Последний из Легиона (СИ)

Наконец, охотник обошёл все могилы и подвёл кобылку к воротам погоста.
— Всё чисто, — сказал он.
— Неужели? — саркастически усмехнулся жрец. — И что теперь?
Эл забрался в седло. Народ раздался в стороны, кто-то испуганно ойкнул.
— Нужно осмотреть место, где повесили прокажённого.
— Кого повесили? — нахмурился священник. — Какого прокажённого?
— Которого твой бог не защитил, как и жителей Годура, чьи могилы ныне пусты.
Услыхав такую ересь, Сарадан покраснел до кончиков ушей, но с ответом не нашёлся. В толпе загудели, но как-то неуверенно. Похоже, слова демоноборца задели людей за живое, особенно тех, чьи родственники оказались по ту сторону городской ограды и человеческой природы.
* * *
Выслушав желание охотника осмотреть место повешения прокажённого старика, Арко Спиллиан не удивился. Двое из предшественников Легионера тоже ездили поглядеть на дерево с болтающимся обрывком верёвки.
— Что ж, могу попросить Дирка Мидала сопроводить тебя, — подумав, сказал градоначальник. — Но ехать долго, а скоро начнёт смеркаться. Сейчас рано темнеет. Хотя до полуночи далеко, конечно.
— Стригои появляются не в полночь, как многие ошибочно полагают, а с закатом, — проговорил демоноборец. — Они не выносят солнечных лучей, а вот часами, как правило, не владеют. Такие ценные вещи редко кладут в могилу с умершим.
— Я к тому, что вы можете не успеть вернуться до захода солнца.
— А я и не собираюсь. Провожатого же отпущу, как только доберёмся до дерева того.
— Не собираешься возвращаться? — прищурился градоначальник. — И что это значит?
— Не сбегаю. И от работы не отказываюсь. Просто собираюсь провести ночь по ту сторону городской ограды.
Арко Спиллиан помолчал, обдумывая слова демоноборца.
— Что ж, как хочешь, — проговорил он, наконец. — Тебе виднее. Тогда я сейчас же позову Дирка, чтобы вы могли отправиться немедленно, не теряя времени.
— Он был с вами, когда вы ездили искать тело старика?
— Был, ясное дело. Он же как-никак наш капитан. Так звать?
— Было бы неплохо, господин градоначальник.
Разговор происходил в трапезной трактира, в углу зала, за маленьким столиком возле окна. Посетителей было много — скорее всего, потому что люди явились поглазеть на удивительного чужака, хоть и делали вид, будто зашли просто выпить пива.
Оставив демоноборца одного, Арко Спиллиан приблизился к бармену и сделал ему знак наклониться. Когда тот подставил ухо, прошептал:
— Пошли-ка, Герти, кого-нибудь из своих мальчишек за Дирком Мидалом, и поживее.
Трактирщик, приходившийся градоначальнику племянником, только кивнул, не задавая лишних вопросов.
Спустя четверть часа явился высокий, тощий, как жердь, мужик в мягкой шляпе с понурыми полями, жилетке, на правой стороне которой виднелся криво приколотый капитанский значок (перекрещенные меч и стрела на фоне книги) и высоких сапогах со шпорами. На вид ему было лет тридцать пять. В зубах он держал соломинку. Обведя зал трактира прищуренным взглядом, он кивнул бармену и направился в угол, где сидели Арко Спиллиан и демоноборец.
— Звали? — опустив приветствие, спросил Дирк.
— Покажешь охотнику место, где Кройны оставили того бродягу, — тихо сказал градоначальник.
— Прокажённого, что ли?
— Его самого.
Соломинка переместилась из одного уголка рта в другой.
— Поздновато для таких прогулок.
— Только довезёшь его до места, и сразу назад.
— Ждать не надо?
— Нет.
Во время разговора Дирк смотрел исключительно на Арко Спиллиана.
— Лады, покажу. Ток надо щас прямо ехать, чтоб до темноты успеть.
— Сейчас и поезжайте.
Демоноборец встал и направился к выходу. Дирк вопросительно поднял брови, проводив его взглядом.
— Двигай за ним, — сказал Арко Спиллиан. — И треплись по дороге поменьше.
— Да о чём разговаривать с этим? — пожал плечами Дирк.
— Вот и не надо. Только если что спросит, да и то… думай, прежде чем отвечать.
Капитан приложил два пальца к краю шляпы.
— Как скажете, господин Спиллиан.
  
