Счастье рыжего цвета

В общем, хорошо, что сестра нашлась! Не было бы счастья, как говорится! Сейчас они быстренько найдут этого обормота, потом разведутся, а потом Юлька станет женой рыжего, а Полина счастливой свободной женщиной. Хороший план, надо действовать! И главное – почему раньше ей не пришло в голову, что замужем не так весело, как казалось? Все эти ограничения – туда нельзя, сюда нельзя, это не делай, то не покупай – надоели! Свободу попугаям! Сво-бо-ду!!!
Пока она предавалась размышлениям, Юля закончила с водными процедурами и вышла из душа в таком же полотенце, как сама Полина получасом ранее. Без косметики на лице сестра казалась совсем девчонкой, а россыпь канапушек, от которых Поля сумела-таки избавиться у косметолога, придавала ее лицу какую-то трогательность и беззащитность.
- Будто и не прошло этих лет! – заметила Полина. – Ты все такая же, как в школе на выпускном. А я вот… слегка усовершенствовалась.
- Подросла в некоторых местах! – хихикнула Юля. – Тебе идет. Ты всегда умела себя подать, а я как была мышью деревенской, так и осталась.
- Может, иногда это и хорошо, - вздохнула сестра. – Давай собираться, да пойдем, мне уже самой интересно, что там твоя метка покажет.
Девушки оделись в почти одинаковые джинсы и футболки, собрали волосы в хвосты и снова, как и много лет назад, удивили увидевших их людей своей похожестью.
- Мы прогуляемся! – сообщила Юля усатому дядьке у ворот.
Тот пробурчал что-то вроде «не разговаривать с незнакомцами» и выпустил девушек. Его начальник, следивший за этим выходом двух красоток из окна, пробурчал себе под нос:
- Навязались на мою голову!
К счастью, обе сестры не слышали этого. Они спросили у закутанной по самые брови в платок и длинное платье женщину, как пройти к лесу, и направились туда. Как оказалось, идти было недалеко, дом стоял на отшибе почти, а потому девушки быстро оказались в самые гуще зарослей.
- Я боюсь змей! – поежилась Полина, оглядываясь.
- Не бойся, я с тобой! – пошутила Юля, оглянувшись на сестру.
Когда-то у их одноклассника была футболка с такой надписью, привезенная его родителями из заграничной командировки. В то время такие вещи были большой редкостью, а потому мальчик по имени Андрюша ловил на себе восхищенные взгляды всех одноклассников из обыкновенных семей. Юля уже и не помнила лица мальчишки, а вот футболка до сих пор стояла перед глазами. Странная все-таки память у людей, избирательная. Порой подкидывает такое из закромов, что безмерно удивляешься сам себе…
Некоторое время девушки шли молча, каждая думала о своем, потом начали переговариваться, вспоминая прошлое, даже смеялись, заходя все глубже и глубже в лес по тропинке. Прошло около получаса, прежде чем Юля почуяла опасность. Это было странное ощущение. Будто мороз по коже пробежался волной, приподнимая волоски на задней поверхности шеи дыбом.
- Стой! – негромко произнесла она, выставив руку в сторону сестры.
- Что? – та нахмурилась, испуганно озираясь.
Змеи? Их Полина боялась до панических атак. Но нет, в поле зрения не попало ни одно пресмыкающееся. Зато птицы испуганно гомонили, согнанные с мест невидимым существом, носились в небе туда-сюда, крича на разные голоса.
- Чую опасность! – все также тихим голосом сказала Юля, хмуря брови. – Не могу понять, что это… Надо в волчицу обернуться, так я больше смогу понять.
Ей нелегко давались обороты еще, забирали много энергии и сил, а потому девушка не часто практиковала их, но к сегодняшнему дню готовилась, настраивалась, а потому без труда приняла облик волчицы с густой серой шерстью, блестящими глазами и чутким носом. Поля во все глаза смотрела, как сестра принюхивается, хвост ее подрагивал от напряжения, загривок вздыбился.
В воздухе витал запах смерти, все было пропитано им. Старая кровь и вмятины на земле, заросшие яркой изумрудной травой, говорили, что совсем недавно тут была если не битва, то убийство. Но к Егору это не имело отношения – его аромат Юля не чуяла. К ним пробирался кто-то чужой, кто-то, желающий смерти. И это было странным. Кто мог захотеть убить двух самок-оборотней? Бежать! Вот что следовало! Бежать обратно в клан и бить тревогу. Резко обернувшись человеком, Юля схватила Полину за руку и потянула.
- Надо уходить! – взволнованно сказала она. – Тут нам не место! Тут опасно и смерть кругом витает! Я чую ее!
Сестра испуганно вскрикнула и побежала за ней, но путь им преградил внезапно выросший на тропинке зверь. Был он огромен, страшен, с лоснящейся шерстью в красивых пятнах, с длинным пушистым хвостом, сейчас напряженно вытянутым и подрагивающим позади зверя, мощные лапы с длинными когтями вспороли землю на тропе…
- Это что, леопард? – севшим от страха голосом просипела Поля.
- Ирбис! – качнула головой Юля, не сводя с него напряженного взгляда. – И я не уверена, что он оборотень…
Об этих оборотнях она читала, что их очень мало, и среди россиян их нет. Значит, это чужак! Чужак на подконтрольных местному клану территориях! И он сейчас готовится к нападению на двух беззащитных женщин!
Вновь приняв облик волчицы, девушка тоже застыла в напряжении. Нет уж, просто так она с жизнью не расстанется. Будет защищать себя и сестру до последней капли крови.
- Беги! – крикнула Полине, обернувшись на нее. – Я задержу его!
Зверь напротив зашипел, из пасти закапала слюна. Он забил хвостом по бокам, вздыбил шерсть и припал на передние лапы – того и гляди кинется. Полина же замерла испуганно, не в силах отвести взгляд от его прозрачных желтоватых глаз.
- Юля, мне кажется, я обмочилась! – испуганно пролепетала она. – Господи, аааа!
В этот самый момент зверь кинулся на Юлю. Та была заметно меньше и уступала в силе, а потом один мощный удар лапой – и волчица уже лежит под деревом без сознания, откинув голову.
Полина резко повернулась и побежала сквозь кусты, но куда слабому человеку против сильного взбешенного зверя! Он одним движением кинулся на нее, вцепившись зубами в шею сзади и прокусывая плоть. Девушка упала с громким вскриком лицом вперед, ощущая страшную боль от когтей и зубов ирбиса, и последним ее воспоминанием был леденящий душу крик…
 
19
Егор застыл, не сводя глаз со знакомой фигуры в дверном проеме. Внутри него всколыхнулись боль и раздражение, детская обида вспыхнула с новой силой, зубы сжались, отчего на лице заиграли желваки. Он вздернул подбородок вверх, упрямо скривился, хмыкнул.
- Не ожидал тебя здесь встретить! – заявил с вызовом, нарочито громыхнув цепью, и добавил презрительно, выплевывая слово, будто гнилой орех, попавший случайно в рот: - Отец!
Тот вошел в пещеру, молча приблизился к сыну, присел на корточки и отстегнул металлические браслеты от запястий.
- И я не ожидал, что ты явишься сюда, - заметил с ехидством в голосе. – Сын! Офисный планктон, так сказать.