Брак во имя Альянса
Что ж… Хронограф неумолимо отсчитывал минуты.
Я положила идентификационную карту в нагрудный карман и вышла из апартаментов. Если сказано – озаботиться вечерним туалетом – придется озаботиться.
***
Блок магазинов S1 повторял типичный торговый центр Альянса. Даже наименования брендов все те же. Привычные логотипы. Высокие прозрачные витрины. Выделенные для отдыха места, небольшие кафе со столиками в уютных нишах. Все так привычно, что и не скажешь, что в глубоком космосе, на самой границе Альянса. Людей… что ж, людей здесь было не слишком много. Возможно, сейчас попросту разгар рабочего дня, и магазинчики и кафе заполнятся к вечеру. А, возможно, те, кто прилетал сюда как обслуживающий персонал, попросту не имели средств в достатке, чтобы свободно разгуливать по магазинам.
Я порылась в памяти, пытаясь вспомнить, где в последний раз покупала приличное платье. Вопрос еще тот был: на самом деле, пока работала пилотом, мне точно так же некогда было бродить по магазинам – да и некуда было выходить в этом пресловутом платье. Ну, а после того, как погиб Алекс… Никуда я не ходила. Ничего не хотелось. То земное кафе, где я работала администратором, стало единственной соломинкой, которая еще держала меня на поверхности, не давая окончательно сползти в темную попасть.
Впрочем, я все-таки вспомнила. Как обычно, воспоминание было связано с Алексом: мы как-то с ним специально взяли отпуск, чтобы слетать на Землю и послушать одну из древнейших опер в современном исполнении. Посещение оперы подразумевало интересный нюанс: дама обязательно в вечернем платье, а ее кавалер непременно во фраке. Я тогда выискала по каталогам список корпораций, которые занимались пошивом одежды премиум-класса, и мы сидели в партере, словно и не пилоты одной небезызвестной военной компании, а какие-нибудь наследственные аристократы. Опера называлась «Золото Рейна». Нестареющая классика, существующая вне времени.
Оставалось только определить, есть ли на «Содружестве» магазин этого бренда. Прикосновение к виску – запрос к справочному модулю – и перед взглядом отобразился золотистый пунктир, ведущий меня к выбранной цели.
Правда, стоило очутиться перед знакомым логотипом, золотой буквой «М», горло сжалось в спазме. Проклятые воспоминания! Они все еще душили, не давали вздохнуть. И, хоть и были эти воспоминания добрыми и исполненными любви, они как будто напоминали, насколько же мне теперь этой любви не хватает. Насколько мне тебя, Алекс, не хватает…
Я поморгала, чтобы осушить набежавшие слезы, и решительно шагнула внутрь магазина, очутившись при этом перед рядами стоек, увешанных одеждой. Ее было так много, этой одежды, что я даже растерялась, не зная, в какую сторону двигаться дальше. Однако, это все же была одежда премиум-класса, и, следовательно, магазин - тоже премиум-класса. Откуда-то из пестрых глубин выкатился робот. Висок предупреждающе кольнуло, робот запрашивал разрешения подсоединиться к моему нейроинтерфейсу. Дальше все пошло как по маслу.
Меня спросили, что я ищу. Какой фасон, какую расцветку. Попросили посканировать идентификационную карту – я ее приложила к сенсорной панели на круглой голове робота.
«Позвольте проводить вас в соответствующую секцию».
Я послушно последовала за роботом, который неторопливо катился впереди на мягких резиновых колесиках, и через несколько минут оказалась перед стойкой с развешанными платьями. Здесь же, на круглом стеклянном столе, были представлены аксессуары: клатчи всех цветов радуги, декоративные ремни, бижутерия… нет, не бижутерия, как раз здесь все было вполне настоящим, и если выглядело, как золото – то золотом и являлось.
«Приятных покупок. По идентификационной карте у вас открыт безлимитный режим покупок», - прошелестело на грани восприятия, и робот укатил.
