Тень моей хозяйки

— Эли моя рабыня, — чуть высокомерно задрав подбородок, проговорила Адриана и наколола на вилку спелую оливку. — И приказываю ей я, а не ты, Тейн.
— Спасибо, что не сказала это при ней, — усмехнулся Мартейн. — Мой авторитет владельца Асфы в целости и сохранности. Но всё же, неужели тебе не хватает власти над тенями в Междумирье?
— Ты неправильно понимаешь меня, — грустно улыбнулась моя хозяйка. — Мне просто важно, чтобы здесь, в чужом краю, у меня было что-то своё. Я купила эту девушку не ради забавы, я хочу помочь ей. Это моё дело, личное. И я не хочу, чтобы ты использовал её в интригах Магистрата.
— Я и не собирался её использовать! Я лишь говорил о том, что её появление удивительным образом совпало с тем, что я пытаюсь продвинуть новые законы. Она ни в коем случае не пострадает из-за козней старых пауков. А ты… возможно, ты подружишься с ней. Тебе ведь не хватает подруги, верно? И ты отказываешься ездить в гости к другим советникам.
— Чтобы слушать пустопорожнюю болтовню их жён? Это неинтересно, Тейн. Я лучше пообщаюсь с демонами из сумрака, чем буду делать вид, будто мне нравится выгуливать платья и украшения. Супруги и любовницы твоих коллег чужие мне и навсегда останутся такими, прости.
Мартейн отложил приборы и осторожно накрыл ладонью руку жены.
— Как и я, верно?
Адриана не отняла руку, покачала головой.
— Нет. Ты мне не чужой после всего, что у нас было. И ты знаешь, что я всегда буду поддерживать тебя во всех начинаниях. Я знаю, какой ты человек, Тейн, и я восхищаюсь тобой.
«Милая, добрая хозяйка! Он ведь хочет, чтобы ты любила его, а не уважала или восхищалась», — подумала я, не в силах сдвинуться с места.
— Они называют меня фантазёром и мечтателем, — с грустью проговорил советник, поглаживая пальцы Адрианы. — А я не могу отказаться от мечты, когда она совсем рядом. Я всё ещё верю, что у нас всё получится. А ты?
— Я хочу верить, Мартейн, — очень тихо ответила призывательница.
— Иди ко мне, — попросил он, отодвигаясь от стола и раскрывая объятия.
И Адриана покорно пересела к нему на колени и коснулась ладонью его щеки. Советник Фоули нетерпеливо стиснул её в горячих объятиях и начал целовать её лицо, шею и открытые ключицы. А она… нет, не сопротивлялась, но почти не отвечала ему. Её словно окутывал непроницаемый ледяной кокон, растопить который был не в силах даже такой опытный стихийный маг, как Мартейн Фоули.
К моим щекам прилила кровь. Я вспомнила, где я нахожусь и чем занимаюсь, и вся загорелась от стыда. Сердце забилось взволнованно, неровно. В доме магистра Гедриса я никогда не подсматривала за хозяевами, мне бы и в голову не пришло такое, а теперь! Надеюсь, никто из слуг или рабов не увидел, как я стояла, прижавшись лбом к дверям столовой.
Когда я в последний раз заглянула в щелочку, советник уже подхватил жену на руки, перенёс на диван, стоящий неподалёку от камина, и стал нетерпеливо стаскивать с неё платье. Мне казалось, с его разгорячённых рук слетали искры, когда он воевал с застёжками на одежде Адрианы. И мне было жарко, а моей хозяйке — нет. Она совсем не пылала от страсти, лишь исполняла свой супружеский долг. И всё.
Запершись в каморке, я долго ещё размышляла обо всём, что увидела и услышала. Мысли толкались в моей голове, но ярче всех была одна. Запретная, невыносимая мысль, которую я не только не произнесла бы вслух, но не записала бы и в тайный дневник, если бы он у меня был.
