Просроченное убийство

Воцарившуюся в гостиной тишину нарушила Канеша.
– Миссис Уордлоу, памятуя о ваших прошлых показаниях, я вынуждена спросить вас: мистер Кларк говорит правду? Вы видели его, когда заходили в отель?
– Возможно, я что-то напутала, и действительно столкнулась с Вилли перед встречей с Годфри. Но он вполне мог вернуться и убить его потом.
– Чушь собачья, – фыркнул Вилли. – После встречи с заведующим кафедрой я пошел в кафе, там перекусил, а после отправился в книжный магазин на поэтический вечер. У меня не было времени возвращаться в отель и кого-то убивать.
Теперь все повернулись к Джулии. Все, кроме Джастина. Крепко прижав к себе кота, он смотрел прямо перед собой.
– Миссис Уордлоу, напомните мне, пожалуйста, куда вы направились после того, как поговорили с мистером Пристом? – Канеша шагнула к дивану.
Джулия напряженно следила за помощницей шерифа. Она явно чувствовала себя не в своей тарелке.
– Я пошла в банк, чтобы внести деньги по чеку, который дал мне Годфри. Оттуда поехала в больницу, там как раз была пересменка где-то после трех часов.
– Миссис Уордлоу, в банке вам дали квитанцию?
Да что здесь происходит? Канеша вела себя так, будто решила, что Годфри убила Джулия. Я почувствовал, как желудок скручивается в тугой узел.
– Да, наверное, – Джулия пожала плечами. – В банках вроде бы всегда дают квитанции.
– Верно, – кивнула Канеша. – А на них обычно указывают время. Вы знали об этом, миссис Уордлоу?
Помощница шерифа произносила фамилию Джулии с неумолимостью человека, вбивающего гвозди в крышку гроба. А Джулия молча смотрела на Канешу. Очевидно, до сих пор она не задумывалась о времени, указанном на банковской квитанции.
– Думаю, вы также знаете, что в будние дни банки работают до шести, – продолжала Канеша. – Я могу связаться с банком и узнать, в котором часу вы внесли деньги на счет, миссис Уордлоу. И я уже пообщалась с персоналом больницы, чтобы проверить, когда вы уходили и приходили.
Канеша замолчала; тишину в комнате нарушало лишь тяжелое дыхание Джулии. Она выглядела испуганной, причем до такой степени, что ее страх был практически ощутим.
– Может, вы все-таки уточните, во сколько именно внесли деньги на счет, миссис Уордлоу? Я все равно узнаю правду, это лишь вопрос времени.
Джулия глубоко вдохнула.
– За несколько минут до шести.
Джастин поднял голову и посмотрел на мать.
– Мама, что происходит? Почему ты соврала про этот дурацкий поход в банк?
– Да я просто перепутала время. В тот день столько всего случилось, – ответила Джулия, но даже Джастин ей не поверил. В его глазах было столько боли, что у меня разрывалось сердце.
– Мистер Прист хотел забрать Джастина в Калифорнию, верно? Вы испугались, что потеряете сына? – Канеша буквально забрасывала Джулию вопросами. – И решили, что не позволите этому случиться.
– Нет, все было не так, – Джулия замотала головой. – Мы с Годфри все обсудили, и он пообещал, что не будет увозить Джастина, по крайней мере, пока тот не закончит университет, – голос Джулии звенел от отчаяния, но сейчас все уже сомневались в искренности ее чувств.
– Могу я спросить? – вдруг заговорил Рик Такетт.
– Да, мистер Такетт, в чем дело? – Канеша удивилась, что их прервали, но тем не менее ободряюще кивнула Рику, который все никак не решался заговорить.
– Джастин, когда у тебя день рождения? – наконец спросил он. Пальцы Рик сцепил в замок с такой силой, что побелели костяшки.
– Четвертого августа, – ответил Джастин, прочистив горло. А потом назвал год.
– Спасибо, – сказал Рик. – Он же родился в срок, да, Джулия?
Глаза Джулии наполнились слезами.
– Да, – едва слышно ответила она.
Рик кивнул, потом глубоко вздохнул и снова посмотрел на Джастина.
– Его отец не Годфри. Джастин – мой сын.
  