Я же постояла-постояла, подумала о том, что пока что не вижу обуви. Но это потом. И приступила к выбору вечернего платья. Так странно… Я совершенно забыла, как это тяжело, оказывается, перебрать десяток схожих моделей, пусть и в одной цветовой гамме.
Я сразу попросила, чтоб это был синий цвет. Он шел мне, и яркий лазуритовый синий, и глубокий, цвета ночного неба. У меня бледная кожа, яркие каштановые, почти рыжие волосы, и голубые глаза. Синий… мне идет.
Поэтому я сгребла в охапку несколько платьев и побрела в примерочную. Пока шла, невольно бросила взгляд в сторону витрины, которая отгородила магазин от пространства торгового модуля, и внутри все сжалось. Там, за стеклом, виднелась черная фигура, кажется, вполне гуманоидных очертаний, но, но… Девиранин! Черный глубокий капюшон, и там, на месте лица, какие-то тонкие проблески, как будто… рисунок сот.
Сердце немедленно заколотилось о ребра. Я сглотнула, попыталась дышать глубоко и размеренно. Так, Марго. Прекращаем панику. В конце концов, ты здесь – секретарь консула, тебе с этими… черными, без головы, еще и работать придется.
Я отвернулась, стараясь лишний раз не смотреть в сторону этого силуэта, что навевал такую необоримую жуть, засеменила, торопясь в примерочную кабинку – и только, оказавшись отрезанной от всего мира тонкой пластиковой ширмой, выдохнула.
Со всем этим определенно нужно было что-то делать. Как я буду здесь работать, если от одного вида девиранина меня в пот бросает?
Кое-как отдышалась, занялась примеркой. И – надо же! Внезапно нашлось то самое платье, в котором я была тогда, в опере… Темно-синее, с открытыми плечами, с довольно глубоким декольте. Облегающее тело до талии, как вторая кожа, а начиная от середины бедра расходящееся крупными фалдами. Ноги подогнулись, я присела на пуфик и несколько минут сидела так, сдерживая рвущиеся из груди рыдания. Зачем я здесь? Я же видеть не могу девиран. Мне делается дурно от одного только вида этих черных жутких хламид… Зачем все это? Постоянно просыпаются воспоминания, горькие, болезненные, которые я столько лет пыталась загнать куда-то вглубь себя, чтоб они покрылись толстым слоем пыли, как никому ненужная вещь… и не получается. Время не лечит. Что должно случиться, чтобы я перестала нервно дергаться при виде черного балахона и рыдать, наткнувшись на синее платье, от вида которого ко мне возвращаются те, давно забытые чувства, ощущения?
Я вытерла пальцами слезы, рассеянно посмотрела на босые ступни. Платье, да. А к нему нужны туфли. И клатч. И, может быть, даже красивый тяжелый браслет, который будет хорошо смотреться на моем узком запястье…
Я провела ладонью по воздуху, заставляя ширму сдвинуться в сторону… И от неожиданности вскрикнула. Внутри все мгновенно скрутилось в тугой узел, перед глазами потемнело.
Прямо за ширмой, отрезая все пути к бегству, надо мной возвышался широкоплечий силуэт в черном балахоне. Мысли заметались в голове, беспорядочные и бесполезные. Это ведь он смотрел на меня сквозь витрину? Он? Или другой? Что ему нужно? Почему я?
«Что вам нужно?»
Вот что я должна была спросить. Громко, отчетливо. В конце концов, это в высшей степени невоспитанно, лезть в примерочные…
Но из горла выползло лишь жалкое сипение. И меня начало трясти в жутком ознобе. Нужно было крикнуть, хоть что-нибудь, позвать на помощь… Но я… не смогла. Попятилась, отшатнулась внутрь примерочной. Да кто мне поможет? Здесь только робот. А как же камеры слежения в примерочных? Как же они? Где здесь тревожная кнопка?