72 часа (ЛП)

Я изучаю его взглядом.
Он хочет пригласить меня на свидание?
Я ни с кем не встречалась после Ноа. Не хотела. Начать новые отношения было бы хорошо, даже слишком. Все последние несколько месяцев я цеплялась за прошлое. Может быть, пришло время отпустить его. Отпустить Ноа.
Мысль о том, чтобы действительно вычеркнуть Ноа из жизни, причиняет мне муку куда более сильную, чем я готова признать, особенно если учесть, что я причинила ему боль в прошлую нашу встречу. Может, нам обоим будет лучше друг без друга. Почему эта мысль убивает меня?
Я пытаюсь спрятать боль и улыбаюсь.
— Конечно, с удовольствием.
— Ну, тогда допивай, и мы пойдем, прогуляемся. Здесь есть несколько отличных мест.
Я делаю, как он просит, допиваю свой коктейль и поднимаюсь. Забираю со стула пальто и проверяю телефон. Все еще ни слова от Рейчел. Странно. Может, она задержалась на работе или застряла на встрече и не может ответить на звонок. Я шагаю рядом с Марко, и мы идем через дорогу к парку, где я обычно бегаю.
— Ты живешь где-то здесь? — спрашивает он на входе в парк.
— Да, всего в нескольких кварталах отсюда.
— Знаешь, где можно перекусить?
В голове немного звенит. Это от водки меня так развозит?
— Есть небольшое кафе с другой стороны парка, на выходе.
— Звучит неплохо.
Мы шагаем по парку, фонари освещают тропинку под ногами.
Странно, ноги у меня заплетаются. Я и не думала, что выпила так много. Тем не менее, я смеюсь над шутками Марко и рассказываю ему все, что приходит в голову, все мои запреты, похоже, вылетели в трубу. Мы уже посреди парка, когда Марко останавливается и поворачивается ко мне.
— Здесь так хорошо.
Я поворачиваюсь к нему лицом и едва не падаю. Голова звенит и в ней как-то пусто. Я поднимаю руку, чтобы убедиться, что она на месте. Боже. Я истерически хохочу. Ну конечно, она на месте.
Я пытаюсь сфокусироваться на Марко, но он как будто в тумане. Меня накачали наркотиками? Что происходит? Боже, Марко накачал меня наркотиками?
— Я знаю, что это прозвучит слишком скоро, но я бы очень хотел поцеловать тебя, — бормочет Марко, прижимаясь ко мне.
Его губы касаются моих, и я даже не пытаюсь отступить, не потому, что не хочу, а потому, что мое тело просто не хочет подчиняться. Я пытаюсь рукой ухватить его за плечо и оттолкнуть, но тело не слушается. Его поцелуй становится более страстным, и я не могу найти в себе силы сопротивляться.
Это ужасно. После Ноа поцелуи других мужчин кажутся просто отвратительными.
Пустота в голове спускается ниже, и тело мое словно парит над землей. Колени дрожат, но Марко обнимает меня за талию и целует снова. Он становится слишком напористым.
— Серьезно?
Голос кажется далеким, но я его тут же узнаю. Ноа.
— Отпусти ее, или я заставлю тебя, — предупреждает он.
— Эй, приятель, — говорит Марко, отстраняясь, но не разжимая объятий. — Не знаю, кто ты, но это моя девушка.
Его девушка? Подождите, что?
— Ты сейчас серьезно? — рявкает Ноа, глядя на меня. — Лара, какого хрена?
Вся эта сцена кажется невероятно странной. Почему Ноа здесь? Мне все это снится?
Я едва стою на ногах, и мне приходится ухватиться за Марко, чтобы удержать равновесие.
— Так вот, значит, как, да, Лара? — выплевывает Ноа.
Я открываю рот, чтобы ответить, но не могу подобрать слов.
Да что со мной?
Ноа качает головой.
— Я думал, что у нас есть шанс, но теперь вижу, каким я был идиотом. Все действительно кончено.
Похоже, он сдается.
Мое сердце колотится. Я не хочу, чтобы он сдался. Я отталкивала его, но в глубине души мысль о том, что он бросит меня насовсем, разрывала в клочья. И я хочу это все сказать, но не могу выдавить из себя ни звука.
— Тебе лучше уйти, — говорит Марко, и у меня начинает кружиться голова.
Он обнимает меня крепче.
— Нет. Уходить пока рано. Веселье только начинается.
Голос. Я слышу его, но не вижу человека, которому он принадлежит. Я моргаю и пытаюсь сосредоточиться, но не могу. За спиной у Ноа оказывается какая-то тень, и я не могу разобрать, что это. Это вообще человек? Может, это дерево. У меня снова кружится голова. Кажется, меня сейчас стошнит.
— Какого хре…
Слова Ноа обрываются, он сдавленно хрюкает, и наступает тишина. И затем Ноа падает на землю — его большое, красивое тело просто падает к моим ногам.
Я пытаюсь вырваться из рук Марко, испуганная и растерянная. Но без толку — тело слишком слабое и не хочет слушаться. Темная фигура приближается. Я не могу разглядеть лица, видны только белые ровные зубы.
— Готова поиграть, Лара?
Что-то острое вонзается в шею.
И все погружается во тьму.
  
