Любовь, сова и бюрократия
Лицо Васкеса оказалось совсем близко, я чувствовала и запах его одеколона, (как можно было принять его за аромат свечи? он же явно мужской!), и даже отросшую щетину на щеке видела! Одним движением лэрд раскрыл хитрый замок и, улыбаясь, спросил:
— И как? Выспались?
Глаза его смеялись, длинные ресницы дрожали — похоже, он едва сдерживался, чтобы не расхохотаться. Зачем мужчине такие ресницы? Это вообще законно? Я медленно моргнула. Соберись, Фелиция! Где твоя хваленая бухгалтерская выдержка? Ресницы, одеколон… что за глупости? Нет у меня на них времени!
— Прекрасно выспалась, благодарю, — с достоинством ответила я.
Лэрд Кристиан потускнел, бросил быстрый взгляд в окно мобиля на нашу тихую улицу и, пока я приглаживала волосы, сунул руку в карман брюк, доставая на свет знаменитый черный перстень менталистов.
Богиня, так он что … тоже? Из этих?
— Это … ваш? — прохрипела я.
— Что? Нет, — рассмеялся Васкес. — Это перстень Тони. Но пока он будет у вас. Надевайте! — и он протянул мне кольцо.
Я с опаской смотрела на его ладонь, вовсе не торопясь брать чужую вещь. Еще и вещь с дурной репутацией!
— Это стационарный маячок, — пояснил лэрд. — Не будь вы едва открывшим дар менталистом, Энтони поставил бы метку на вашу ауру, но пока этого сделать нельзя. И оставлять вас без защиты нельзя тоже. В случае опасности перстень сработает как артефакт вызова.
Я взяла кольцо, вопросы безопасности — это серьезно, а когда речь идет о жизни и смерти, не до щепетильности. Чей там этот перстень, нахального менталиста? Да и змеи с ним!
— Лучше на цепочку, — заметил Васкес.
Без лишних слов я расстегнула цепочку, чтобы, нанизав на неё перстень, убрать в ворот платья.
Вряд ли менталисты разбрасываются своими перстнями направо и лево, а значит…у меня застучало сердце, и от страха потемнело в глазах:
— Вы … вы думаете, в доме опасно? Что-то случилось? С Инэс?
— Нет-нет, не волнуйтесь! — горячо заверил меня мужчина. — Этого как раз я не думаю. Злоумышленники действуют гораздо осторожнее, и вряд ли станут нападать в открытую. Именно поэтому мы пока не можем их поймать, — хмуро добавил он.
— Тогда зачем мне кольцо?
— Потому что мне так спокойнее, — серьезно ответил прокурор.
Не могу сказать, что его слова меня успокоили. Скорее, наоборот. У меня защита, и естественная, и неестественная, а как же Инэс?
Лэрд Кристиан первым вышел из мобиля, открыл мне дверь и, подав мне руку, сказал:
— Не задерживайтесь.
Я кивнула, оглядывая сонную улицу. Одноэтажные домики, ровные газоны, чудесные соседи. Кстати, новых, через дом напротив, я еще не видела — то экзамены, то отчеты, то вот … я покосилась на Васкеса … прокурор…
Васкес проводил меня до самых дверей. В нашей гостиной горел свет, и я немного расслабилась — Инэс дома. Я позвонила в звонок, а лэрд Кристиан глазами показал на металлическую лавочку на нашей террасе.
— Я подожду вас здесь.
Я не успела ответить, дверь открылась. На пороге стояла улыбающаяся Инэс. Слава Богине! У меня ноги от облегчения подкосились — Васкес поймал под локоть.
— Привет, ребенок! А у меня новости! — радостно сказала мне она, а потом заметила, что я не одна. — Лей Кристиан! Вы наконец-то познакомились с Фелицией! Замечательно! Заходите, заходите же скорее!
— Добрый вечер, лея Инэс, — поздоровался Васкес.
— В каком смысле, наконец-то? — окончательно растерялась я.
— Так ведь лей уже две недели как живет через дом наискосок, — ответила мне Инэс.
— Лэрд, — только и смогла поправить её я.
Но вообще — логично. Адрес-то Васкесу я не говорила…
Две недели живет через дом наискосок!
— Значит, лэрд, — ничуть не смутилась Инэс, — Кофе, лэрд Кристиан? Черный, с корицей и без сахара? — лукаво сощурившись, наклонила она голову к плечу.
— С удовольствием! У вас лучший кофе в округе, лея! Не устаю повторять, — галантно отозвался прокурор.
То есть, пока я штурмую его кабинет и не сплю ночами, Васкес распивает кофе в моём доме? На моей кухне? Я скосила на него глаза, он заметил и с улыбкой спросил:
— Интересное совпадение, не правда ли?
— Очень, — задумчиво подтвердила я.
Как бы то ни было, совпадение это еще раз говорило в пользу интуиции Инэс. Меня всегда поражало в ней это потрясающее сочетание творческого начала и деловой хватки. Хотя, если вспомнить, кто её отец … что тут странного?
Десять лет назад я еще не отличалась финансовой грамотностью и несколько дней проревела, узнав, что она продала все свои драгоценности, чтобы оплатить первый взнос на дом. Но с тех самых пор, как его величество затеял масштабную реконструкцию столицы, и наш район оказался ближайшей к центру города зоной малоэтажной застройки, недвижимость здесь многократно выросла в цене. Приватность, тишина и спокойствие — стабильно пользуются спросом у богачей. Будешь тут волосы на себе рвать, получив постановление о сносе…
Васкес пропустил меня вперед, я оказалась совсем рядом с Инэс, и, наклонившись к моему уху, она шепнула:
— Какой скромняшка, надо брать!
Я чуть не подавилась, а она, хохотнув, прошла в гостиную — варить обещанный кофе.
Шутница! Я укоризненно покачала головой ей вслед. У меня вся жизнь распланирована на много лет вперед, и мужчина в этом плане не предусмотрен!
В коридоре у нас висело зеркало. Окинув себя придирчивым взглядом, я поправила прическу и, разглядывая в отражении обтянутую белой рубашкой ровную спину Васкеса, некстати подумала, что мужчины-то у меня в плане, может, и нет, а вот ребенок, желательно девочка, там очень даже значится…
Прокурор, который в этот момент пристраивал свой пиджак на вешалку, замер с поднятой у крючка рукой.
Что-то меня куда-то не туда понесло… какая уж тут девочка? В связи с новыми неучтенными обстоятельствами весь мой прежний план теперь в принципе летит к змеям! Мне нужно как можно скорее запереться в комнате, разложить на полу разноцветные листочки и создать новый, экстренный!
Лэрд Кристиан отмер и, повесив пиджак, развернулся вполоборота, встречаясь с моим взглядом в зеркале. Сердце у меня забилось чаще безо всяких причин. Я потянулась к оставшимся пуговицам на лифе, не зная, чем занять руки.
План. Листочки, стрелочки, циферки… и оставь ты в покое эти пуговицы! Лучше вон, счета-фактуры перепроверь, всё больше пользы, и руки пристроишь.
Руки… у меня пустые руки!
— Моя папка! — охнула я.
— Осталась в мобиле, сейчас, — сказал Васкес и, шагнув к выходу, распахнул дверь, а я только тогда заметила пухлый собранный чемодан, скромно стоящий в углу между шкафом и дверью.