Высота

— Смогу, — ответил он с неожиданной готовностью. — После гибели Йозефа с этим покончено. Такую ответственность уже никто не возьмет на себя.
— Не в этом дело… — проговорила Итка. — Я хочу получить твердое обещание, что никогда в будущем, если повторится подобная ситуация или будет осуществляться подобный эксперимент, тебя это не будет касаться.
— Хорошо, меня это не будет касаться, — хмуро ответил Радек.
— Я не могу тебе поверить. Ты говоришь так, чтобы просто успокоить меня.
Радек пожал плечами.
— Боюсь, что мы с тобой не договоримся, — произнесла Итка со вздохом.
— Вся беда в том, что ты работаешь в этом проклятом госпитале. Если бы ты работала в другом месте, ты бы ничего не знала. — Радек закурил сигарету и принялся ходить по деревянному полу. Через некоторое время он почти с мольбой обратился к ней: — Прошу тебя, выбрось это из головы! Аварии случаются крайне редко, а сейчас вообще о каких-либо экспериментах не может быть и речи. Так зачем же волноваться? Милая, наступил Новый год, а мы с тобой опять воюем из-за моей работы.
Она обхватила голову руками:
— Если бы ты только знал, как мне хочется быть уверенной в том, что тебя никто не отнимет у меня и ты всегда будешь возвращаться домой! У нас ведь ничего нет, кроме нас самих и нескольких десятков лет жизни.
Радек подошел к ней и погладил по волосам:
— Итка, я ведь не какой-то там герой и не занимаюсь ничем опасным и рискованным. Я простой летчик, каких на свете тысячи.
— Я знаю, — ответила она, крепко прижимаясь к нему, — что говорю глупости, но временами я твою авиацию просто ненавижу.
— Хватит. Смотри, какой у нас беспорядок, скоро, наверное, Яно подъедет, будет с дороги сигналить. Тебе надо пораньше вернуться домой.
Она послушно встала и принялась расставлять посуду на полках. Радек помогал ей. На улице светило солнце, снег искрился на горных склонах. В доме было тепло и уютно.
Вскоре снизу действительно послышался сигнал автомашины. Итка взглянула на часы:
— Он уже здесь!
Радек схватился за голову:
— Сейчас начнет отчитывать!
Через несколько минут Ян Владар появился в дверях. Вид у него был смущенный.
— Что случилось, ты повредил машину? — спросил Радек и тут же подумал со страхом: в таком случае они вернутся домой только ночью, что грозит Итке серьезными неприятностями.
— Да нет, — ответил Ян уклончиво, усаживаясь на скамеечку возле камина. — Просто нам придется… немного потесниться. Дело в том, что недалеко отсюда я посадил в машину девушку, которая путешествует автостопом.
Итка засмеялась:
— Это нам не помешает. Мы и так вам за все благодарны. Машина-то ваша.
— И что ты думаешь делать?
— Что? Тебя высажу в городке, Итку отвезу домой, а потом поеду с девушкой.
— И хочется тебе! — воскликнул Радек. — Бог знает когда вернешься, завтра тяжело будет работать.
— Да ничего, езда меня особенно не утомляет, — рассмеялся Владар.
Все вместе они быстро навели порядок, закрыли окно и по глубокому снегу спустились на дорогу.
Девушку звали Бланкой. Это была миниатюрная блондинка с живыми карими глазами под тонкими золотистыми бровями. Приветливо улыбнувшись, она подала каждому руку и невнятно произнесла свое имя. Итка предложила ей сесть сзади, иначе Радеку будет неудобно, но Бланка воспротивилась. Она решила остаться рядом, с Владаром, простив чего он, разумеется, не возражал, и Радеку пришлось устроиться на заднем сиденье.
Наконец они поехали, и Ян показал себя молодцом — и за рулем, и в разговоре с девушкой. Итка иногда в ужасе закрывала глаза — так лихо он заворачивал на поворотах. Блондинка же, наоборот, вела себя спокойно, видимо, быстрая езда ее устраивала.
По-детски улыбчивая, Бланка вызывала все большую антипатию у Итки. Ее легкомыслие раздражало Итку — этого она не переносила. На первый взгляд девушке было лет восемнадцать. Руки ее были украшены браслетами и кольцами.
— Вы что, дочь управляющего банком? — спросил Владар, тоже заметивший украшения. — И не боитесь с ними ездить? А если мы вас ограбим?
