Мой бывший темный

Мужчина сдвинул брови на переносице.
Затем еще раз очень внимательно рассмотрел мою царапину, слегка потерев.
— Прости. — заторможено произнес он. — Я… обознался. Мне показалось, что это метка… я…
— Ты меня напугал. — я пыталась сказать это с напором, но вышло жалобно.
— Прости… — еще раз повторил он, покачав головой, — не знаю, что на меня нашло.
Он сгреб меня в охапку, обнимая, прижимая к себе. Медленно вдохнул запах моих волос.
Я почувствовала, как он напрягся.
— Скажи честно, Ника. — голос его был очень тихим и каким-то безжизненным. — Они тебя подослали? С какой целью?
Кто подослал? Куда? Он опять? Ведь только же просил прощения!
— А я еще, дурак, удивлялся, откуда выросшая в детдоме может знать наизусть Шекспира, любить театр, живопись, книги… — в его голосе была слышна настоящая боль.
Не выдержав этих обвинений, я оттолкнула его, размыкая объятия.
— Да что с тобой? Сейчас то что не так? Это просто ссадина! — я ткнула себя пальцем в грудь. — У меня никого не было, кроме тебя!
— От тебя пахнет оборотнем! Едва уловимо, я бы может даже внимания не обратил, но…
— Ты рехнулся?! Каким еще оборотнем, я только что из душа?! — злость буквально застилала глаза.
— Какой же я дурак, — это звучало словно приговор. — Ребенок-то хоть настоящий?
— Действительно дурак! Я не навязывала тебе этого ребенка. Если он тебе не нужен, прекрасно. Он — мой.
— Я просто хочу быть уверен, — протянул мужчина, перебирая рукой пряди моих волос.
— В чем уверен? Я тебя не понимаю. И если от кого и воняет, так это от тебя! — в сердцах бросила я.
Виктор усмехнулся, вдруг сделав шаг на встречу, и заскользил руками по моей талии вниз, поглаживая бедра.
Я всхлипнула, то ли от страха, то ли от вспыхнувшего против воли желания. Словно беспомощная оцепеневшая жертва перед решившим взять свое хищником.
Что же это со мной? Нужно немедленно прекратить! Если я позволю случиться всему сейчас, то он так и уверится в том, что у меня есть кто-то еще.
— Ты даже представить себе не можешь… — он замолчал, а затем прищурившись добавил, — Что я сейчас чувствую.
Кто бы мог подумать, что он все так повернет? Решит, что я сговорилась с кем-то, чтобы начать встречаться с ним?
— Виктор, пожалуйста, — я дернулась, пытаясь вырваться, но он лишь усилил хватку.
Это неправильно…
Я вывернулась и оттолкнула мужчину, выбегая из ванной. Он рванул за мной, в спальню, где я попыталась спрятаться.
Схватила покрывало, чтобы прикрыться, но оно лишь выскользнуло из пальцев.
К черту! Куда мне здесь прятаться?! Понимая, что отступать некуда, я резко повернулась и с вызовом вскинула голову:
— Не веришь? Серьезно? Даже после твоего хваленого гипноза?! Ну же, давай. Возьми меня прямо здесь и прямо сейчас! Против воли! Докажи мне, что ты именно такая скотина, от которой я и ушла полгода назад.
Я, конечно, сильно кривила душой. Я сама хотела его. Мне стоило больших трудов не поддаться на его поглаживания и ласки несколько минут назад.
Возможно, это была пресловутая чувствительность беременных, по крайней мере, удобно было сваливать все на нее, а не на собственную бесхребетность.
Но если бы все случилось прямо там, после таких нелепых обвинений, я бы себе не простила.
Мужчина, не ожидавший подобного, отступил. Нахмурился.
— При защите другого клана гипнозу вполне можно сопротивляться, — на лице ледяная маска, тон из злого и насмешливого стал безэмоциональным.
— Клана? Ты вообще слышишь меня? Или себя? Нет? — я была уже на грани срыва. — Тогда читай по губам! Я не понимаю о чем ты! И ни с какими Гаманацами я не знакома, как и с другими венерическими.
— Галавиц, — машинально поправил мужчина. — Мы окончательно выжили их из города пару месяцев назад.
— Избавь меня от своих криминальных подробностей, — я отвернулась, наконец схватив с кровати покрывало, и завернулась в него. — Мне надо одеться. Выйди, пожалуйста.
Вот только выходить Виктор не собирался. Он сделал несколько шагов, остановившись, только когда расстояния между нами не осталось.
— Ты правда не понимаешь?
Я лишь успела беспомощно отрыть рот, жадно вдохнув побольше воздуха, как оказалась захвачена в плен его покрасневших глаз.
Тело ослабло, руки безвольно повисли вдоль тела, покрывало соскользнуло к ногам.
— Нет, — сдавленно ответила я, не в силах сопротивляться прямому вопросу.
Виктор осторожно провел рукой по моему плечу, было видно, как в его теле разгорается желание, как расширяются зрачки.
— Это действительно очень похоже на метку, — он аккуратно прикоснулся к покрасневшему пятнышку. — Я уже понял, что ошибся, но запах… Возможно те кто подставили тебя были оборотнями. Да, наверное из-за этого…
Он выдохнул, растрепав рукой себе волосы.
— Прости. Это очень острый для нас вопрос. А я последние дни сам не свой. Сама понимаешь, не каждый день узнаешь, что у тебя будет ребенок. Мой ребенок. Никогда бы не подумал…
— Это вопрос? — затуманенный гипнозом разум ждал четких команд.
— У меня только один вопрос, — он вдруг коварно улыбнулся, прижав меня к себе. — Ты все еще хочешь быть моей?
Даже под воздействием гипноза мой мозг смог вяло удивиться, но рот против воли открылся, послушно отвечая, выдавая самые сокровенные мысли.
— Хочу…
Он щелкнул пальцами, и оцепенение слетело с меня точно так же, как и покрывало несколькими минутами ранее.
Разум наконец очнулся, и я сразу с размаха залепила ему пощечину.
— Сволочь! Да как ты?!.. — я замахивалась снова и снова, осыпая его лицо и грудь градом ударов, а из глаз текли слезы.
— Тише, тише, Ника… — он пытался меня урезонить, но я лишь сильнее расходилась, не в силах сдержать накопившийся внутри гнев.
— Ника, перестань, успокойся.
— Успокойся? Успокойся?! — кричала я. — Ты не имел никакого права в чем-либо меня подозревать, и уж тем более спрашивать! Тем более это! Особенно после того как угрожал забрать ребенка у меня!
— На счет того, что бы забрать малыша, переборщил, тут согласен… я не должен был говорить тебе такое, — начал было он, но мне уже было все равно. — Я ведь и сам на эмоциях из-за всего этого… Ника!
Не в силах хоть как-то утихомирить, он просто скрутил руки, поворачивая меня спиной.
— Тише. Я сейчас тебя отпущу… — медленно произнес он, словно говорил с маленьким ребенком.