Грезы о будущем

– Должен же быть какой-то другой выход, – прошептала она, обращаясь больше к самой себе.
– Если ты думаешь о том, чтобы представить им вместо меня Уитхема, то это не выход. Может, он и дока в суде, но в бизнесе ничего не смыслит, как, между прочим, и в отношении тебя.
Когда до Эшли дошел смысл этих слов, она изумленно подняла глаза, только сейчас сообразив, что совсем забыла о Мартине. Девушка тут же снова воинственно вскинула голову.
– Как ты легко расправился с моим счастьем, – начала она.
– Ты имеешь в виду Уитхема? Ты меня просто поражаешь, моя радость. Наверное, в нем есть что-то особенное, раз он сумел растопить твое ледяное сердечко.
– То, что у тебя самого ничего не вышло, не значит, что другой мужчина не может добиться у меня успеха, – бросила в ответ Эшли.
Джо наклонил голову, вежливо соглашаясь:
– Стало быть, тебе противны только мои прикосновения. Что ж, век живи, век учись. – Он огляделся. – Симпатичная квартирка. Ты получишь за нее приличные деньги.
– Я не собираюсь ее продавать.
– Придется. Мы будем жить в Гринхолле.
– Нет! – хрипло выкрикнула Эшли.
– Но это нелепо, – оборвал Джо. – В глазах всего света мы вступаем в брак. Муж и жена должны жить под одной крышей, и мы не будем исключением. Я ясно выражаюсь?
– Абсолютно. – Глаза Эшли яростно сверкали. – А тебе не приходило в голову, что нам составит компанию еще одна особа, которой мое присутствие вряд ли придется по вкусу?
– Со временем мы и с этим разберемся, – пожал плечами Джо. – Впрочем, я не думаю, что Эрика надолго задержится в Гринхолле. Джайлс оставил ей приличные деньги, к тому же она всегда была одержима страстью к путешествиям, которой он не разделял. Теперь ей ничто не мешает наслаждаться жизнью.
Эшли вспомнила, как рука Эрики по-хозяйски лежала на локте Джо, и подумала: «Если не считать того, что она изо всех сил стремится завладеть тобой». А вслух произнесла:
– Наверное, ты в курсе, что мы с Эрикой никогда особо не ладили.
– А тебя никто и не просит бросаться ей в объятия, – усмехнулся Джо. – Полагаю, вам хватит ума сохранять приличия, когда вы будете изредка встречаться.
– А вот это, – сухо отозвалась Эшли, – будет зависеть от того, насколько редкими будут наши встречи.
– Что толку рассуждать раньше времени? – нетерпеливо нахмурился Джо. – Эрика – это моя забота, и я с ней как-нибудь разберусь.
– Ну, конечно, – насмешливо отозвалась девушка. – Ко всеобщему удовлетворению.
Джо вздохнул:
– Согласен, по доброй воле ни один из нас не захотел бы оказаться в такой ситуации. Но сейчас главное – не дать Маршаллам поглотить «Лэндонс». Или ты хочешь, чтобы имя твоего отца украшало их сомнительные проекты?
– Не хочу, – тихо ответила девушка. – Но и эта женитьба, которую ты нам навязываешь, будет нелегким делом.
– А в нашем мире вообще ничего легко не дается, – коротко заявил Джо. – Тебе нечего волноваться, Эшли. Если тебе станет совсем невыносимо жить со мной, всегда есть простой выход. Я не собираюсь привязывать тебя к себе на всю оставшуюся жизнь.
– Спасибо, ты меня утешил, – бесцветным тоном отозвалась девушка и принялась собирать посуду.
Однако она вовсе не испытывала благодарности. Страх, растерянность, горечь поражения охватили ее. Три года она медленно, в муках старалась обрести себя, стать независимой сильной женщиной. И все напрасно. В присутствии Джо она снова превратилась в растерянную девчонку, раздираемую противоречивыми чувствами.
Какая несправедливость! – в отчаянии подумала Эшли. Почему я не могу сделать вид, что он мне безразличен? И почему мне все еще так больно?
Девушка напустила в раковину воды и брызнула туда моющее средство. Джо подошел и встал за ее спиной. Его близость по-прежнему волновала Эшли, и, ощутив его дыхание на своем затылке, она сжалась.
– Значит, договорились, я все подготовлю. Мы поженимся в четверг утром, перед заседанием Совета.
