Рыжая чайка

– Я же говорил, брат, ты не поверишь! Мы здесь сидели, миловались звёздами, болтали, а потом сероглазая птица уснула у меня на руках и я боялся подать сигнал. Ты же велел оберегать чайку, я сделал, как ты просил. Она жива, почти цела и почти не замерзла. Тара просто проходила мимо и мы не заметили, как быстро пролетело время. Правда, Тара? – черные глаза с пляшущими искрами метнулись на меня. Он кусал губы, чтобы окончательно не расхохотаться, потому что Алишер приходил в себя очень медленно. Интересно, во что он больше не мог поверить, что я оказалась здесь или то, что Камиль меня не убил?
– А вид? – указал он на меня пальцем.
– А что ты имеешь в виду, следы крови или полураздетость? – тут же спохватился с кривой усмешкой Камиль. – То, что Тара забыла надеть платье – это она сильно спешила, а кровь – исцарапалась пока бежала. Правда, Тара?
– Да, Камиль. Всё было именно так. – Буркнула я, не удержалась и снова вздохнула.
Наконец, Алишер сменил прибитое выражение лица, кивнул головой, подошел ко мне, схватил за локоть и потащил подальше ото всех в сторону.
– Как ты здесь оказалась, Тара? – прямо спросил он, внимательно наблюдая за моим лицом.
– Я убежала из Криленда. Пришла сюда ночью, в надежде, что она будет последней в моей жизни, и завтра никогда не наступит. Завтра, когда меня должны приговорить замуж. Но оно наступило, как я Камиля не уговаривала. Мерзавец отказался мне помочь.
– Шутишь – это хорошо. Я уже понял, что ты способна на безумства, Тара, но что нам делать дальше? – строго сузив глаза, произнес молодой вольфгарский вожак.
– Придется признать моё поражение в схватке с судьбой, мою безысходность и обреченно плестись сдаваться, если по дороге меня всё-таки не настигнет смерть. Что для меня абсолютно равносильно. – Я смотрела мимо него, поджав губы. – Прости, я не хочу создавать тебе трудности. Ты не должен вникать в мои человеческие проблемы. Я пойду. – Медленно двинулась я с места.
– Но я вник. И у меня есть идея. Тебе ведь на самом деле хочется, чтобы я помог тебе?
Остановившись, я согласно потрясла головой, и обернулась. Алишер снисходительно улыбался. Вот за что он мне так нравился! Если не считать вольфгарской красоты – за проникновенное благородство!
– Пошли, я покажу тебе, где я живу, – произнес он.
– Мы берем её в наше селение?! Я говорил тебе, Тара – тебе нельзя общаться с вольфгарами! Теперь и Алишер спятил! – воскликнул Камиль. – Ты представляешь, как там на неё отреагируют?!
– Ничего, им придется смириться, и держать свой пыл в крепко сжатых кулаках! Я предупрежу их. Вечером мы отправимся в Криленд! У меня есть план, а для этого я должен попытаться поговорить с их старейшинами. Переговоры.
– Ты так проникся свадьбой Тары? – с издевкой бросил Алишеру Камиль.
– Нет, это насчет дигонов. Мне нужно перемирие и союз с людьми. Отправляемся в селение! – выкрикнув последнее слово, Алишер метнулся ко мне, и закинул меня за спину, стремительно помчался в лес. Когда я опомнилась, из-за быстро мелькающих деревьев, мне показалось, что я лечу.
Вольфгары жили в шатрах. Их селения кочевали из одного места в другое, поэтому к условиям жизни они были не притязательны. Никаких укреплений и роскошеств. Одежду они шили из кожи, предметы обихода тоже были примитивны. Главным их сокровищем было оружие и выделанные шкуры редких животных. И, несмотря на это, поговаривали, что у вольфгаров водились драгоценные камни, и они знали секрет особого сплава металлов, отчего их оружие по крепости, так отличалось от нашего.