Я поняла, что мне нравится советник Фоули. Я остро почувствовала необходимость в том, чтобы и меня кто-то обнимал и целовал. И чтобы этот кто-то был он, владелец острова Асфа. И он ещё смеет называть себя фантазёром и мечтателем. Нет, настоящая фантазёрка здесь я, безо всяких сомнений!
Пометавшись по комнате, я улеглась на кровать и накрылась с головой. Можно подумать, одеяло могло потушить мои мысли. Нет, в жарком тёмном коконе мне ещё больше думалось о запретном. На коже то пробегали мурашки, то выступал холодный пот. Я зажмурилась и обеими руками вцепилась в свой ошейник, который оберегал меня от магии. Лучше бы он сберёг меня от чувств, которые будоражили мою кровь!
Так я и провалилась в сон — съёжившаяся в комочек и пылающая от стыда и злости на себя.
 
11
Когда на следующее утро я приступила к работе, на кухонном столе меня ждали подносы с завтраком и два комплекта приборов. Ночной морок и стыд приутихли, сейчас я искренне радовалась тому, что хозяева вновь сблизились. Я надеялась увидеть довольного жизнью советника Фоули и заспанную, но оттаявшую от его любви Адриану, которая обычно спала подольше, а сегодня поднялась для того, чтобы составить мужу компанию в столовой.
— Архимагистр заявился, собственной персоной! — громким шёпотом сказала мне кухарка.
— Ой, — заволновалась я. — А зачем?
— Кто его знает зачем? Противный старый хрен, так бы и подбросила ему в миску крысиного яду, тьфу! — Она выругалась и сердито плюхнула на поднос глиняный горшочек с кукурузной кашей. — Вечно изводит нашего господина придирками да замечаниями. Мечтает из Совета выгнать, да всё не выходит никак, Мартейн-то поумнее будет.
Я вспомнила, с каким жаром советник говорил о том, что не собирается сдаваться, и моё сердце вновь затрепыхалось в груди. Нет уж, никакой старый паук не страшен такому магу, как Мартейн Фоули!
Уже схватив чайник и двинувшись в коридор, я мельком увидела своё отражение в маленьком зеркальце, закреплённом над раковиной. Миралитовый ошейник ярко блеснул в отражённых лучах утреннего солнца. Нет, я не должна показываться на глаза Архимагистра в таком виде! Пусть даже он узнает о том, что в доме Фоули есть рабыня с магическим даром, но не от меня.
Я огляделась и заметила на веранде брошенный Верой шейный платочек. На рассвете было прохладно, а теперь моя новая подруга сняла его и ушла на работу в курятник. Замотав шею косынкой и связав краешки в небольшой бант, я немного успокоилась и пошла накрывать на стол.
Архимагистра я узнала сразу, хотя никогда прежде не видела. Это был стройный седоватый мужчина с цепким и неприятным взглядом тёмных глаз и презрительно искривлёнными тонкими губами. Одет он был в тёмно-синюю строгую мантию, отвороты которой украшали сверкающие магией и драгоценными камнями знаки отличия. Он ещё не начал говорить, но по его лицу уже можно было догадаться, что ничего хорошего он не собирается сказать не только в ближайшие полчаса, но и в ближайшие полгода. Я уже знала, что имя его — Горм Виклунд и что он владеет островом под номером один с красивым именем Найра.
И Мартейн, и его гость стояли возле стола и напряжённо смотрели друг на друга.
— Разговор будет серьёзным, Тейн Фоули! — выплюнул глава Магистрата.
— Что ж, я готов, господин Виклунд, — пожал плечами советник Фоули.
Я прекрасно видела, что хозяину с трудом удаётся сдерживать бурлящий в крови дар. Внезапное вторжение врага в поместье разозлило его. И тем, что было неожиданным (ведь только вчера они с Адрианой со смехом потешались над старыми пауками), и тем, что оно нарушило нежную утреннюю идиллию с женой. «Я тоже буду во всём поддерживать тебя, Тейн», — решила я про себя, расставляя чашки.