А днем, после его окончания, разведемся, хотелось сказать Эшли, но вслух она подтвердила:
– Да, наверное, так будет лучше всего.
 
Ей все еще не верилось, что это происходит наяву. Она готова продать себя за «Лэндонс», причем так спокойно, словно договаривается о визите к зубному врачу.
– Я буду держать тебя в курсе, – произнес Джо.
Последовала долгая пауза, и Эшли застыла в испуге. А вдруг он сейчас притронется к ней, положит руки на плечи и повернет к себе лицом? Тогда он увидит в ее глазах смятение, а она не могла допустить в его присутствии хоть малейшего проявления слабости.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Джо отошел от нее, и через минуту она услышала, как за ним захлопнулась входная дверь.
И только тогда Эшли поняла, что держится о край раковины с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Девушка медленно, на ослабевших ногах вышла в гостиную. Там она рухнула на диван, не в силах пошевелиться.
Эшли оглядела уютную комнату. Ее дом – этот мир, который она так долго и трепетно создавала из обломков старого, скоро опустеет! И девушка в отчаянии воскликнула:
– Должен же быть какой-то другой выход! Должен!
У Генри Бретта была красивая вилла из красного кирпича с садом, сбегавшим к реке. Как только Эшли припарковалась на гравиевой дорожке рядом с домом, Шейла Бретт, сажавшая цветы у бордюра, выпрямилась и приветливо помахала рукой.
– Эшли, дорогая, какой приятный сюрприз! – воскликнула она, подходя к машине. – Останешься обедать?
Девушка с грустной улыбкой покачала головой:
– Нет, спасибо, Шейла. У меня что-то нет аппетита.
– Все из-за этой гадкой истории с Маршаллами. – На лице Шейлы появилось сочувственное выражение. – Сколько у тебя с ними хлопот! Генри ужасно не хотелось прерывать твой отпуск, но другого выхода не было.
– Твой муж все сделал правильно. – Эшли огляделась. – Он дома? Могу я с ним переговорить?
– Последний раз, когда я его видела, он возился с газонокосилкой, – широко улыбнулась Шейла. – Эта штука больше простаивает, чем работает.
Генри оказался в гараже. Красный и злой, он свирепо вращал отверткой.
– Чертова машина! – сердито бормотал он себе под нос.
– Дорогой, – обратилась к нему жена, – по-моему, тебе пора признать свое поражение и купить новую косилку. Или ты уже вошел во вкус?
Генри поднялся и вытер руки о грязные потрепанные штаны.
– Глупости, – заявил он. – Косилка в полном порядке. Еще пара минут – и она у меня заработает, как миленькая.
– К старости он становится ужасно скупым, – засмеялась Шейла. – Может, ты ему мало платишь, Эшли?
– Не говори ерунды, – неожиданно резко оборвал жену Генри. – Идемте лучше выпьем кофе на веранде.
Пока хозяйка разливала кофе, Эшли вела светскую беседу, расспрашивая Бреттов о детях. Их старшая дочь Джин училась в университете, а сын Колин собирался сдавать выпускные экзамены в шкале. Интерес девушки был искренним. Она всегда любила эту семью. После кочевой жизни с Сайласом их дом казался ей оплотом мира и покоя. Шейла была приятной улыбчивой женщиной, не скрывавшей, что главное в ее жизни – это муж и дети.
Как хорошо, подумала Эшли, потягивая кофе, жить такой размеренной жизнью.
Спустя некоторое время зазвонил телефон, и хозяйка, извинившись, вышла.
Оставшись наедине с Генри, Эшли сразу ощутила неловкость. Лихорадочно соображая, с чего начать, она пробормотала что-то незначащее насчет сада.
– В чем дело, дорогая? – пришел ей на помощь Генри. – Что-нибудь случилось?
Эшли облизнула губы.
– В общем, можно сказать, что да, – осторожно отозвалась она. – Мне кажется, я нашла выход из этой истории с Маршаллами.
– Вот как? – помолчав, спросил тот. – Могу я узнать, какой?
– Об этом и так все скоро узнают, – пожала плечами девушка. Она набрала побольше воздуха в легкие. – Я выхожу замуж за Джо Мэррика.
Генри резко выпрямился, пролив кофе.
– Черт побери! – Он промокнул салфеткой подушки кресла. – Эшли, такими вещами не шутят…