Рыжая чайка

«Оказывается, Камиль прекрасно понимал, что там, в подземелье он задел меня. Интересно, он сделал это нарочно? Зачем? Ведь он сам недавно сказал, что не причисляет меня к людям, что не хотел бы меня убивать. Я, наверное, никогда не пойму вольфгарскую логику». Но спросила я о другом:
– Скажи, а разве днём, в образе человека, тебе гораздо хуже, чем ночью? Ты же не станешь отрицать, что при солнечном свете мы похожи!
– В чём-то похожи, в чём-то нет. Мы красивее, – Камиль рассмеялся, но без превосходства. – Поворотливее, лучше орудуем мечом и всё такое. Наши способности отличают нас от вас. И ещё привычка питаться по-другому. Днём вольфгары так же могут быть опасны для тех, в чьих жилах бежит теплая кровь. Ну, естественно, я не стану отрицать, что в «человеческом» облике есть свои достоинства: возможность выражать эмоции, болтать, встречаться и заигрывать с подругами. Да масса всего! Меня устраивают преимущества и днём и ночью! Я не расстраиваюсь, оттого что я вольфгар. По крайней мере, я свободен в отличие от тебя!
– А тогда что ты делал здесь, один, в нейтральном лесу? – я чуть-чуть отстранилась от него, чтобы изучить блеск его глаз. Он изменился. Из ярко-оранжевого, стал голубоватым и не таким пышущим.
– Я? Охотился!
– Врешь, из этих лесов дичь давно ушла, а на людей ты сам сказал – вы не нападаете! Так что ты делал в этом лесу? Неужели охотился на дождевых червей? – я подозрительно сощурилась, наблюдая, как снова изменился свет вольфгарских глаз.
– Гм, Тара я, что давал тебе клятву говорить начистоту и только правду? Ты слишком любопытна, а такие, чайка, долго не живут. Мой тебе совет – всегда помни о черте между нами.
– Даже тогда когда тебя прижимает к себе обнаженный вольфгар? – спросила я.
Камиль тихо рассмеялся.
«Интересно о чем он подумал? Боже, что я только что ляпнула!»
– Ох, Тара, я ведь не звал тебя сюда, так что не обессудь. Послушай, я тоже люблю задавать вопросы. Раз уж мы тут с тобой так мило собрались, я хочу кое-что узнать. Ты мне здесь причитала что «не любишь, не выйдешь замуж, уж лучше умереть, чем без любви!» Любовь, что для вас людей это такое? Что это за потребность, толкающая к смерти?
Долго я не знала, что ему ответить. Может, даже потому что сама ещё ясно себе этого не представляла. Я так продолжительно молчала, а Камиль мне не мешал думать, что я даже решила, что вольфгар задремал, но он тут же подтолкнул меня. И я ответила так, как слепо ощущала сердцем:
– Думаю, у каждого живущего в этом мире человека этому чувству есть своё определение. Лично мне кажется, что ради любимого ты готов отдать всё что угодно, ничего не требуя взамен; ты дышишь им как воздухом; его улыбка, его тепло согревают твою жизнь; ты готов идти рядом с ним и в зной и в холод, лишь бы быть рядом; или даже ощущать на расстоянии и радоваться той мысли, что он просто живёт в этом мире; а когда ты вместе с любимым – вокруг время застывает в вечность, в которую хочется уйти лишь с ним. А что значит любовь для вольфгаров?
– О, значит, ты всё-таки предполагаешь, что она у нас есть? Хм, – Камиль пожал плечами, его развлекал этот разговор, было слышно по голосу. – Вольфгары так глубоко себе голову не заморачивают! У нас всё проще – ты с тем, с кем тебе хорошо. Вот и вся любовь! А чтобы кем-то дышать или бредить о ком-то – я этого не могу понять. А знаешь, Тара, мне кажется это ты одна такая среди людей. Нет, однозначно люди не такие, просто ты придумала себе особое чувство. Да, точно, так и есть. Я вообще сейчас не верю, что всё это происходит со мной! Я сижу с человеческой девчонкой под луной, обнимаю её, чтобы она не околела, мирно беседую, и совершенно ничего не понимаю. … Так не должно быть! Даже не знаю, как я буду чувствовать себя после этой безумной ночи!
