Квини
– Квини, я вижу, как ты пялишься на нас и улыбаешься. Хватит нагонять жуть, – прошептала Кассандра.
Глава 6Я поискала на Тамблере статьи о последних акциях протеста в Америке. Нашла длинные рассказы очевидцев вперемешку с фотографиями чернокожих мужчин и женщин, окруженных полицейскими в защитной экипировке. Они умывались молоком, чтобы унять жжение от слезоточивого газа. Еще я наткнулась на видео про чернокожего юношу по имени Рашан Чарльз, задушенного в магазине на востоке Лондона офицером полиции, работающим под прикрытием. Я прикрепила обе статьи к мучительно составленному для Джины синопсису под названием «Расовое напряжение растет: в США или у нас?» Краем глаза я заметила, что кто-то приближается, и свернула окно браузера. Оторвала взгляд от монитора и увидела Дарси, чья широченная улыбка будто бы разделяла ее лицо на две половины.
– Что? Что заставляет тебя так радостно улыбаться с утра в понедельник? – спросила я. Лично у меня глаза с трудом открывались.
– Поймешь, когда увидишь нового стажера, – прошептала Дарси. – Он американец.
– Это плюс? Ты так говоришь, будто это что-то хорошее. Они все долбанутые. Вдруг он за Трампа голосовал? – спросила я, а в это время новый стажер как раз прошел мимо – уверенно, как типичный американец. Он был высок, темноволос. Ничего особенного.
– Видела? Тебе не кажется, что он просто классически красив? – сказала Дарси, снова улыбаясь.
– Он тебя устраивает? – спросила я, снова утыкаясь в монитор.
– Его зовут Чак. Я взяла его, потому что подумала, что он нас в хорошем смысле отвлечет. Он, конечно, слишком молод, чтобы тебе понравиться, но не настолько юн, чтобы ты не могла им любоваться, – опять зашептала Дарси. – И только любоваться. Вспомни, что я тебе говорила про Теда и служебные романы.
Я развернулась на стуле лицом к ней.
– Это не противоречит правилам? – спросила я. Наверняка подобные вещи не согласовывались с корпоративными нормами.
– Нет, и кроме того, мы же не нанимаем его на постоянную работу. И ему двадцать два. Все законно.
Так вот к чему мы пришли.
– Чаю? – Дарси показала пустую чашку.
– Я приду в кухню, сейчас, только отправлю Джине письмо, – ответила я.
– О, ты, наконец, решила уйти в работу? Неплохо, – сказала Дарси и ушла.
– Сегодня в Америке погиб еще один черный, – сообщила я Дарси, входя в кухню и моргая, чтобы привыкнуть к яркому свету. – Убит полицией.
– О нет, что он натворил? – рассеянно спросила она.
– В смысле – что он натворил? Он ничего не натворил, он вел машину, – слова буквально выстреливали из меня. – А даже если и натворил – это не значит, что его можно взять и убить.
– Ну ладно, успокойся, – сказала Дарси, поднимая руки вверх, – Извини, задумалась. В этом смысле я на твоей стороне и просто спросила.
– Ты задала очень глупый вопрос, – психанула я. – Проблема как раз в таком отношении.
– Эй, Квини. Я все еще я, – нахмурилась Дарси. – Помнишь меня? Дарси? Лучшая подруга? Вся из себя либералка?
– Я не называю тебя расисткой, я хотела сказать, что такое мышление опасно – считать, что человека можно убить за какие-то неправильные действия, – ответила я.
И что это я на нее вызверилась?
– Я пойду покурю, – я вышла из кухни, пока не сказала того, о чем позже пожалею. Я понимала, что Дарси не хотела меня задеть и что она всего раз так прокололась, но мне очень хотелось бы, чтобы белые либералы со своими благими намерениями сперва думали, а уж потом произносили то, что кажется им вполне невинным.
Я спустилась вниз, сунула в рот сигарету и похлопала по карманам в поисках зажигалки. Потом оглядела курилку, прикидывая, у кого бы попросить огня, и встретилась взглядом с Тедом. На меня снова нахлынуло волнение и чувство вины. Чтобы устоять перед соблазном от Теда, надо вызвать в памяти приятные воспоминания о Томе.
Он бросил окурок на землю и подошел ко мне.
– Ты сбежала. Бросила меня одного.
Он прикурил вторую сигарету и протянул мне горящую зажигалку.
– Я сама, – сказала я, напоминая себе, как глупо втягиваться во что-то, если я еще состою в незавершенных отношениях.
Я взяла зажигалку, прикурила и затянулась слишком быстро, чуть не задохнувшись, когда облако дыма попало в горло.
– Все нормально, Тед? – какой-то грузный мужчина в слишком тесной одежде кивнул Теду, проходя мимо нас.
– Все отлично, спасибо, Гордон! – помахал ему Тед, придвигаясь ко мне поближе. Он подождал, пока тот скроется из виду, и подошел вплотную, так что наши руки соприкоснулись.
– Извини, это мой коллега, – сказал Тед, проводя свободной рукой по своим густым волосам. – Ну как фейерверки?
– Я, похоже, потеряла шарф, но в остальном – замечательно, – ответила я, не давая ему смотреть мне в глаза. На это я обычно и ведусь.
– Тот клетчатый?
– Да. Но это не памятная вещь, так что не беда.
– Знаешь, я в тот вечер ужинал с друзьями, но жалел, что не провел вечер с тобой, – сказал он, оглядываясь и становясь прямо передо мной.
– О, как мило. Уверена, ты все же неплохо провел время.
Он приблизился еще.
– Не настолько, как мы могли бы провести его вместе.
– Мне пора! – сказала я, срываясь с места.
Не втягивайся, Квини.
Я вернулась в офис и обнаружила письмо от Теда.
Понедельник, 8 ноября, Номан, Тед ‹[email protected]› написал в 11:04:
Как мы резко закончили. Кстати, у тебя красивая блузка.
Я вспыхнула, пытаясь убедить себя, что не от возбуждения, но обмануть собственное тело мне не удалось, потому что вскоре накатило чувство вины. Я написала Тому.
Квини:
Ты как?
Понедельник, 8 ноября, Дженкинс, Квини ‹[email protected]› написала в 11:26:
Наверное, это глупо с моей стороны, потому что ты, возможно, просто проявляешь дружелюбие, но если не просто, то мне кажется, что заводить отношения с человеком с работы – не очень хорошая идея. Не думаешь? Мы отлично выпили, но на этом стоило бы остановиться.
Я пошла заварить себе чаю с мятой, чтобы успокоиться, а когда вернулась, то обнаружила следующее.
Понедельник, 8 ноября, Номан, Тед ‹[email protected]› написал в 11:30:
Но я не хочу на этом останавливаться. К тому же я из тех мужчин, кто уважает женщин и помнит о приличиях, даже если ничего не вышло.