Когда меня принесли и поставили на землю, я так замерзла, что меня уже не волновало, как меня оглядывали жители этого селения. Возмущенно. С ненавистью! Презрительные лица женщин. Фыркающие дети. Поджатые губы хмурых воинов. А меня трясло, и я мечтала лишь укутаться во что-нибудь мягкое.
Единственное улыбающееся лицо вольфгара шагнуло ко мне:
– Привет, Тара!
– Зддддравствуй, ….Михас! – добродушно затряслась я.
– Лала! – громко позвал кого-то Алишер. Это была молодая вольфгарская девушка, вынырнувшая из шатра. – Дай ей что-нибудь из одежды!
– Ничего я этому давать не буду, – еле выдавила Лала, с негодованием глядя на Алишера, рассыпая искры из глаз во все стороны. Она даже побледнела от злости.
– Лала, эта девушка проводник. Она помогла нам, и она нужна мне живой! Её зовут Тара. И ты принесёшь ей одежду! – твёрдым, изменившимся тоном процедил Алишер, наградив девушку уничтожающим взглядом. Та, чуть ли не содрогаясь от презрения ко мне, унеслась прочь. Но быстро вернулась. Лала бросила мне что-то под ноги и гордо удалилась.
– Михас, побудь с Тарой. – Алишер кивнул мне и тоже скрылся.
Одевшись, ко мне вернулась способность мыслить и желание жить дальше. Я присела в стороне, наблюдая за жизнью селения. Михас пристроился возле меня. Я была благодарна ему за его простоту и непосредственность, за его спокойствие и снисходительность ко мне. Он больше напоминал мне Алишера, чем Камиля, чьим родным братом являлся.
– Кто эта девушка Лала? – спросила я у тринадцатилетнего вольфгара.
– Сестра Алишера по матери. Ты всё равно дрожишь, Тара. Теперь от страха что ли? – живые глаза мальчишки изучали меня с интересом. Может, ему и хотелось, чтобы я боялась неустрашимых вольфгаров, но меня трясло теперь совсем по другой причине – это пережитые тревоги искали выход из глупой головы. И вдруг, неподалёку, из ближайшего шатра – выскочил Камиль с охапкой каких-то вещей в руках. А следом за ним выскочила гневно кричащая девушка, потрясающая кулаками. Не обращая ни на кого внимания, они орали друг на друга, не скупясь в выражениях. Таким Камиля я точно ещё не видела! Эта сцена меня так поразила, что я просто-таки ощутила, как у меня отвисает челюсть.
– О, по глазам вижу, что ты хочешь спросить, что это такое! – рассмеялся Михас. – Это Камиль поссорился со своей подругой! Из-за того, что он всю ночь где-то пропадал, и пропитался запахом другой женщины. Но на самом деле, Камиль так развлекается. Ему ничего не стоит поднять бучу и найти себе другую. С ним часто такое бывает. Алишер говорит, что из-за его нрава, этого мерзавца девушки скоро порвут на части. Вот видишь, Гиза его прогнала, но готов поспорить, ему всё равно! Добился, чего хотел. Обычно, он первый их бросает. – Михас потешался над этой бурной сценой скандала. Остальные и вовсе не обращали на это никакого внимания. Им гораздо интереснее была я! То и дело мимо меня кто-то проходил, бросая укоризненные взгляды.
– Вольфгары терпеть не могут людей, – тихо заметил Михас, с любопытством наблюдая за моей реакцией.
– Не утруждайся объяснять. Я знаю, что я не желанный гость в твоём селении. И я их понимаю.
– Будет лучше, если я спрячу тебя в нашем шатре. Поднимайся! – деловито скомандовал юный вольфгар, серьёзно хмуря брови, в точности как Алишер.
– Мы живём здесь вместе с Камилем. Но с тех пор, как его начали интересовать девушки, бывает он здесь редко, – продолжал спокойно пояснять мне мальчик.