Исчезнование Элис Тил
– Похоже, не очень вы его любите, – заметил Блэк.
– Не важно, люблю или нет, – приходится искать с ним общий язык.
30– Морган его ненавидит, не находите? – спросила Бэт, когда они с Блэком шли по коридору к кабинету Кича.
– Директор? Совершенно верно. «Я не слишком большой поклонник мистера Кича», – передразнил он директора. – На самом деле он имел в виду, что мистер Кич – придурок.
Бэт сверилась с клочком бумаги, на котором был записан номер кабинета.
– Эти коридоры бесконечны, – проворчала она.
– Что ж, школа-то немаленькая.
Судя по тону, Блэку очень хотелось спросить, чего она ожидала.
– Они свозят учеников со всей округи. Не только из города.
Как будто она вдруг об этом забыла! Бэт так и подмывало спросить: «Откуда же мне это знать?» – но она передумала. Нужно держать себя в руках.
– Что вы думаете о директоре? – спросила она тихо, опасаясь, что их кто-нибудь услышит.
– Если не считать высокомерия и постоянного защитного тона, с ним все в порядке.
«Кто бы говорил!»
Они поздно поняли, что оказались не на том этаже, и поднялись на следующий и там наконец нашли блок, где были кабинеты английского и сценического мастерства, а также школьная библиотека. В дальнем углу притаилась комната с буквами УИЦ на двери.
– Что это означает? – спросила Бэт.
– Учебно-информационный центр.
– Откуда вы знаете?
Блэк показал на стенную табличку с указателями к различным отделам, библиотеке и учебно-информационному центру. Стрелка показывала именно на эту дверь.
– Ой, – вырвалось у Бэт.
– И вы называете себя детективом?
Бэт едва не прокусила губу, но смогла проигнорировать шпильку.
– Это комната, где отсиживают свой срок нарушители и где происходят исключения из школы, – сообщила она. – Кирсти сказала, что это называется блоком наказаний.
Кич был в своем кабинете. Они видели его сквозь вертикальную стеклянную вставку в середине двери. На столе лежали тетради, но он их не проверял. Сидел развалившись на стуле, положив ноги на стол. Он был в сером спортивном костюме, что было весьма странно для учителя английского, и был занят тем, что смял листок бумаги в шарик, который потом чересчур широким жестом швырнул через плечо. Тот полетел по широкой дуге, отскочил от стены, как баскетбольный мяч, и свалился в мусорную корзинку в углу. Бэт заметила, что рядом с корзинкой лежало довольно много таких шариков. Очевидно, он часто промахивался. И теперь принялся сминать очередной листок. Тут Бэт постучала в дверь.
Кич ничуть не смутился, что его поймали за этим занятием.
– Моя новая система хранения документов, – объявил он и стал ждать, когда Бэт и Блэк объяснят свое появление.
Кич был немолод, но и далеко не стар. Густые темные волосы с проседью, которая, как и редкие морщинки, не портила несколько мальчишеского вида. Пока Бэт говорила, он смотрел на нее с нескрываемым интересом, словно гадал, есть ли у него шансы. Бэт про себя назвала Кича стареющим плохишом. Поколение постарше, скорее всего, сочло бы его беспутным типом. Можно было легко представить, почему впечатлительные молодые девушки находили его самоуверенность привлекательной.
– Не объясните еще раз? – спросил учитель, когда Бэт сказала, почему они здесь. – Я что… Как вы это называете? Подозреваемый или что-то в этом роде?
– На этом этапе расследования мы разговариваем с как можно большим количеством людей, чтобы создать полную картину жизни Элис и определить ее последние передвижения.
– Никто не знает, каковы были ее последние передвижения после того, как она покинула это здание, поскольку ни один человек больше не видел ее. Что же до ее жизни, я учитель английского, не ее папаша, так что… – Он беспомощно развел руками, но на самом деле жест говорил об отказе сотрудничать. Не зря директор предупреждал их об этом.
– Но вы наверняка общались с ней, – продолжала Бэт, – во время уроков и…
Их взгляды скрестились.
– …возможно, и на внешкольных занятиях.
Кич тут же стал защищаться:
– Мне не нравится ваш тон, – заявил он, – и я не обязан отвечать на ваши вопросы, так что, пожалуй, помолчу.
Прежде чем Бэт успела ответить, вмешался Блэк:
– Совершенно верно. Вы не обязаны отвечать на наши вопросы, и могу заверить, мы пришли сюда не потому, что в чем-то вас подозреваем.
– Вот и хорошо.
Похоже, он решил, что вопрос закрыт.
– Конечно, – продолжил Блэк, – но, если мы сейчас уйдем, мое мнение о вас будет совершенно иным.
– Вы о чем?
– Давайте посмотрим. Вы были открыто враждебны, уклончивы, не выказали ни малейшей тревоги о судьбе пропавшей девушки, которую обучали несколько лет. Это подозрительно.
– Мне просто не нравятся инсинуации, – возразил Кич.
– У вас ведь есть опыт в этой области? – спросил Блэк, холодно оглядывая учителя. – Учитывая уместность ваших отношений с ученицами.
– С бывшими ученицами, – поправил Кич.
– Нам известно о девушке, с которой вы жили, – сообщила Бэт. – И о девушке, с которой живете сейчас.
Кич не успел ответить. Бэт обратилась к Блэку и весело добавила:
– Забавно, что они были одноклассницами, так что он, скорее всего, одновременно познакомился с обеими.
Еще один кусочек бесценной информации от Кирсти. Кич, возможно, задался вопросом, откуда Бэт узнала о его запутанной личной жизни, но не поинтересовался.
– Все отношения начались уже после того, как они окончили школу. Это называется интуиция.
– Мы называем это груминг [7] – отрезал Лукас. – И возможно, нам следует внимательнее заняться этим, конечно, после того, как найдем Элис Тил.
– Чего именно вы от меня хотите? – вскинулся Кич. – Я почти не знал девушку, и ее исчезновение никакого отношения ко мне не имеет.
– Никто не утверждает, что вы причина ее исчезновения, – вступила Бэт. – Но мы пытаемся сложить все кусочки пазла, а вы можете знать что-то, что может помочь нам, даже если сами не осознаете. Если вы были в здании в вечер ее исчезновения, то могли что-то видеть.
– Был в здании, но ничего не видел. И, если не возражаете, я немного занят. – Он показал на груду тетрадей с заданиями. – Даже если возражаете.
Бэт открыла рот, чтобы продолжить спор, но вмешался Блэк:
– Все в порядке, Бэт, пойдем. Говорить сегодня с нами или нет – исключительно ваше дело, мистер Кич.