ГЛАВА 5
 
Я лежу на мокрой земле.
Это ощущение первым говорит мне, что что-то не так.
А еще я чувствую дождь на лице, холодные капли, стекающие по моим щекам. Я пытаюсь открыть глаза, но веки тяжелые и никак не хотят слушаться. Когда я сжимаю кулаки, то чувствую под подушечками пальцев мягкую грязь. Паника охватывает меня, сердце сжимается. Что за черт?
Я пытаюсь вспомнить, что случилось. Ничего. Я припоминаю кое-что из событий вчерашнего вечера — сообщение, которое я пишу Рейчел, напоминая о нашей обычной пятничной встрече. Все, что случилось потом, скрыто в тумане. Я сосредотачиваюсь на своих зрительных ощущениях, глубоко вздыхаю и открываю глаза. Над головой серое небо, на лице дождь, и мне приходится потереть глаза, чтобы очистить поле зрения.
Я где-то в лесу.
Я вышла на пробежку и упала в обморок?
Я ощупываю руками свое тело: джинсы, легкий топ, на ногах — туфли на каблуке. Нет. Точно не пробежка. Я снова перевожу взгляд на деревья вокруг. Они почти заслоняют небо, оставляя взору лишь мазки серого. Дождь капает мне на лицо, пропитывает одежду и холодит кожу. Я поворачиваю голову влево — там одни деревья.
Я смотрю вправо и замираю.
Ноа сидит у дерева; глаза закрыты, один глаз красный и распухший. Голова опущена на грудь, он тоже промок от дождя. Я делаю еще один резкий выдох и помогаю себе сесть. Я вся в грязи. Сердце колотится.
Где мы? Почему Ноа здесь и почему он так выглядит?
Я оглядываю себя, но не вижу никаких синяков или ран.
— Ноа? — хриплю я.
Он не двигается.
Он мертв?
Страх сдавливает грудь, и мне приходится заставить себя сдвинуться с места, доползти до Ноа, чтобы коснуться его лица. Я скольжу пальцами по ссадине на его щеке, касаюсь распухшего, отекшего глаза. Веко покрыто царапинами. Он без сознания. Я кладу руку ему на плечо и легонько встряхиваю.
— Ноа?
Его рука дергается так быстро, что я не успеваю даже понять. Он охает и открывает глаза, выкручивая мне руку, и я кричу, падая вперед. Почти сразу же, осознав, что делает, Ноа отпускает меня. Его грудь тяжело вздымается и опадает, пока он оглядывается вокруг.
— Нет, — хрипло выдыхает он. — Блядь, только не это!
— Ноа, — хнычу я, потирая плечо. — Что происходит?
Его взгляд скользит по мне и останавливается на плече, которое я потираю.
— Я сделал тебе больно.
Это не вопрос. Я пожимаю плечами.
— Я не понял, что это была ты.
Я в растерянности.
— А кого еще ты ожидал увидеть?
Он сжимает зубы.
— Как долго ты в сознании?
— Несколько минут. Что происходит?
Он начинает копаться в карманах.
— Ноа?
Он не обращает на меня внимания. Наконец, Ноа достает из кармана сложенный лист бумаги. Он зажмуривается и чертыхается, прежде чем его развернуть.
— Да что происходит-то? — снова спрашиваю я.
— Надеюсь, это не то, о чем я подумал…
Он опускает взгляд на записку, и все его тело замирает. Что-то наполняет воздух вокруг, и мне кажется, я знаю, что это. Страх. Чего боится Ноа? Он ведь вообще не знает страха.
Происходит что-то очень плохое.
— Пожалуйста, скажи, что происходит, — умоляю я.