Связанные браком

Я, конечно, натянула на себя остатки платья и тут же прикусила губу, пытаясь хоть как-то взять себя в руки и заставить голову заработать. Но никак. В моем разуме все еще сквозил странный туман.
Эдвор же резко приблизился ко мне и больно схватил за подбородок, заставляя задрать голову. Я распахнула глаза, встречаясь со злым взглядом мужчины, и ахнула в испуге. Казалось, что в этот момент ненаследный принц меня ненавидел, столько ярости было в его взгляде, Эдвор придвинул свое лицо к моему, обескураживая меня.
Неужели он хочет меня поцеловать? Поцеловать, ненавидя? Но Эдвор лишь с шумом втянул носом воздух у моих губ.
— Дурман-трава, — зарычал он, словно самый настоящий хищник, — разбавленная Карзульским нектаром. Отличная уловка, просто высший балл, — отрывисто произнес он.
Голос Эдвора звучал очень тихо, но от этого не менее угрожающе. Казалось, что, наоборот, было бы лучше, закричи он на меня, тогда не было бы настолько страшно. А сейчас в глаза мне смотрел совершенно другой, незнакомый мне человек, и он не только меня ненавидел, но и убить мог.
Пальцы на моих скулах разжались, отталкивая мое лицо от себя, а затем Эдвор замахнулся, и я, ахнув, лишь зажмурилась, но вместо того, чтобы отклониться или спрятать лицо в ладонях, крепче обняла себя за плечи.
Удара не последовало.
Я открыла глаза и увидела зависшую в воздухе мужскую руку, тогда как глаза мужчины были зажмурены. Эдвор скривился, крепче сжал челюсть, а затем резко выбросил:
— Уходи.
— Я…
— Убирайся, Милли!
И я, подскочив, побежала. Из его башни, к мужской лестнице, на которой даже ни разу не была, добралась до первого этажа, даже не молясь Мигрис-матушке. Я просто бежала босиком через все общежитие, сначала к женской лестнице, затем на третий этаж и в комнату. В комнату к сестре. Лишь бы скрыться. Лишь бы никто не видел ни моего разодранного платья, ни босых ног, ни растрепанных волос, ни синяков, уже наливающихся на коже.
А оказавшись наконец-то в безопасности, я рухнула на кровать сестры и, уткнувшись в подушку, зарыдала.
На наших с Эдвором руках проявилась брачная вязь.
Обычно она проявляется в храме во время брачного ритуала. Но у пяти самых древних родов магия потомков сама ставила эту вязь во время первой брачной ночи.
Могла бы заплакать еще сильнее — непременно заплакала бы от накатившего на меня осознания того, что произошло между нами с Эдвором. Первая брачная ночь. Могла бы смеяться — рассмеялась бы.
Мама рассказывала об этом.
Раньше наши предки так и сочетались браком. Им не нужны были храмы. Их магия была настолько сильна, что боги благословляли их в спальне. Теперь же это почти забытая легенда. Ведь потомки самых древних родом давным-давно не пересекались между собой, не вступали в браки, и вот сегодня…
— Ох, Матушка Мигрис… — зашептала я.
Эдвор подумал, что я все затеяла специально. Одурманила нас. Теперь было понятно, почему поведение и Арбера, и Эдвора так резко изменилось сразу после поцелуя…
— Как же теперь быть-то? — прошептала я в подушку и зарыдала еще горче.
А еще Эдвор мог решить, что и поступление в академию в роли простолюдинки тоже было спланировано. Лишь бы затуманить ему разум и усыпить бдительность, а потом просто женить на себе принца. Хоть и ненаследного…
— Ох, Матушка Мигрис! — повторила я свои причитания намного громче.
Казалось, что чего-то более худшего случиться не может, но и это произошло. Дверь в комнату распахнулась, но вошла в помещение не Мики, а незнакомая мне рыжая девушка.
— Кто вы? — ахнула я и попыталась подняться с кровати, но ощутила саднящую боль между ног и, поморщившись, осталась лежать. — Зачем вы пришли в комнату моей сестры? — более уверенно спросила я, стирая слёзы со щёк.
— Мне сказали, что я теперь буду жить здесь. Меня перевели из Варилийской академии. — Девушка махнула на окно, указывая в противоположную от Варилийской академии сторону. — Что с тобой случилось? Можно я подойду? — тихо спросила она и, быстро отшвырнув какой-то мешочек, сумку и лист на кровать, в которой я обычно отдыхала в комнате сестры, зашагала ко мне.
Я же зажмурилась, понимая, что эта девушка теперь имела полное право выгнать меня из комнаты, и выпалила:
— Прости, можно я посижу здесь? Это кровать моей сестры, она сейчас на паре, а я… — Воспоминания о случившемся накатили на меня пуще дикого пламени. — Я… о Матушка Мигрис, что же теперь будет? — застонала я и опять зарыдала, пряча лицо в ладонях.
— Что с тобой? Эй… я не сделаю тебе ничего плохого. У тебя болит где-нибудь? — Девушка попыталась взять меня за руку, но я, проследив взглядом за ее действиями, увидела брачную вязь и с яростью замахала рукой.
Если бы не она! Если бы не моя родовая магия, не брачные узы и не эта дурацкая вязь, Эдвор не разозлился бы на меня. Он не прогнал бы меня и не возненавидел!
— Я должна от нее как-то избавиться, — зашептала я, не до конца понимая, почему говорила об этом незнакомой девушке, — и освободить его от себя. Он ни в чем не виноват. Понимаешь? Это все… это Крезета, а может быть, Алета!
Это же она принесла мне тот бокал. А может, они действовали сообща, ведь именно Кризетта заперла меня в моей комнате, словно знала, что там меня ждал Арбер.
— Это они подмешали мне дурман-траву и заперли в комнате с Арбером, — всхлипывая, зашептала я, словно новая Микина соседка по комнате могла мне как-то помочь… — И если бы… Если бы не ат Эдвор, который появился так вовремя и спас меня, я бы умерла…
И это было действительно так. Я бы не справилась с Арбером. Со своим одурманенные телом, которому в тот момент было без разницы, кому отдаться.
— В той самой комнате отдала бы душу матушке Мигрис. Но Эдвор пришел, а потом… — Слёзы вновь навернулись на глазах. Как же так… — Потом мы с ним, и вот… Это! — Я с ненавистью посмотрела на вязь и начала ее тереть ладонью. Вдруг… вдруг она сотрется? — Теперь с нами это! И теперь все — все это увидят. Что же нам… мне делать?
Я не ждала ответа, просто говорила вслух, желая хоть как-то выплеснуть свое горе, но ответ я получила. Совершенно внезапно.
— Спрячь под иллюзией, — уверенно ответила девушка, а я всхлипнула и серьезно посмотрела на новую знакомую, размышляя о ее словах. Вслух, конечно же.
— Можно спросить у Мики — это моя сестра. Она очень умная и может раздобыть нужное для этого заклинание.
Это могло бы стать выходом. Эдвор умел пользоваться иллюзией, но просить его… страшно.
— А вы его еще не учили? — удивилась рыженькая, буквально отрывая меня от воспоминаний об Эдворе. Как же быть? Как же нам с ним теперь быть?
— Давай я тебя научу, — предложила девушка и наконец-то представилась: — Меня, кстати, Алея зовут.