Секретарь старшего принца 2

Заревев, глава рода кинулся на меня, но я хлестнула его уруми. Лезвия вспороли нежные чешуйки на губах, врезались в кожу, сосали кровь. Отпустили, и я ударила снова. Дракон попятился. Но я опять ударила, заставляя отступить ещё дальше, я била его, полосуя в мясо морду и язык, загоняя громадного алого дракона в угол во дворе его собственного замка.
– Не смей брать моё! – рычала я, ступая по лужам его крови. – Не смей! Не смей!
Я лупила его до тех пор, пока глава рода Тейранов не заскулил, униженно пригибаясь к земле.
– Только попробуй пожаловаться, – рыкнула я, вкладывая в голос убеждение, чтобы он верил каждому слову. – Только попробуй, и я подам ответную жалобу на похищение моего вассала и попытку сломать мне крылья, а пока суд да дело, вырежу всю вашу проклятую семью! Понял?
Он снова заскулил, кивнул с трудом.
О да, мы подчинялись законам, могли действовать через них, но лучше всего драконы всегда понимали силу.
Всё вокруг было пропитано запахом крови, гневом и ужасом. Никто из слуг не посмел выйти на защиту господ. Над замком слабо мерцал защитный купол, видимо, активированный автоматически, но я уже внутри, он не мог меня остановить.
Поднявшись по скользким ступеням, я вошла внутрь. Ментально искала живых, влезала в память затаившихся существ, выискивая нужную информацию, и потому по замку шла уверенно, как хозяйка.
Через холлы к тайной лестнице на отгороженную часть второго этажа в отдельное крыло, в покои, где Тейраны в комнате с зеркалами держали свои сексуальные игрушки.
Запертую заклинаниями дверь я вынесла ударом чистой магии.
Энтария Ларн испуганно вскрикнула. На ней был чёрный с вкраплениями точечек-кристалов антимагический ошейник и простыня, в которую она кутала своё истерзанное тело, не успевшее восстановиться после всего, что ей пришлось пережить этой ночью.
– Идём со мной, – приказала я.
С ужасом меня разглядывая, Энтария неуверенно двинулась ко мне. Я искоса глянула в зеркало: бледная, с огромными жуткими глазами, забрызганная кровью, с волочащимися за мной сверкающими лезвиями уруми.
Соединив лезвия, я убрала Жаждущего крови в ножны, позволила Многоликой опутать рукоять, и гнев немного отпустил. Совсем чуть-чуть, но это позволило глубже дышать и думать чуть яснее. Я очистила себя заклинанием и добавила в голос успокаивающей мягкости:
– Энтария, Сирин попросила меня спасти тебя, можешь больше не бояться.
Она пристальнее всмотрелась в моё лицо.
– Халэнн? – пролепетала неуверенно и бросилась ко мне на шею. – Заберите, заберите меня отсюда!
Уткнувшись мне в плечо, она не смотрела по сторонам, слепо следуя за мной на улицу. Я, ментально прислушиваясь ко всем вокруг, чтобы среагировать в случае внезапного нападения, старательно отгораживалась от её чувств и воспоминаний. Мне было страшно заглянуть в эту жуткую бездну, а всё необходимое я могла узнать у её дяди.
На крыльце я приказала окровавленному воющему главе Тейранов.
– Сними щит.
Небо открылось. Крепче ухватив Энтарию за талию, я расправила крылья и взлетела. Энтария весила немного, но даже это для моих не слишком тренированных крыльев было чересчур. Только оставить её здесь или бросить по дороге к их родовому замку я не могла.
Меня поддерживала злость. И желание скорее разобраться. Желание вернуть Энтарию в её комнату или в комнату Сирин Ларн, чтобы драконесса оказалась в привычной обстановке и могла привести себя в порядок.
Мышцы жгло, но я заставляла их работать, заставляла себя тащить Энтарию дальше, потому что я знала: в её бедах есть часть моей вины. Я должна была проследить, разобраться, позаботиться о ней. Я отвечала за её безопасность больше, чем любой закон, ИСБ, стража. И я просто не справилась с этим.
Не справилась.
Дедушка бы такого не допустил.
Во двор небольшого, почти белого замка Ларнов я прилетела на последнем издыхании. Чуть не упала вместе с Энтарией на узорный внутренний двор.
Переведя дыхание и с трудом втянув ноющие крылья, обняла её за плечи и повела к крыльцу. Энтария содрогалась в беззвучных рыданиях.
– Твой дядя не станет главой рода, – пообещала я. – Никогда.
Она всхлипнула. Она хотела к сестре.
– Сирин сейчас в Столице, но скоро будет здесь, – пообещала я, ведя её в светлую комнату сестры. – Не бойся ничего, больше тебя никто не тронет.
Энтария боялась и хотела, чтобы я осталась, но хотела так же остаться одной. Её уже мучили кошмары наяву – воспоминания. И самое лучшее, что я могла сейчас сделать – коснуться её лба, посылая ментальный приказ пока ни о чём этом не думать, не винить себя, а успокоиться и думать, как жить дальше. После чего прошептала:
– Спи.
Подействовал не только приказ голосом, но и ментальный посыл, Энтария обмякла в моих руках. Я уложила её на постель в цветочек, укутала одеялом. Синяки и порезы, подточенные регенерацией, уже растворялись на светлой нежной коже. Когда Энтария проснётся, даже без помощи целителей физических напоминаний о случившемся уже не будет.
Последний раз посмотрев на неё, такую маленькую, хрупкую и беззащитную драконессу, я закрыла дверь в спальню Сирин Ларн и отправилась искать Инхорра Ларна.
Он обедал и ничего ещё не знал. Те редкие слуги, что заметили моё появление с Энтарией, не захотели его предупреждать. Они знали, что он поступил подло.
Едва увидев меня, Инхорр Ларн всё понял. Он резко побледнел, поднимаясь с похожего на трон кресла главы рода.
Слуги поспешно разбежались, не желая попасться под горячую руку драконам.
Я медленно приближалась, его ментальный амулет отозвался на мой зов, открывая путь к его памяти.
Это началось давно. Инхорр Ларн пристрастился к азартным играм. Сначала проигрывал и выигрывал примерно поровну, но потом долг стал расти. Помня прошлые победы, порой всё же выигрывая, остановиться Инхорр уже не мог.
И когда долги стали слишком велики, его брат, глава рода Ларнов, отказался ему помогать, сославшись на то, что эти деньги нужны семье, а если Инхорр такой дурак, что спустил столько, пусть теперь ищет способы выкрутиться.
Но по-настоящему плохо стало, когда долговые расписки Инхорра выкупила семья Тейранов.
С Ларнами они враждовали давно из-за территорий, из-за склочного характера огненных, но хуже всего была вражда из-за женщины: драконесса предпочла пойти любовницей главы рода Ларнов вместо того, чтобы стать женой главы рода Тейранов. Тот этого унижения так и не простил.
Сначала за всё расплачивался Инхорр. Ради отсрочек ему приходилось являться на встречи с Тейранами, терпеть их издёвки и побои – что угодно, лишь бы те не подали в суд, потому что сумма была такой, что Инхорр мог попасть на принудительные работы.