Бывшие в падении

– Движения, – не терпящим возражений тоном сказал Кифер и начал перечислять одно за другим.
Большинство ребят, и я в том числе, начали их схематично изображать, чтобы дать телу возможность запомнить. Но список оказался слишком длинным, я испугалась запутаться. И в этот момент что-то наконец щелкнуло, концентрация вернулась. И дальше пошло легче.
– Кто запомнил – прошу вперед, – велел Кифер и скользнул обманчиво безразличным взглядом по моей фигуре.
Дальше репетиция шла в штатном режиме. Критика-правки-повторы. Мне прилетало не больше, чем другим. Из чего я сделала весьма простой и однозначный вывод: устраивать прилюдную бесконечную травлю Поль не собирался.
Воспоминания клубились в голове, выталкивая на поверхность выводы и предположения. Он не сторонник изящества. Ничего женственного в нем не было. И там, где соперница устроила бы тонкую месть, Кифер предпочитал действовать тараном. Как вчера, когда доказал мне, что слова – не пустой звук. Удар обязательно повторится и будет сокрушительным. И едва ли я его переживу. Но могу попробовать упредить.
– Что вы вдвоем делаете? – спросил Поль, останавливаясь перед нами с Ярославом. Вот ведь, стоило отвлечься! Кифер нахмурился и скрестил руки на груди. – Это что? Стоп!
Музыка оборвалась.
– Еще раз с захода на поддержку, – велел Поль.
Толчок, подъем, оборот вокруг плеч партнера и переход в «рыбку», после которого Ярослав едва устоял, а я так и вовсе спрыгнула в последний момент, чтобы не свалиться и не получить вывих. Едва не наступив партнеру на ногу, я в испуге отскочила подальше. Выпрямилась и поняла, что стою от Кифера всего в десятке сантиметров. Вздернула голову и отшатнулась, напоровшись на острый взгляд. Когда только он успел подойти так близко?
– Что это было? – с тихой яростью спросил Поль и перевел взгляд с меня на Ярослава. – Ты вас обоих покалечить решил?
– Она толком не оттолкнулась… – попытался возмутиться Ярослав.
– А ты не на спектакле! – рявкнул Кифер. – Не заводи в поддержку, если не оттолкнулась! Вы впервые в пару встали, притираться – нормально.
Я хотела было сказать, что оттолкнулась, но опомнилась раньше, чем открыла рот. Получить порцию колкостей от Кифера я всегда успею. Речь сейчас не обо мне. Ситуация получилась опасная, это факт. Ярославу нужно было поднимать меня выше, вот и все. Тогда скорость вращения позволила бы спокойно перейти в поддержку среднего уровня – осталось бы только зафиксировать позу. А тут получилась ненужная сложность на всех этапах.
– Выше ее поднимай, – подтвердил мои слова Кифер, а затем повернулся ко мне. – А ты отталкивайся сильнее.
Я встала в начальную позицию, почувствовала уже на талии руки партнера, но нахмурилась.
– Я вас задену, – сказала Киферу, едва глянув в его сторону.
– Не заденешь. Я верткий, – фыркнул он в ответ.
Меня окатило пониманием, что это первая фраза, сказанная им мне привычным тоном, голосом и без злобы. Не дав себе времени задуматься о том, что это значит, я напряглась, казалось, каждой мышцей и оттолкнулась. Вверх. Действовала на максимум. И ни за что бы не повторила во время последовательности па. У меня бы просто не осталось сил на такой выстрел. Неужели болезнь, танец в кордебалете, где не требуется столько сил, плюс пандемия – и я настолько растеряла мышечный каркас, что не могу сделать поддержку с переходом? Да нет, не может быть!
Но что-то снова не так. То ли я перестаралась, то ли скорость была слишком высокой для партнера, но он не успел перехватить мое бедро. В мозгу всплыл скелет человека: которую из костей ног я рисковала переломать? Вдруг вокруг моей талии сомкнулись другие руки. Не те, что я ожидала. И пальцы уцепились не за те плечи.
