Тени Рентиана (СИ)
Там застыла натянутая тонкой струной, тугая и звенящая пустота. Нет ничего безнадежнее. Криво усмехнувшись, Раймонда подняла голову, взглянула слезящимися глазами в лучезарную равнодушную пустоту прекрасного ясного неба. Боль уже не пекла израненную душу, а старые шрамы обычно не ноют. На что она вообще рассчитывала?
Вдалеке мелькнула едва уловимая серенькая тень, а за ней показалась женщина среднего роста, одетая в светлые рубашку, штаны и ветхую шляпу. Она равнодушно прошла мимо белоснежного дворца, игнорируя роскошные мраморные колонны и журчание прохладных фонтанов и, остановив лошадь, Раймонда как можно тише выскользнула из седла. Стараясь ступать по мягкой земле, а не по звонким камням, генералесса направлялась следом за бывшей порученкой, не вполне понимая, что та ищет здесь.
Мия Гамильтон, пропавшая двадцать лет назад, быстро шагала в сторону сада. За ним все еще ухаживали, пусть и не так рьяно, как раньше; на клумбах выжили лишь дикие цветы, остальную землю изрыли длинными корнями сорняки, а фруктовые деревья спилили за ненадобностью. Несколько раз Раймонда была здесь по долгу службы, но до сих пор никого не встречала.
Подойдя к пруду, Мия замерла и сжала кулаки, стоя спиной к Раймонде, опустила голову, размышляя о чем-то. А потом вполголоса сказала:
− Не стойте у меня за спиной, госпожа герцогиня, прошу вас.
За двадцать лет этот голос стал мягким и спокойным, утратив жесткость и звонкость — видимо, все переняла Леона. В черные волосы вплелись несколько седых нитей — слишком рано! Но голубые глаза смотрели так же молодо и почти весело.
Раймонда усмехнулась.
− Лестно, что вы заметили меня.
− Я давно слышу шаги за своей спиной, если кто-нибудь идет по пятам, − ответила Мия, оборачиваясь, − как бы тихо не шагали. Время от времени я прихожу сюда, как к могиле моей дружбе с Эдит Листон, и провожу несколько тягостных минут.
− Возможно, вам будет интересно узнать, что ваш супруг мертв.
− Не думаю. Двадцать лет прошло с той поры, как меня вытащили из пруда королевские садовницы и спрятали, чтобы привести в себя, − грустно улыбнувшись, Мия покачала головой. — Я почти захлебнулась. Времена были смутными, пришлось позволить мужу оплакать меня и скрываться в городе, в предместьях. Быть шпионкой, наемницей, лазутчицей. Обманывать и красть нужные другим вещи. И все это время моя дочка росла без меня.
Мия развела руками и быстро смахнула слезы с лица.
− Это было верным решением, − Раймонда сделала шаг к ней навстречу. — Не корите себя, фемита, тем более, ваш супруг поднял мятеж и взял на него вашу дочь.
Бывшая порученка не вскинулась, не закричала — она лишь охнула, прикрыв ладонью рот, и резко шагнула к Вион.
− Что с ней?! — смиренная мягкость сменилась знакомой злостью. — Моя дочь жива? Вы видели ее?!
− Уймитесь! — строго велела Раймонда, заглянув в голубые глаза. — Приведите в порядок свое самообладание. Леона Гамильтон арестована вместе с прочими мятежниками, но я велела отделить ее от остальных и сейчас она дожидается вас в казарме. Вы можете встретиться хоть сейчас и обе останетесь на свободе.
Вместо ответа Мия ахнула, порывисто распахнула объятия и крепко обняла Раймонду Вион. И та, чуть помедлив, обняла ее в ответ. Теперь, наконец-то, впервые за долгие годы, все было славно − чужие козни и подлость, собственная глупость, вода, огонь и ненужные страшные потери остались за спиной. Взлетев в седло, она подождала, пока Мия залезет сзади нее и ухватится за пояс.
Они снова ехали домой — в казармы за Леоной, потом в ближайшую гостиницу, и наконец в жаркий шумный Матрес Ни Раймонда, ни Мия еще не знали, каковым окажется воссоединение дочери с матерью и что ждет по прибытии в столицу, и как витиевато расстелятся нити их дальнейших судеб, однако сейчас они могли позволить себе роскошь неспешно ехать под мирным ясным небом, улыбаться и не задумываться ни на миг о страшных и неправильных вещах.