Моя зависимая любовь

— Что случилось? Да что с тобой?! Был такой отличный вечер. Мы веселились. Я строил планы на ночь. С тобой! — он заглушил мотор и всем телом подался к Джессике.
— Ну, прости, что обломала твои планы! — воскликнула она и скрестила руки, от чего её грудь приподнялась, принимая ещё более привлекательную форму.
Коул не мог игнорировать этот вид. Он мечтал о Джессике с той самой секунды, как увидел её, выходящую из калитки. Мечтал медленно расстегнуть все семь крючков на её топе. Стянуть эту юбку-паутинку и, наконец, узнать, есть ли под ней трусики… его взгляд упал в декольте, а потом, еле преодолев земное притяжение, поднялся к её глазам и губам, которые он так ни разу за сегодня не поцеловал. Её будто припухшие, просящие поцелуя матовые губы без капли блеска. Такие, как будто он только закончил их целовать.
— Не бросай меня, а? Детка, это бесчеловечно… Ты сегодня такая!.. Я с ума схожу! Я мечтал о тебе весь вечер. Пожалуйста, — он шептал эти слова и тянулся к ней, отстегивая свой ремень безопасности.
И когда Коул, наконец, коснулся её губ своими губами, она сдалась. Выкинула белый флаг. В очередной раз капитулировала.
Проклиная себя за слабохарактерность, Джессика тянулась и льнула к нему. Прикусывала его губы и втягивала их. Захватывала волосы на затылке и, скользя по их короткой длине, срывалась к шее. Задыхалась и не могла остановиться.
— Детка, поехали ко мне, да? Без тебя я взорвусь или… — но он не договорил и посмотрел на спутницу, ожидая ответа.
— Лучше ко мне. Я и так у тебя провела всю неделю. Девчонки уже должны спать. А завтра… мы приготовим завтрак. Нормальный домашний завтрак, — мысли девушки приняли новое направление.
— Отличный план, — Коул с сожалением оторвался от спутницы, снова завёл мотор и с дублера свернул на Сан-Диего фривей до знакомого уже бульвара Санта Моника, прокладывая самый быстрый путь к дому Джессики.
    
Глава 9. Слишком узкая кровать
Его рука лежала на её бедре и несильно сжимала всю дорогу до Западного Голливуда. Припарковав Ауди на обочине Уоринг Авеню, они зашли на территорию комплекса. Поднялись на верхний этаж. Кругом стояла абсолютная тишина. Джессика порылась в сумочке и извлекла ключи. Ловко отрыла замок и, скинув босоножки и тихо ступая, зашла внутрь, поманив Коула пальчиком за собой. В тишине они дошли до её комнаты, что находилась в самом дальнем углу квартиры. Девушка закрыла дверь и только тогда включила свет и подала голос.
— Вот мы и на месте. Как я и думала, девочки спят. Ванная там, можешь освежиться, полотенце найдёшь там же, а я пока переоденусь, — она уже направилась к гардеробной…
— Джесс, стой! — Коул в одно мгновение оказался рядом и схватил её за талию, прижимая к себе. — Весь вечер меня мучал один вопрос. Не могу не узнать ответ на него, — он выдохнул эти слова ей в шею, протираясь своей легкой щетиной об её нежную кожу.
— Да? Какой? — Джессика чуть откинула голову назад, отдаваясь его ласкам.
— Никак не мог понять, — Коул сместил руки на её ягодицы и принялся тихонько собирать юбку в складки, поднимая подол все выше и выше, пока вся юбка не оказалась у девушки на уровне талии. — В чем ты сегодня была под этим зелёным безобразием, — его руки добрались до нежной кожи ягодиц и исследовали две подтянутые округлости. Ни одного самого крошечного кусочка ткани не было на ней под этой зеленой паутинкой! — Ну, ты даешь!
— Да, как-то так, — она пожала плечами. — К этой юбке не подобрать нижнее белье…
— К черту душ! — прошептал он. — Я представлял, как буду раздевать тебя, детка, — отпустив край юбки и дав ей вернуться на место, он повернул девушку спиной к себе и, рассыпая поцелуи по обнаженной коже, принялся расстегивать один за другим крючки на её топе.
Ему, возможно, пригодился бы опыт, полученный в ходе съёмок мелодрамы: он мог бы за две секунды расстегнуть эти семь крючков. Но растягивать удовольствие, чувствуя, как она чуть вздрагивает от каждого расстегнутого крючка, было намного более возбуждающе, так что Коул не спешил. А Джессика млела, готовая растечься лужицей у его ног прямо здесь и сейчас.
Наконец, последний крючок был освобождён от металлической петельки. Коул скользнул ладонями от шеи Джессики вниз по плечам, подхватывая бретельки и скидывая топ на пол. Следующим движением стянул футболку с себя и развернул девушку лицом к себе, прижимая её к своему телу.
Он целовал её. Глубоко, настойчиво, жадно. Сжимал её тело в своих руках. И тихонько подталкивал к постели. В какой-то момент Джессика уперлась ногами в край кровати, потеряла равновесие и начала падать назад, увлекая парня за собой…
Её достаточно узкой кровати вполне хватало, чтобы спать и высыпаться одной. Но было явно маловато для того, чтобы экспериментировать с позами в ту ночь. И совершенно точно мало, чтобы спать на ней вдвоём.
— Чтоб я ещё раз согласился ночевать у тебя, — бурчал Коул, ближе прижимаясь к Джессике и пытаясь принять удобное и надежное положение, просовывая одну руку под подушкой и ухватываясь за край матраса, второй обнимая хихикающую Джессику. — Если твой завтрак будет таким же, как и эта кровать, я тебя убью. Не шучу, — он глубоко вздохнул, уткнулся в волны её волос и закрыл глаза.
Конечно, можно было прыгнуть в машину и через двадцать минут быть дома в своей удобной постели. Но, во-первых, сил у него уже не было никаких. А во-вторых, теснить её на этой узкой кровати Коулу почему-то нравилось больше, чем раскинуться в удобном положении, но в одиночестве в его просторной постели. Так что парень ещё чуть-чуть повертел корпусом и затих, найдя, наконец, позу для сна.
А Джессика… Джессика была на седьмом небе от счастья. И не могла точно определить причину этого счастья. Она провела с ним все ночи на этой неделе, но именно сегодня, ютясь на этой узкой кровати, она была счастливее всего.
Их сладкий утренний сон грубо прервали. Резко повернулась ручка двери, и в комнату на полном ходу влетела девушка в трусиках и короткой футболке. Она прямиком направилась к комоду Джессики, но, заметив краем глаза, что комната не пустая, остановилась, развернулась и вскрикнула:
— Ой, мамочки!
На неё смотрели две сонные пары глаз. Мужская с любопытством рассматривала её фигуру, а женская безмолвно спрашивала «какого черта».
— Привет, — Коул помахал рукой, вытаскивая её из-под одеяла, а потом снова хватаясь за Джессику, чтобы не упасть на пол.
— Ого, какой котёнок! — вырвалось у соседки, но потом, взяв себя в руки, она продолжила. — Блин! Простите меня… я думала, ты у него… как всегда. А мне… я хотела одолжить у тебя… — девушка замялась, неловко переступая с ноги на ногу.
— Ина, выйди, пожалуйста, — Джессике не нравилось, что Коул рассматривает её подругу в таком виде. Она чувствовала его напряжение на своих ягодицах, и…
— …это все ты, детка. Только ты, — шепнул он ей в ухо.
— Я сейчас выйду, — продолжила Джессика, обращаясь к подруге.