Проклятие Леса
Пока лихорадочно соображала, Свэн успел осмотреть Лиама. От каждого прикосновения тот дергался и издавал протяжные стоны даже во сне.
– У него множественные ушибы, но переломов открытых нет. Это хорошо… Про глубокие раны молчу, надо бы обработать, пока ещё не началась усиленная регенерация.
– Насколько опасны раны? – поинтересовалась, понимая, что обработать их нечем и негде.
– Раны – всегда опасность, но если обработать до регенерации, вероятность осложнений будет меньше. А шрамы… Шрамы останутся в любом случае: когти и зубы оборотней пропитаны ядом.
Вспомнила про свои раны от зубов Дэрэка на спине, но спросила совсем о другом:
– Он сможет идти, как проснется?
– Да, если придет в себя. Повреждены мягкие ткани и возможен болевой шок. Волки тоже чувствуют боль… – многозначительно посмотрел на меня, ища поддержки.
– Ты – врач? – на всякий случай уточнила, хотя понимала, что вряд ли в Лесу среди оборотней мог быть врач.
– Я – волк, – во взгляде было столько сожаления, что стало не по себе, – А мог стать врачом.
Парень явно ценил жизнь людей, и это цепляло, давая возможность выдохнуть и перестать опасаться.
– Сама сильно ранена? – спросил он, подойдя поближе, и протянул было руку, чтоб развернуть и осмотреть спину.
– Свэн, убери от нее лапы! – донеслось из темноты.
Забыв обо всем на свете, присела перед Лиамом на колени, аккуратно касаясь лица и не скрывая радости.
– Малая, похоронила меня уже что ли? Чего такая счастливая?
Я от страха готова была язык проглотить, а он нашел время для шуточек.
– Помоги подняться, брат, – обратился он к Свэну и тот подставил плечо.
– Сильный ты, однако… – заметил парень, со светлой завистью, помогая Лиаму подняться, – С такими побоями я б неделю точно валялся без сознания.
Попробовала помочь и подставить свое плечо, но в ответ услышала насмешливое:
– Ты хочешь умереть от того, что тебя задавил своей массой оборотень? Глупая смерть, не поддерживаю!
Понимала, что такими шутками он пытался отвлечься от боли, но все же возразила:
– Лиам, я хочу помочь!
– Что, Лиам? Не делай из мухи слона, всего лишь царапина.
Свэн нервно хохотнул и спросил:
– Куда вести?
– На дереве больше не безопасно… Веди нас домой.
А чего я удивляюсь? Это лютоволк и, разумеется, у него в лесу не один дом. Ведь он живет здесь постоянно и знает Лес так же хорошо, как я Город.
Не знаю зачем, но спустя время Лиам добавил:
– Нам продержаться всего пять дней, а после ты, малая, будешь дома и постараешься обо всем забыть.
Задумалась и отстала от ребят, размышляя над сказанным. Тон, с которым это было произнесено, излучал предстоящее облегчение, как будто он ждал этого дня с особым нетерпением. Во второй раз вспомнились слова Итана, ведь, если бы Лиам хотел использовать меня в качестве счастливого билета, не стал бы ждать с таким вожделением моего скорого отправления домой. "Один-один", пока ничья…
«Если доставляю столько проблем, зачем он так оберегает? Потому что вожак? Или как это можно объяснить иначе? Он ведь не благодетель, чтоб так себя вести: пошел против стаи, подрался с братом, не тронул меня пальцем, хоть делал ужасные вещи с другими девушками сотни раз…»
Стало мерзко думать об этом, прибавила шаг, пытаясь уловить негромкий разговор парней.
– Дэрэк пошел против тебя, – сообщил Свэн.
– Это понятно… Сколько есть времени? Успею вернуть девчонку домой?
– Не думаю, он собирает стаю, чтоб выследить вас. Хочет убить тебя, сменить вожака, а ее, чтоб остальным неповадно было пустит…
– Молчи! – зло рыкнул Лиам, – Не хочу ничего слышать!
– Лиам, ты слаб сейчас, как никогда, ты не сможешь ее защитить.
– Что ты предлагаешь? Отдать ее? – накинулся на Свэна, хотя парень, по сути, ничего плохого не сказал.
– Просто, стоит ли…
– Стоит, Свэн. Еще как стоит, – прошептал негромко.
Казалось, про меня забыли. Вроде ничего особенного не обсуждали, но было в разговоре такое, к чему моя душа рвалась эти дни. И не признание вроде, но эти слова въелись в сердце, словно краска в кожу.
Мы дошли глубоко за полночь. Устали все, но Свэну предстояло еще вернуться в стаю – оставаться с нами было опасно для него – если нас выследят, парень не должен пострадать.
Глава 20. УбежищеНа этот раз убежище располагалось в скале, прям как в первобытные времена, только выглядело чуть иначе. Как только я попала внутрь, забыла, что мы в Лесу, в пещере.
Это был полноценный дом, сделанный руками человека: со стенами, потолками и полами. И материалы более-менее современные: ламинат, вагонка, ДСП – все, как у нас. Состоял он из трех комнатушек: кухня, зал и небольшой душ.
Кухня отделялась узкой перегородкой, и в ней было все необходимое: вода, посуда, спички и даже маленькая плиточка с небольшим газовым баллоном имелись.
Разумеется, с ванной и туалетом было проблематично, но горячая вода была. Ее, как я поняла, протянули из деревни, а вот свет – нет. Его под землей не протянешь, и раз уж этот дом был тайником, то свет проводить было бы глупо, поэтому довольствоваться пришлось тем, что есть.
Отправив Свэна обратно, Лиам зажег керосиновую лампу, а я собрала все необходимое, что смогла найти для обработки ран, и подошла к нему, на что тот небрежно оттолкнул меня и направился на кухню ставить чайник:
– Мне ничего не нужно, – сказал он и скрылся за перегородкой.
Опешила, так и оставшись стоять в центре комнаты с бинтами. Ведь я просто хотела таким образом сказать «спасибо» за то, что до сих пор жива и до сих пор девочка – все это благодаря ему! Но он снова не подпускал к себе, не давал ни осмотреть, ни обработать, ни что-либо сказать, как будто все откровения в Лесу были произнесены не им.
– Ты опять? – злость застилала глаза.
Бросив попытки выйти на разговор, взяла полотенце и отправилась в скудную душевую. Тут не было привычного комфорта, но была вода, шампунь и полотенце, а значит, было все, что необходимо.
Зажгла свечу, стоявшую на маленьком столике у входа, и принялась стягивать с себя порванную, грязную одежду. В местах, где были раны, она успела прилипнуть к коже – отдирала быстро с криком и слезами.
Стоя на бетонном полу и глядя на стекающую в отверстие горячую воду, позволила стрессу выплеснуться тихими рыданиями. Вода расслабила, запах шампуня вернул на время в мой мир, где все было таким простым, привычным и … скучным.