– А скажи мне честно, Камиль, ты боишься меня тронуть из-за Алишера? Ты ведь здесь не просто так, это он приказал тебе здесь быть! Вы следите за Крилендом? Потому что, …потому что вам тоже нужен проводник? Моя глупая голова? – тихо и с большой долей печали прошептала я, то, что мучило меня, пока я слушала его рассуждения.
– Зачем ты спрашивала, если уже ответила на все свои вопросы? – нехотя ответил он. – Ты очень догадлива, чайка. Но твоя голова не глупая, глупое, скорее всего …твоё сердце. А в том, как выбираться из запутанных лабиринтов – тебе равных нет! – бросил Камиль. Почему мне показалось, что в его словах отражалось какое-то равнодушие?
– Как и моему отцу? Он был талантливейшим проводником, но было одно «но» – он презирал вольфгаров и ни за что бы не стал вести их по безопасным туннелям! – сухо подытожила я, выпрямившись у него на коленях. – И лишь по этому ты не убил меня, на мои хрупкие плечи и всё остальное тебе плевать!
– Ну, если ты считаешь, что так хорошо знаешь меня, что раскусила меня, то так и думай! – уже со злостью, мгновенно вспыхивающей в вольфгарах, ответил Камиль. – То, что ты особенная было заметно с первого раза. Мне стоило лишь раз взглянуть в твоё лицо, чтобы стало понятно – вот существо, которому нравятся вольфгары! Очень редкое абсурдное качество среди людей. Да, мы используем это в тебе, но мы и уважаем тебя за это Тара, единственная, кто заслужил это у вольфгаров, потому что ни один человек не остановился бы, увидев бой вольфгаров с дигонами, и не помог бы! Ни один проводник не стал бы рассуждать здраво, не исключая союза между нашими народами против общего врага. Тебе дано видеть всё с другой стороны. Это плохо, что Алишер приказал присматривать за тобой?
Я потупилась, и обижено выдавила:
– Нет. Но мне противно, что меня все используют. Люди, вольфгары! Почему я никого не интересую, просто как Тара? Мои знания – это моё проклятье!
– Не смеши меня! Ты слишком молода, чтобы судить о роке и делать печальные выводы. Вот вышла бы замуж, может, и пригодилась бы кому-нибудь просто как Тара! – Камиль сменил сердитый настрой, и ему снова стало весело, а меня наоборот начала распылять злость.
– Очень смешно! Просто сейчас начну ухахатываться! Ты сам не намного-то и старше меня, умник! Если ты свободен, как ты утверждаешь, почему ты покорно исполняешь приказ Алишера? Ты что его дрессированный страж, друг или личный оруженосец? У вас странные отношения!
– Снова ты мыслишь запутано и по человечески, всё меряешь своими устоями! Даже если бы мы не были друзьями, по закону я обязан ему подчиняться – он старше меня и он вожак. А телохранитель Алишеру вообще не нужен, что за бред! У нас нет свиты и придворных дам, как где-то в вашей части мира. Просто он мой брат! Это ведь просто? Алишер мой старший брат. – Раздраженный Камиль, заметив, как я снова начала дрожать, властно притянул меня к себе. Мне даже перед собой стало стыдно, что я с благодарность восприняла тепло его обнаженной груди. Но мне ведь не терпелось узнать о подробностях!
– Брат? Но вы ведь с ним абсолютно не похожи!
– У нас один отец, но разные матери. Повелитель вольфгаров имеет много жен. – Очень просто пояснил Камиль, как само собой разумеющееся.