Леди-горничная возвращается
— А Баррака с ней в доле, тут к гадалке не ходи! — бабища продолжала демонстрировать недюжинный детективный талант.
— Чего это ко мне не ходить? — негодующе встряхнула крупными серьгами-кольцам еще одна «сиделица» — в пестрой юбке и крест-накрест завязанном на груди платке.
— Того что врешь ты всё, а чего не врешь, то и без тебя известно. — походя припечатала бабища.
— Баррака — он такой! — пьяно икнула Амелька. — Про меня знаешь, что сказал? Будто я у клиента кошелек украла!
— Так ты и украла! — выкрикнули с мужской половины камеры. — У меня! А я тебе в морду дал!
— Вот теперь вдвоем и сидим! — гавкнула в ответ рыжуха. — А все Баррака. Будто мы сами не разобрались бы? Разобрались, верно, касатик? — крикнула она пострадавшему клиенту. — Ну иди, я тебя за твои денежки хоть поцелую!
— Лучше б кошелек отдала. — проворчал тот, но к разделявшей камеру на две половины решетке прижался и вытянул губы трубочкой. И прогундосил. — Ну целуй, что ли, хоть медяк — да отработаешь!
— Медяк? За мой поцелуй — медяк? Да мой поцелуй золотого стоит! — рыжуха вцепилась в прутья и впилась губами в его губы как оголодавший вампир.
— Раз… Два… Три… — хором принялись считать обе камеры. Дамы сгрудились у рыжухи за спиной.
Я проехалась попой по скамье — подальше от этого праздника жизни… зато поближе к запримеченной мной цели. Тоже приникла к решетке и пристально уставилась на мужичка в лохмотьях, с волосами пегими, будто пыльными. И тихонько позвала:
— Здравствуйте, господин Торвальдсон, дорогой мой пропавший попутчик! Как же приятно вас видеть снова… особенно здесь!
Глава 28. Попутчик по камере— Леди ошиблася сильно! — съёживаясь так, что нос уткнулся в коленки, прогундосил он. — Не Торвальдсон вовсе, и не господин даже, Бродяга Ли я, дома нет, денег нет, хожу-брожу…
— Извини, обозналась. — немедленно согласилась я, и даже шевельнулась, будто собираясь отсесть… на середине движения обернулась и заговорщицким шепотом спросила. — Откуда тогда знаешь, что я — леди?
Пауза была такой крохотной, что не ожидай я ее — не заметила бы, и тут же он забубнил, раскачиваясь из стороны в сторону:
— Бродяга Ли — нищий человек, простой человек, Бродяга Ли — ниже всех, для Бродяги Ли и торговка — леди, и дворник — лорд, Бродягу Ли каждый обидеть может…
— Тогда Бродяге Ли повезло! — радостным шепотом подхватила я. — Бродяга Ли похож на очень нужного полиции человека. А кроме меня никто этого человека не видел. Сейчас я позову инспектора Барраку… а лучше сразу Зарембу! И покажу им Бродягу Ли. И полиция будет знать, как тот человек выглядит. С Бродяги Ли, может даже, портрет нарисуют. Хочешь портрет, Бродяга Ли?
— Не хочу. — мрачно буркнул он.
— А придется. — хмыкнула я и ухватилась за решетку, чтобы встать.
Человек с другой стороны решетки накрыл мои руки своими:
— Не зови Барраку, добрая леди, и Зарембу не зови! Полицейские глупые, скажут, что Бродяга Ли и есть тот человек, которого ищут. Полицейские злые, будут Бродягу Ли бить, чтоб сознался. Леди хорошая, леди не хочет, чтоб бедного, несчастного, беззащитного Бродягу Ли мучили!
— Леди о-бо-жа-ет, когда мучают беззащитных! Аж пальцы у леди дрожат и… — я понизила шепот до совсем интимного. — …и в животе горячо! — и показательно застеснялась. — Модная наука психология говорит, что это… как же там… компенсационное! Леди все обидеть норовят, даже старушки с коммивояжерами, и те в заговоре! Вот леди и радуется, когда кому-то еще хуже, чем ей!
— Леди злая. — печально заключил мой собеседник.
— Вы даже не представляете, насколько, господин Торвальдсон. — согласилась я.
— Может быть, леди согласится на какую-нибудь другую… компенсацию?
— Еще один охранный артефакт, господин торговый представитель? — вспоминая его разговор со старухой, подняла брови я.
— И мы забудем про этого никому не известного господина Торвальдсона. — быстро прошептал он.
— Ваааааааа! — последние слова потонули в дружном вопле сокамерников — рыжая Амелька и ее клиент закончили целоваться, и теперь мужики с хохотам толкались, требуя свою долю поцелуев — даже не обязательно Амелькиных. Приземистый бородатый мужичонка, у которого в дальней родне наверняка затесались дворфы, тянулся растопыренными губами к бабище. Та взирала на него с изумлением, но в целом — благосклонно.
— Чего ты там с убогим? — крикнула мне гадалка. — Айда к нам!
— Убогий тоже человек, тоже радости хочет. — буркнула я.
— И то верно. — согласилась гадалка, вытащила из-под скамьи еще одну бутылку и сунула мне в руки. С сомнением посмотрела на прутья разделяющей нас решетки, хмыкнула. — Ну вы уж как-нибудь… — и вернулась к компании.
Амелька, набрав вина за щеки, поила бывшего клиента изо рта в рот. Украденный кошелек он ей, похоже, совсем простил.
Я зажала бутылку между колен и принялась расшатывать залитую сургучом пробку.
— Меня, господин не-Торвальдсон, интересует только одно. — пропыхтела я — клятая пробка никак не поддавалась. — Откуда заказ пришел — отсюда или из столицы?
— Заказ? Какой заказ, леди, о чем вы? — на художественно измазанном грязью лице Торвальдсона проступила вымученная улыбка.
— На меня заказ. Который ваша покойная напарница… да примет Вечная Кобылица ее в свой табун, она ж из ассасинов Тайного Князя Степей, верно? Только они могут так скакать… — я усмехнулась невольно получившемуся каламбуру. — …в столь почтенном возрасте.
— Да вы что, леди! Где степи — а где Бродяга Ли! — с подкупающей искренностью возмутился он. Подумал, и добавил. — И господин Торвальдсон тоже…
— В тюрьме. Оба. Неплохая идея: пока ищут толстенького респектабельного коммивояжера отсидеться в камере под видом тощего… за что вас там взяли? Бродяжничество, попрошайничество?
— В карман залез… Все голод проклятый! — он изобразил глазки голодающего щеночка.
— Только Бродягой Ли не стоило называться. Если не ошибаюсь, так звали первого Тайного Князя, сумевшего создать в степях единственную и всеобъемлющую преступную организацию? — усмехнулась я. — Напарница легенды рассказывала? Потому что вы ни на ассасина… ни даже на степняка не тянете.
— А на кого тяну? — огрызнулся он.
— На торгового представителя. — я попыталась подцепить пробку пальцами и потянуть. — Напарница ваша была, скорее всего, из изгнанных. Не знаю, да и не интересно уже, как и где вы с ней сошлись, но вы договаривались с заказчиками и были на подхвате — проследить, внимание отвлечь — а уж она выполняла основную работу. Последнее время у вас… стабильность, если можно это так назвать, постоянный заказчик. После убийства магистра гильдии дорожников…
— В жизни не видел никакого магистра гильдии дорожников!