Наши клинки остры! (СИ)
— Тут нас могут переиграть, но мы обязательно что-нибудь придумаем. Не забывай писать девчонке и узнавать их планы.
— Понял, — Домерик не обрадовался отведенной роли соглядатая и тому, что Арью можно использовать таким образом. Честь здесь отсутствовала! Стараясь не показать вида, он дал себе слово, что постарается оградить её от всякой грязи.
Неожиданно вспомнилась Долина. У Редфортов существовала излюбленная забава — они обожали охотиться с приучеными орлами на горных волков. У лорда Хортона имелся Коготь — расчетливый и сильный орел, который почти всегда брал волка с одного единственного удара. Он долго кружил, высматривал, прицеливался и падал с неба камнем. Второго захода обычно не требовалось. Волк умирал, а такие птицы ценились выше прочих. И сейчас отец напоминал Когтя.
— Значит так, — еще раз напомнил лорд Русе. — В драку особо не лезь, береги людей. В случае падения Стены — отходи. Проверь слухи насчет оживших мертвецов. Все же Амбер и Лайтфут могут ошибаться. Тем более, в правдивости таких важных известий необходимо убедиться лично. Я буду ждать твоих вестей в Дредфорте, но не особо откровенничай — с вороном всякое может случиться. Месяца через три-четыре, если ничего не изменится, мы увидимся на Стене. Или я вызову тебя домой. Приглядывайся к людям и набирай союзников — нам они понадобятся.
— Орвик Лайтфут говорил про Джона Сноу. Его вроде как уважают в Дозоре. Он прямо чудеса какие-то показывал при защите Стены и сумел убить великана. Что если его изберут лордом-командующим?
— И что с того? — отец пожал плечами. — Дозор не вмешивается в дела Севера. Да если и выберут, то у Сноу плохие отношения с мачехой. Нам такое на руку.
— Хорошо. Передавай от меня привет Винафрид и леди Донелле.
— Передам. Береги себя, — отец положил руку ему на плечо, заглянул в глаза и еле заметно улыбнулся. А потом сжал коня каблуками, тронулся и отправился домой.
— Не унывай, Рик! — издалека крикнул Железные Икры. Хокк Локк махнул рукой.
И Болтоны расстались. Вместе с отцом отправился лорд Мандерли и сир Вендел. Сир Вилис вновь присоединился к Клинкам. Прямо сейчас он находился где-то впереди, среди своих.
Длинная лента всадников неспешно двигалась на дальний Север, к Стене. Слышались смешки и негромкие разговоры. Звякало железо. Снег хрустел под копытами коней, а вдоль дороги их провожали зеваки.
Пар от дыхания сотен людей поднимался к небесам. Тучи разошлись. Их разогнал поднявшийся ветер. Сейчас он взметал поземку и раскачивал голые, лишившиеся последних листьев, деревья. Красное, невероятно огромное и красивое солнце неспешно опускалось к западу. Длинные сиреневые тени протянулись на восток. Приближалось время, когда следовало подумать о ночевке.
Всем сердцем Домерик желал очутиться дома и обнять жену. Но жизнь распорядилась иначе. Теперь ему предстояло посетить Стену и помочь ее отстоять.
Впереди Малыш Том восседал на внушительном мерине и с немалой гордостью держал кленовое древко со стягом. Герб остался прежним — лист чардрева и клинок, но вот ткань казалась богаче, а краски — глубже. Неярко сверкали жемчужины.
Новое знамя самолично вышила и подарила ему, как талисман и залог вечной любви, Винафрид. Каждый раз, когда его взор касался стяга, Рику становилось теплее на сердце. Какая же она славная!
Позади Болтона в седлах находились Русе Рисвелл и Бенфри Фрей. Последний вновь воспрял духом после Винтерфелла и теперь поглядывал по сторонам с немалым любопытством. Озрик Лайтфут накинул на голову капюшон и тер замерзшие, несмотря на рукавицы, руки.
Неожиданно Русе запел. Негромко, под перестук лошадиных копыт. Домерик почувствовал странный холодок между лопаток, когда понял, что друг и родич переиначал слова его же песни. «Северянки», которую ныне играли и горланили чуть ли не во всех постоялых дворах от Закатного моря до Скагоса.
Люди знают — Дредфорт не сдается.
Есть легенда, что он не падёт.
Говорят, что Дредфорт лишь смеется.
Ведь он знает, его день придёт!
Рисвелл пел. А ветер тоскливо завывал, проносясь над пустощами, обметая курганы, поля и урочища.