Глава 8
 
Несмотря на название, Пустошь совсем не походила на выжженную солнцем пустыню. Может, когда-то здесь и царствовал песок или растрескавшаяся земля, но теперь всё покрывали сочная трава и дремучие леса. Реки тоже имелись, и довольно полноводные. В чащах жили звери, в ветвях щебетали птицы. И ещё повсюду водились чудовища. А вот людей было мало. Когда-то они заселяли всё пространство с запада на восток и с юга на север, но после Великой войны жалкие крохи уцелевших разбредались по Пустоши, ища пропитания и способа уцелеть. Получалось не у всех, далеко не у всех. Но постепенно люди приспособились к новому миру, проросшему на обломках прежнего, и стали плодиться. И всё же далёк был час, когда человечество смогло бы сравниться численностью с собою же прежним.
В чистом, прозрачном небе чёрными силуэтами кружились стервятники. Иногда воздух оглашался пронзительными, нетерпеливыми криками. Эл ехал, опустив голову и прикрыв глаза. Ему не нужно было пялиться на придорожные кусты и деревья или направлять циклопарда. Животное само знало, что нужно следовать за рыжей лошадью человека в мягкой шляпе с обвислыми полями.
Спустя час скачки, в которой мутанту приходилось сдерживать прыть, чтобы постоянно не обгонять кобылу капитана, Дирк Мидал натянул поводья и обернулся к своему молчаливому спутнику.
— Эй! — окликнул он. — Приехали.
Соломенная амигаса приподнялась, так что стал виден массивный подбородок, но не глаза.
— Значит, это здесь?
Демоноборец ловко спрыгнул с циклопарда и направился к толстому, кривому дереву, с нижней ветки которого свисал обрывок верёвки. Капитан следил за ним с едва заметной гримасой отвращения. Он считал, что Спиллиану не следовало нанимать этого выродка — подождали бы другого, нормального охотника на нечисть. А Легионер… Если хотя бы половина ходивших о нём слухов — правда, то лучше бы вообще не впускать его в город. И, уж тем более, не заключать с ним контрактов. Но Спиллиан не имел привычки советоваться или спрашивать чужого мнения. Воротил, что хотел. Вот и теперь сам решил связаться с этим ублюдком. А расхлёбывать… Расхлёбывать, если что, придётся всем миром. Это уж как пить дать. При этой мысли капитан покачал головой, стянул шляпу и вытер ею вспотевшее лицо. К вечеру становилось не прохладнее, а теплее. Вернее, на землю спускалась духота. Дирк бросил взгляд на небо, где уже не было видно солнца, скрывшегося за верхушками деревьев. Градоначальник сказал доставить демоноборца на место, где эти дебилы Кройны вздёрнули бродяжку, и возвращаться, но капитану хотелось поглядеть, чем будет заниматься легендарный охотник.
А тот ничего особенного не делал. И вообще, вёл себя странно. Конечно, после смерти прокажённого старика прошло четыре месяца, но Дирк ожидал, что демоноборец хоть попытается найти какие-нибудь следы. Его предшественники, по крайней мере, так поступали. Правда, успеха они не добились.
Охотник прошёлся под деревом, задрал голову, поглядел на верёвку, а затем устремился к ближайшим кустам. Тщательно осмотрев их, он раздвинул ветки и исчез в зарослях. Его не было минут пять или больше, в продолжение которых до капитана доносились треск и шелест, а также — иногда — приглушённое бормотание. Дирк уже начал обеспокоенно ёрзать в седле, подумывая, что пора сваливать, пока не сгустились сумерки, когда, наконец, демоноборец появился, отряхиваясь от травы и листвы. Амигасу он держал в руке, так что голову прикрывал лишь капюшон. Капитан поморщился при взгляде на неестественно бледную кожу, туго обтягивавшую череп. Носит же таких земля! И чем, если подумать, этот охотник отличался от стригоев, которых собирался прикончить?
— Куда делась обезьяна старика? — спросил демоноборец.
Дирк встретился взглядом с чёрными глазами Легионера, и его замутило. А он повидал в жизни всякого, от чего даже крепких мужиков трясло и выворачивало. Но эти лишённые белков буркала, словно стеклянные, да ещё окружённые ядовитым зелёным свечением… Капитан словно заглянул в глаза самой смерти! А это пострашнее вывалившихся внутренностей, раздробленных костей и крови.