Любимый цветок фараона (СИ)

Нежданно в спальне появилась Латифа и, словно в ускоренном кино, собрала чемодан для Резы. А потом… Потом она остановилась подле кровати, и Сусанна, которая при ее появлении сразу вскочила на ноги, сделала шаг навстречу. Латифа так долго держала ее в объятьях, что Сусанна сумела сосчитать все булавки, которыми был заколот на голове платок. Мадам Газия ничего не сказала, да Сусанна и не ждала никаких пожеланий от женщины, в чьей культуре верят в сглаз. Но на глазах от теплоты объятий навернулись слезы, и Латифа тоже плакала.
Реза вновь стоял в дверях. Заметив его, Латифа тихо удалилась, оставив посреди комнаты собранный чемодан.
— Готова?
Сусанна кивнула. Из коридора возник Аббас и подхватил ее чемодан. Не увидев Латифы, Сусанна со вздохом вышла в придерживаемую Резой дверь к блестящему в свете фонарей автомобилю. Она села на заднее сиденье и пристегнулась.
— Подержишь?
Реза опустил ей на колени черную сумку в которой носил корону фараона. Глаза Сусанны наполнились ужасом.
— Зачем? — пролепетала она.
— Подарок твоему отцу, — без малейшей заминки ответил Реза и улыбнулся, угадав ее мысли. — Там хука.
— Что?
— Хука, — спокойно повторил Реза и раскрыл молнию. В сумке лежал кальян. — Это Аббас притащил. Я думал купить шотландский виски.
Аббас хохотнул. Сусанна проглотила обиду и сама закрыла молнию.
— Хука, значит, да? — пробормотала она. — А почему не лампа с джинном?
Аббас уже завел машину, но обернулся:
— Потому что джинна ты хапнула в мужья. Он еще не все твои желания исполнил? Терла, видать, плохо!
Реза обернулся к Сусанне:
— Пожалуйста, не поддерживай игру. Невоспитанным мальчикам свойственно хамить, но воспитанные девочки должны мило улыбаться в ответ, чтобы мальчик наконец заткнулся.
Аббас рванул машину с места. Реза довольный откинулся на подголовник, но молчать Аббас долго не смог. Он запел очередную попсятину, но Сусанна запретила себе вслушиваться в слова. И правильно сделала, потому что Реза совсем скоро заглушил голос брата музыкой. Так и доехали в молчании до аэропорта и распрощались без поцелуев. Аббас просто высадил их у дверей и, перебросившись с братом парой арабских фраз, уехал, даже не взглянув на его невесту.
— Аббас замечательный, — Реза взял Сусанну под локоть. — Ему просто нужно время, чтобы привыкнуть к новому положению вещей.
Им, кажется, всем нужно время, и у нее его меньше всех. Встреча с родителями неумолимо наступала на пятки, и она бежала к выходу на посадку, словно боялась упустить самолет. Из России она улетала в джинсах и футболке, а возвращалась в длинном платье с длинными рукавами, и сейчас от нервов и жары хотелось сорвать его с себя. Она не понимала, как Резе не жарко в пиджаке и с галстуком. Уж галстук мог бы не повязывать. Бритой голове он не поможет!
Сусанна держала сумку с кальяном на коленях и водила ногтем по молнии — вжик- вжик. Реза развалился в кресле и прикрыл глаза — конечно, сейчас третий час ночи, но чего зевать, когда у них все равно перепутался день с ночью. Зевать надо другим, кто всю субботу носился по Каиру, чтобы успеть объять необъятное. Марина… Нет, она не спала. Она на нее пялилась из дальнего угла зала ожидания.
— Можно мне отойти на минуту? — спросила Сусанна, не уверенная, что Реза не задремал. Может, он вообще не спал днем. Она же проснулась без него.
— Иди. Я и с закрытыми глазами все вижу.
Кто б сомневался! Сусанна опустила сумку в кресло и пошла по проходу к русской группе. При ее приближении Марина оживленно заговорила с соседкой, вызывающе-громко смеясь. Сусанна ловила на себе любопытствующие взгляды, но дала себе установку не нервничать по поводу мнения окружающих. Пусть мозг молчит и дальше!
— Паша, привет. Хотела поблагодарить за заботу…
— Это сарказм? — перебил недовольно бывший цербер.
— Нет, это действительно благодарность. Приятно сознавать, что ты не безразлична окружающим. Надеюсь, в полиции вам сказали, что у нас с Резой все хорошо.
Марина отвлеклась от собеседницы и уставилась на Сусанну.
— Ладно, мне пора. Увидимся на контроле в Питере, — поспешила сбежать от расспросов Сусанна.
Реза приподнял сумку, чтобы она могла сесть, и снова притворился спящим аж до объявления посадки. Они прошли первыми и устроились в своих креслах. Сусанна — у окна.
— Шампанское будем пить? — спросил Реза, чтобы оторвать ее от созерцания аэропортового пейзажа.
Сусанна покорно приняла от улыбчивой стюардессы стеклянный бокал.
— За начало новой жизни! — улыбнулся Реза.
Их бокалы встретились.
Да можно и не чокаться. Она уже чокнулась, согласившись выйти замуж. Когда самолет вырулил на взлетную полосу, Реза сжал пальцы Сусанны. Она прикрыла глаза. В ушах шумело от выпитого шампанского и работающих двигателей. Живот давно скрутило и придавило сердцем, но вовсе не от взлета. Самолет плавно взмыл к облакам, но Реза не отпустил руки Сусанны, даже когда за окном раскинулись бескрайние белоснежные поля. Он продолжал ласково поглаживать на ее пальце египетское кольцо.
КОНЕЦ