Академия Хаоса. Лабиринт стихий
А я подумала, то если кто тут и щенок, так это анимаг. Длинный, но сложен совсем не так гармонично, как ректор, гавкает невпопад, задирает тех, кто заведомо сильнее...
Мастер Адалхард окинул его оценивающим взглядом, словно прикидывая что-то в уме. На его боках наливались бордовые кровоподтеки, челюсть опухла, костяшки на сжатых в кулаки пальцах покраснели. Он дождался, когда Джаф шагнет вперед, замахнется, и, пригнувшись, ударил его так быстро, что я не успела заметить движения. Зато отчетливо услышала хлесткий влажный звук.
Голова Джафа мотнулась, капли пота и слюны брызнули в сторону зрителей, он по инерции повернулся на босых ногах и шмякнулся лицом вниз, распластавшись на полу безжизненной тушкой.
— Живой он, — унял мой ужас ректор. — Скоро очухается.
Миранда с воплем бросилась к Джафу, а зал взорвался эмоциями, криками и поздравлениями.
— Браво! — Кевин бешено зааплодировал над моим ухом.
— Салют в честь ректора! — возвестил Эммет.
Сразу несколько десятков бутылок с громким хлопком откупорились в баре, и пенное игристое вино наполнило бокалы на стойке, куда сразу и устремилась большая часть зрителей.
Рурк, весьма довольный собой, подошел к мастеру Адалхарду, пересчитывая монеты.
— А вот наживаться на студентах нехорошо, — пожурил его ректор.
— Но выгодно, — сказал тот. — Слушай, чего ты с ним так долго возился?
— А ты не видел? — удивился он, забирая свою рубашку у одного из студентов и вытирая ею пот. — Парень едва не сорвался. Его нельзя в лабиринт, О’Хас, никак. Он выйдет оттуда тварью хаоса, и никто его уже не вернет. Он себя не контролирует!
Рурк помрачнел, шагнул под купол и, поежившись словно от холода, легонько толкнул парня концом туфли. Миранда, кусая губы, присела и гладила опухшее лицо Джафа, который, застонав, начал приходить в себя.
— Воды! — вскрикнула она.
Эммет, забрав у меня пустой бокал, провел над ним ладонью, и он наполнился до краев. Передав бокал Миранде, вернулся и прошептал мне на ухо:
— Арья, — свежее дыхание коснулось моей щеки, — предложение подняться наверх и хорошенько изучить какую-нибудь спальню все еще в силе.
— Неужели кто-то на это ведется? — искренне удивилась я. — Ты же мне почти брат, Эммет, я не могу.
— Почти, — согласился он. — Надо ловить момент.
Он протянул руки к моей талии, и я слегка замахнулась посохом, но кто-то позади перехватил его.
— Так-то вы обращаетесь с моим имуществом, Арнелла Алетт? — мастер Адалхард стоял совсем рядом, и я растерялась, не зная, что сказать. От него веяло жаром разгоряченного тела, мышцы перекатывались под кожей, и вены выступили на руках отчетливее.
— Вы не старый, — ляпнула я.
Он рассмеялся и забрал у меня посох.
— Спасибо, — ответил он, слегка поклонившись. — Именно ради этих слов стоило сюда зайти.
— Мастер Адалхард, — Кевин виновато улыбался. — Пройдемте в кабинет моего отца. Там есть отличный эликсир исцеления воинов, который варила сама Венциэлла Тиберлон...
— Обойдусь, — отказался ректор. — Налей лучше Джафу.
— Как прикажете, — вздохнул он. — Тогда, быть может, вы хотите освежиться или...
— Нет, — сказал он и, шагнув еще ближе, снял плащ с моих плеч, прикоснувшись к обнаженной коже горячими пальцами, так что я вдруг задрожала и посмотрела ему в глаза.
— Присмотри за ней, — приказал ректор Кевину, не отрывая взгляда от моего лица. — Если узнаю, что кто-то обидел Арнеллу Алетт на твоем стихийнике...
— Конечно! Как скажете! И за вашей невестой прослежу...
— И за ней, — согласился мастер Адалхард, все так же глядя на меня, и мое сердце билось все чаще, едва не выскакивая из груди.
Воздух между нами стал почти осязаемым, и я жадно вдохнула, прикрыла глаза, а когда открыла их — мастер Адалхард был уже у дверей, и его черный плащ развевался позади плотной тенью.
— Так, отошел от нее, — Кевин плечом отодвинул Эммета и взял меня за руку.
Его ладонь была прохладной, и прикосновение вышло отрезвляющим. Я мотнула головой, прогоняя наваждение: в какой-то момент в этом зале, полном народа, мы с ректором словно остались одни. Музыканты заиграли что-то легкое и веселое, у барной стойки громко требовали еще вина, Джаф, опираясь на О’Хаса, поднялся и, пошатываясь, вышел из-под купола.
— Сюда! — громко позвал Кевин. — Пройдемте в кабинет. Мастер Адалхард приказал дать побежденному целебный эликсир.
Джаф убрал руку с плеча О’Хаса и остановился, словно обдумывая что-то.
— Эй, парень, ты как? — встревожился Рурк. — Как себя чувствуешь? Может, лучше снова тебя вырубить?
Джаф помотал головой и, снова шагнув под мерцающий купол, осторожно обнял Миранду, все еще стоящую в центре круга.
— Ох, что сейчас будет, — протянул Эммет. — Он ведь непроявленный анимаг, неосознанно тянет силу при близких физических взаимодействиях...
— Говори яснее, — потребовала я.
— Бьюсь об заклад, что если Миранда так нравится Хогеру, что тот пошел аж против ректора, то он ни за что не стал бы рисковать ее здоровьем, — пояснил Эммет. — Короче, я думаю, что между ними ничего не было. Вообще. До сих пор.
Они стояли в мерцающем куполе, и ладони Миранды, подрагивая, легли на обнаженную грудь Джафа, залитую кровью. Он легонько прикоснулся к ее волосам, провел ладонью по длинной шее, посмотрел в глаза, будто спрашивая разрешения. Она привстала на цыпочки и потянулась к нему, и ее черные глаза сияли как звезды.
— Нет! — выкрикнул Кевин.
— Ты ведь не собираешься отдирать их друг от друга? — удивился Эммет. — О, вот это поцелуй... Девять баллов из десяти, я бы сказал... Они в этом куполе сейчас, так сказать, познают друг друга. Какой все же отличный стихийник в этом году! Кевин, ты просто молодец, не ожидал. Арья, детка, я, конечно, слышал, что сказал ректор, но я его не боюсь.
Кевин бросился к куполу, сорвал шестиконечную звезду с пола, перевернул и вдавил пальцем в центр. Лучи втянулись, и купол схлопнулся.
Джаф отшатнулся от Миранды так быстро, словно его отбросило кулаком ректора, а она едва не упала, потеряв опору.
— Как я и думал, — удовлетворенно кивнул Эммет. — Он боится ей навредить. Так что пока Хогер не пройдет Лабиринт и не научится контролировать свой хаос, ректор может спать спокойно. Если, конечно, они не добудут купол. Но он — дорогая штука. Кстати, я не понял, а за тебя Адалхард чего так волнуется, м?
— Это же его долг, — ответила я. — Как ректора академии.
Значит, Миранда ночует у Джафа, но у них ничего не было. И все эти сплетни, что ходят по академии — ложь?
— Отличная вечеринка, — сказала Миранда, подойдя к нам. Ее губы слегка припухли, и она быстро их облизнула. — Эммет, сделаешь мне разбитое сердце?