опираются на технику и науку, а не на магию. К тому же только меня отправил в другой мир другой человек. Остальные, как положено, просто провалились в какие-то дыры в пространстве-времени.
Например, пышная красавица-шатенка Мариса гуляла по саду, спустилась в старинный склеп (из простого женского любопытства), увидела, что там колеблется воздух. И вместо того, чтобы убежать в страхе, подошла разобраться, что за непонятное магическое явление предстало перед ней. Ну и провалилась…
— Кто б мне сказал, почему мы все именно сюда попали… — задумчиво сказала я.
И тут дверь, наконец, открылась и появился тот первый мужчина, что встретил меня при попадании.
— Ты, — он ткнул пальцем в серебряноволосую Гасию. — Пойдем на инструктаж.
— Похоже, инструктировать будут в порядке появления здесь, — шепнула мне Мираниэль, которая оказалась на поверку вовсе не такой уж гордой и высокомерной. — Значит, я предпоследняя, а ты — последняя. Может, все же пустить ему стрелу в глаз? А то к нашей серебряной и грудастой я уже привязалась! Только попробуйте ее обидеть — дело будете иметь со мной! — крикнула она в закрывшуюся за мужчиной и Гасией дверь.
* * *
Мы с тремя оставшимися девчонками, конечно, дергались. Чтобы немного успокоить и развлечь их, я извлекла из сумочки смартфон и показала, что он может. То есть парочку игр, несколько фоток из своего мира. Интернета-то не было. И я с тоской глядела на значки, показывающие отсутствие сигнала.
Девчонки были в восторге!
— Какая классная магия в вашем мире! — сказала нежная брюнетка Сита. — Вот бы мне такую штуку, я могла бы показать вам свой домик… — это она, конечно про фотографии.
И объяснить девчонкам, что это не магия, а техника — не удалось. Для них наука — та же магия, просто «какая-то другая», как сказала Мираниэль.
В общем, ближайшую четверть часа мы скрасили тем, что смотрели мои фотографии, я слушала оханья и аханья на тему, какая интересная у нас мода. Ведь на фото, конечно, попадалась и я в разной одежде, и друзья.
А потом вернулся наш «опекун», как успели прозвать его девчонки. Один, без Гасии.
— Что ты с ней сделал?! — встала перед ним Мираниэль, а ее рука потянулась к кинжалу за поясом.
Мужчина устало поглядел на нее.
— Попаданка Гасия обедает, потом ее приведут в порядок, — ответил он. — Теперь ты, — и указал на следующую девушку — нашу хрупкую Ситу.
На трясущихся ногах кроткая девушка последовала за ним. А нам не оставалось ничего другого, кроме как поверить, что после «инструктажа» действительно кормят и… дают одежду, что ли.
В общем… все это напоминало какой-то волнительный экзамен. Только после экзамена студенты безвозвратно пропадали.
К концу мы с эльфийкой остались вдвоем. Она принялась ерзать, возмущаться особенно сильно, проверять свое оружие. Да и мне становилось все больше не по себе.
Во-первых, действительно уже очень сильно хотелось есть, в животе позорно бурчало от голода (вот у Мирки почему-то не бурчало, наверное — особенности благородного эльфийского метаболизма).
А во-вторых, я понимала, что скоро останусь тут одна. И станет совсем тревожно…
Кстати, Мирка и верно оказалась кем-то вроде эльфа. По описаниям почти все сходилось. Конечно, у ее расы не было бессмертия, подаренного эльфам великим профессором Толкином, но жили они очень долго. По несколько тысяч лет. Самой Мирке, между прочим, недавно исполнилось шестьдесят, а ни одного седого волоса! Они любили лес, природу, даже черты лица и фигура напоминали стереотипных эльфов. Сами себя они называли «грауни» и считали высшей расой — на фоне более короткоживущих людей.
Вот почему долгий срок жизни становится предметом для гордости?
Но поднять этот философский вопрос я не успела — Мирку забрали на инструктаж. Оставалось надеяться, что мы еще увидимся. А если нет? Аааа…. Страшно-то как…
В общем, последнюю четверть часа в «гареме» я провела за очень простым и понятным занятием.
Грызла ногти. Ну, бывает у меня от волнения, извините.
А когда дверь открылась, и вызвали меня, дернулась, словно получила удар.
«Ну, была — не была!» — подумала я. Если будут убивать и насиловать (вдруг они передумают и станут плохими!) — буду сопротивляться до последнего. То есть до того момента, как убьют.
Мужчина провел меня по небольшому красивому коридорчику в комнату, на которой было написано… Так, а читать-то по-здешнему я научилась?
Оказалось, что научилась. Табличка с сияющими (видимо, магическими) буквами гласила: «Кабинет первичного инструктажа и первоначального распределения». Вот инструктаж — хорошо. Это я смогу вопросы задать!
А слово «распределение» как-то нервировало! Вдруг распределят на галеры? Тьфу… нет, я же попаданка, а не попаданец. Значит, вдруг распределят в гарем к местному султану, ежели такой имеется. И буду я, как достославная Анжелика, бороться со страстью ненужного мне тирана…
— Проходи, садись, — тоже очень устало сказал знакомый голос — того второго мужчины, постарше. Кроме него в кабинете был еще один мужчина, тоже в летах, весьма важного вида. Лицо у него было суровое и немного недовольное.
Нас разделял красивый стол из темно-бордового дерева, и я устроилась в предложенном креслице напротив.
Вот точно — экзамен. А эти мужички — комиссия.
— Морин Корт, главный распределитель попаданок Грайаноса, — представился важный мужчина без особого энтузиазма. — Сообщи имя, возраст и род занятий.
— Анна Вячеславовна Иваницкая, двадцать земных лет. Попаданка.
— Да нет! — поморщился Морин. Из-под лацканов у него, кстати, выглядывала особенно пышная манишка. Видимо обилие рюшей на ней — показатель статуса. — До попадания ты чем занималась?
— Студентка физфака.
— Студентка чего? Какого еще «фака»? Уточни.
— Физического факультета, — вздохнула я.
Очень хотелось сказать: «Вопросы здесь задаю я!», ведь у меня должен быть инструктаж, а не допрос. Но я не осмелилась. Все же чужой мир, все такое… И мужчины мало походили на невинных овечек.
— То есть ты училась магии? — с интересом спросил он, оценивающе глядя на меня, и закусил кончик пера, которым писал. — Бытовой магией владеешь?
— Нет. Я изучала… — я подумала, как лучше описать, чем именно занимает физика. — …Мироустроуство.