— Хуже будет, если изнасилуете, — бесшабашно ответила Бланка, и в ответ на это Ян рассмеялся. А потом спросил:
— А вы чем занимаетесь? Учитесь или работаете? Или просто замужем?
Девушка удивленно взглянула на него:
— Замужем? Вы что? Для этого я слишком молода. Да еще с моей любовью к кочевой жизни… Я езжу по всей Европе и ничем не хочу себя связывать. Я — артистка Пражского цирка, ну вот я и представилась.
— Дела-а! — в изумлении проговорил Ян. — И сколько вы там зарабатываете?
— Когда как. На гастролях — вполне достаточно. Зимой поменьше. А весной мы ездим в Югославию и Италию. Тогда в среднем получается три-четыре тысячи крон в месяц.
Итка вытаращила глаза, а Радек недоверчиво покачал головой: он был уверен, что девчонка рассказывает басни. Бланка заметила, что они ей не верят, и добавила:
— Но к деньгам я равнодушна.
— Так что же вас тогда заставляет заниматься этим? — не удержалась Итка, хотя и понимала наивность своего вопроса.
Бланка с удивлением взглянула на нее:
— А я, собственно говоря, не знаю. Просто чувствую, должна все время испытывать себя, преодолевать естественный страх и делать каждый раз что-то все более сложное. Мне думается, трудно найти объяснение тому, зачем я кувыркаюсь под куполом цирка. Но иначе я не могу жить.
— А если однажды у вас не получится и вы сорветесь с трапеции? — бухнула Итка и заметила неодобрительный взгляд Радека.
Девушка ответила не сразу. Пожав плечами, она произнесла:
— Об этом я никогда не думала. Но если подобное произойдет, я уж точно не доставлю никому никаких забот и хлопот.
— Разве вы работаете без сетки? — спросил Радек недоверчиво.
— Конечно! Под куполом установлены две площадки, а на высоте моих поднятых рук летает трапеция. Наша труппа носит название «Пятеро бравых».
— Что это значит? — спросил Радек.
— Нас пять человек.
— Я видел вас в прошлом году в Нитре. Прямо дух захватывало.
— Ничего страшного и особенного тут нет. Просто результат тренировок, — скромно ответила девушка.
— Нет, — решительно заявила Итка, — такие трюки не имеют никакого смысла. Не сердитесь, пожалуйста. Я работаю в хирургическом отделении и знаю, скольких трудов стоит привести изуродованного человека в нормальное состояние. К чему такой риск? Только ради того, чтобы позабавить людей, чтобы на какой-то миг у них перехватило дух? Этого я не понимаю.
— В жизни не все поддается объяснению, — миролюбиво ответила Бланка и замолчала.
— Да-да, вы правы, — живо откликнулся Ян. — Мне нравится, когда человек испытывает сам себя.
Он достал красную коробку сигарет «Люкс». Взглянув в зеркало, заметил, что Итка нахмурилась. Радек сидел рядом, почти упираясь коленками в подбородок.
Бланка не взяла предложенной сигареты и спросила:
— А вы чем занимаетесь?
Владар, минуту помолчал, раздумывая, следует ли говорить правду, но, поскольку она была с ним откровенна, решил поступить так же:
— Я военный летчик.
— Пилот?
Владар кивнул.
— Это бы мне очень подошло. Я в свое время хотела летать, но вы знаете, что девушек в армию не берут, тем более в авиацию. Хотелось бы хоть мужа такого иметь…
— Так пожалуйста, я перед вами — со смехом предложил Владар.
— Пока мы не знаем друг друга. Но я бы не отказалась, — ответила Бланка в тон Владару.
Итка в который уже раз пришла в изумление. От нее не ускользнуло, что Радек с Яном решили поиграть с этой девчонкой, к которой явно испытывали симпатию.
И вдруг ей пришла в голову мысль, что она Радеку не пара, что слишком велика разница в их взглядах и представлениях о совместной жизни.
Это испугало ее. Чтобы успокоиться, Итка стала вспоминать счастливые часы, проведенные ими в горах. Радек сказал, что хочет жениться на ней, что она для него дороже всего на свете… А теперь открыто заигрывает с какой-то легкомысленной девчонкой! Подумав еще немного, Итка пришла к выводу, что ее мучает ревность. Она ревнует к девчонке, которая, по всей вероятности, ведет беззаботную, вольную и к тому же опасную жизнь, импонирующую обоим мужчинам.