Глава тридцать третья
 
Слова Рика повергли в шок не только меня. Я был не единственным в комнате. Мельком посмотрев на Канешу, я понял, что помощница шерифа тоже не ожидала подобных откровений. И теперь лишь молча переводила взгляд с Джастина на Рика и обратно. А Такетт тем временем снова заговорил:
 
– Сын, прости, что ты узнал об этом вот так.
– Мама, это правда? – Джастин дрожащей рукой взял за руку Джулию. Та не ответила.
– Правда, – уверенно произнес Рик. – Я давно начал подозревать, но решил оставить все как есть. Джулия бросила меня ради Годфри. А потом вышла за Эзру. Она ясно дала понять, что я ей не нужен, хоть я и предлагал ей стать моей женой, – он помолчал. – До нынешнего дня даже не представлял, что Джулия убеждала Годфри, будто Джастин – его сын. Но я не собираюсь покрывать эту ложь.
– Но почему вы так уверены? – спросила Канеша.
Рик пожал плечами.
– В последний раз мы виделись с Джулией в начале декабря, – все поняли, что «виделись» – всего лишь эвфемизм. – А Годфри приехал в город только в середине января.
Подсчитать в уме было несложно. Если Рик говорил правду, Годфри никак не мог оказаться отцом Джастина.
– Мистер Прист знал о ваших отношениях с мистером Такеттом? – Канеша пришла в себя и ринулась в наступление.
– Нет, – мотнула головой Джулия. – Он пробыл в городе всего две недели, и я постаралась сделать так, чтобы он остался в неведении. Годфри так ничего и не узнал.
– Узнал, – негромко проговорил я. Мне было больно произносить эти слова, но молчать было неправильно. – Я сам ему сказал. Случайно упомянул в разговоре, что в том году был с семьей в Афинах и видел Джулию и Рика вместе. Годфри, помню, очень удивился.
– Она сказала Годфри, что мальчик родился прежде срока, – Андреа встала рядом со мной. – Когда Годфри сообщил мне, то признался, что очень рад, что у сына нет проблем со здоровьем, хоть он и появился на свет на два месяца раньше.
– В тот день мистер Прист уличил вас во лжи, миссис Уордлоу. Он понял, что не может быть отцом Джастина. Уверена, он очень разозлился. – Канеша посмотрела на Джулию.
Та лишь тихо всхлипнула в ответ.
Рик поднялся и протянул руку Джастину.
– Сын, думаю, тебе стоит пойти со мной. – Он оглянулся на помощницу шерифа, и та кивнула.
Джастин, раздавленный услышанным, только крепче прижал к себе Дизеля. Он посмотрел на Рика, потом на мать, и Джулия сказала:
– Иди. Пожалуйста. – Она не могла поднять глаза на сына.
Джастин заколебался, потом поцеловал ее в щеку. Осторожно переложив Дизеля на диван, наконец встал и обошел кофейный столик. Рик обнял мальчика за плечи и вывел из комнаты. Мы молча смотрели им вслед. Дизель, недоуменно моргнув, шустро забрался ко мне на колени.
– Мистер Харрис, можете выйти на улицу и махнуть людям, которые сидят в машинах? Они знают, что это значит.
Канеша встала рядом с Джулией, тогда как Андреа, Вилли и Майлз Бертон ретировались в противоположную часть гостиной.
Выйдя на крыльцо, я махнул припаркованным у дома машинам. Оттуда вышли три помощника шерифа. Посторонившись, я пропустил их в дом и быстро закрыл дверь, чтобы Дизель не прошмыгнул на улицу.
Но он и не пытался. За спинами помощников шерифа я разглядел пушистый хвост на лестнице: видимо, кот устремился на третий этаж, и мне очень хотелось последовать за ним. Не знал, смогу ли спокойно стоять и наблюдать за тем, как Джулию будут арестовывать. Я до сих пор не мог поверить в то, что она сделала, но оставить ее одну сейчас было равносильно предательству.
И я вернулся в гостиную, чтобы сесть рядом с ней. Канеша Берри принялась зачитывать Джулии ее права.
Я уже уходил на работу в понедельник утром, когда на кухню зашел Джастин. В субботу, после того, как Джулию взяли под стражу, я отвез мальчика домой и объяснил растерянному Эзре, что случилось. Болезнь забрала у него последние силы, и Джастин оставался с отцом до вечера. Потом приехал Рик Такетт. Мальчик был слишком потрясен, чтобы что-то решать, и я посоветовал ему ехать с Риком. Джастину понадобится поддержка, и я не сомневался, что Рик не оставит новообретенного сына одного.