Несколько секунд в гробовой тишине все просто пытались понять, что именно только что произошло, а чего не произошло. Сердце грохотало в груди, дыхание сбилось напрочь. Кифер помог мне выпрямиться, нейтрально глядя в лицо. И только потом меня прошило: я только что едва ли не прижималась к Полю Киферу. Почти лицом к лицу. Меня бросило в жар, а по рукам побежали позорные мурашки, поднимая дыбом волоски. Откуда-то в голове возникло идиотское желание прижаться к его телу теснее. Ведь все так знакомо. Ведь именно по этим ощущениям я скучала долгие месяцы.
На лице Кифера на мгновение мелькнуло самодовольство, и мне захотелось завыть в голос. Он отпустил меня резко, и я чувствовала, как будто гигантская невидимая рука вытащила из меня стержень, на котором все тело держалось. Дико захотелось где-нибудь съежиться. Как можно после всего, что мне сделал Поль, продолжать его хотеть?! Хоть беги снова к Нестерову записывайся!
– А на этот раз кто виноват? – В звенящей тишине произнес Кифер. – Пошел вон.
Я неловко почесала лоб. Спорю, все переживали этот момент сложно. Это было слишком жестко. Чего только не случалось на репетициях. Мою травму удалось хотя бы предотвратить. И парень этот…
– Простите, я… Можно еще раз попытаться?
– Нельзя, – резко припечатал Кифер. Сверля глазами Ярослава, он даже не мигал. – Я не работаю с людьми, которые предпочитают переваливать ответственность на других. Ты не чувствуешь поддержки. Вокруг тебя танцовщицы – женщины, а не разборные куклы, которые не страшно, если сломаются. Иди тренируйся где-нибудь в другом месте. Быть может, однажды у тебя появится еще один шанс. Но точно не со мной. – И вообще без переходов. – Огнева, ты тоже свободна.
– Что? – опешила я.
– У тебя нет партнера, как ты собираешься танцевать? Придешь завтра.
Невероятно. Он и тут нашел способ меня ударить. Кифер выжидательно на меня уставился, а затем приподнял брови и кивнул на выход. Я подхватила вещи и покинула зал, с трудом удержавшись от того, чтобы хлопнуть дверью.
Тяжело оперевшись о подоконник, я слепо уставилась в окно. Так продолжаться не могло. После этой репетиции у нас был обеденный перерыв, но я не хотела никуда уходить из театра. Не хотела есть. Я хотела вернуться на репетицию, укутаться в чувство голода, как в любимое одеяло, и сделать все идеально. Я же могла. Я чувствовала эту силу, которая дремала во мне, убаюканная стабильностью, спокойствием и фальшивым смирением. Чудовище, ждавшее одного неверного движения, чтобы вырваться и поглотить меня снова. Я ведь совершенно отчетливо знала, как убрать это мешающее ощущение расслабленности, прекратить довольствоваться крохами.
Прямо сейчас, из-за недоеденного завтрака, я была голодна. Не до скручивающих спазмов, а правильно, до той черты, за которой начинается легкость. Мне так нравилось это ощущение, что следовало немедленно отвлечься.
   
16
 
Остаток дня прошел относительно спокойно, что позволило мне морально подготовиться к запланированному визиту к Полю. Я в равной степени боялась и надеялась на то, что он уйдет. Как и любому человеку, мне хотелось отложить проверку собственных нервов на прочность. Но и бежать я не имела никакого морального права. Я не собиралась его ничем попрекать, просто хотела понять суть претензий ко мне и попытаться с ними разобраться. Вдруг бы удалось заключить какое-никакое перемирие. Например, доказать ему, как Мерхееву, что в данный момент я достаточно здорова, чтобы не представлять опасности.