Моя неидеальная женщина (СИ)

— Ущипни меня, — не отрывая глаз от кольца, проговорила, будто под гипнозом, всё ещё не веря в то, что мы только что обручились. — Как тебе удаётся решать за нас обоих? Ну что ты за человек, Воронцов? Чувствую пятой точкой: последующие три дня засчитаешь как месяц и таким же наглым образом наденешь мне обручальное кольцо. Вот даже не удивлюсь.
 — Это твоё решение, Ася, — хохочу я, выводя девочку из краткого оцепенения, — иначе бы ты не стала выбирать ни одну из этих коробочек, верно? Маленькая, я знаю, чего хочу. И я уверен, что получу желаемое, — целую в очередной раз женскую ладошку и отпускаю, зарываясь двумя руками в мягкий шёлк её волос. Притягиваю за затылок к себе так близко, что её коротенькие волоски на лбу коснулись кожи моего лица, пощекотали, вызвав в теле поток разрядов, устремившихся по позвоночнику вниз до самого копчика. 
— Чего же ты хочешь? — жмурясь от удовольствия, прошептала на выдохе, обвивая руками мою шею.
— Тебя хочу в качестве своей законной супруги.., — касаюсь коротким поцелуем кончика носа, а затем и влажных губ, — и как любимую женщину. А ты? Чего хочешь ты, Ася? — ловлю её взгляд, затянутый поволокой страсти, и желаю до безумия её тело, этот красивый рот, эти губы, хочу впитать свою девочку в себя всю, без остатка, наполнить ею каждую клетку своего тела и задохнуться в нежных объятиях.
— Дим, я хочу, чтобы такие моменты никогда не заканчивались. Я даже боюсь дышать, чтобы не вспугнуть их. Когда всё слишком хорошо, на душе становится тревожно. У меня плохие предчувствия...
  
Глава 2. Планы меняются.
 
Планы меняются.
Ася.
Стянув с себя влажную футболку, Дима отбросил её в сторону и опрокинул меня на мягкие подушки, навалившись сверху своим мощным торсом. Навис надо мной. Пристальный взгляд направил в самую душу, заставил сердце забиться ещё быстрее.
— Забудь, Ася. Всё, что тебя тревожит — выбрось из головы. Просто люби меня сейчас так, как ты умеешь, маленькая, — раздвинув коленом мои ноги, вклинился между ними, устроился поудобнее и глухо простонал, вдавливая в промежность твёрдый эрегированный член. Исходящий от него жар, даже через тонкую ткань домашних штанов обжигал низ моего живота, пульсировал и  распалял во мне острое желание ощутить приятную наполненность своим мужчиной.
— Раз мама присматривает за детьми, я хочу насладиться тобой по полной, — качнул напряжёнными бёдрами, поглаживая собой чувствительный клитор сквозь преграду. Ощущение длины его разгоряченного ствола вытеснило страхи из моей головы и позволило расслабиться. — Сегодня возьму выходной и займусь важными семейными делами.
— Ммм... — низко выдохнула. Удовольствие заполнило каждую клеточку моего тела. Обнимаю Диму за широкие плечи, царапая легонько ногтями позвоночник между лопаток. От щекотки он прогнул спину в пояснице, ещё сильнее вдавливаясь в меня, напрягая стальные мышцы под моими ладонями. Их хочется трогать, изучать каждый изгиб, обводить подушечками пальцев, ощущая легкое покалывание скользящего электричества между нами. 
— Ты решил пройти быстрый курс Камасутры? — издаю невинный смешок, рассматривая его довольное лицо. Эти губы сводят с ума. Такие красивые и чувственные, что как только вспоминаю их тёплые прикосновения к телу, моё нутро скручивает в тугие узлы и заполняется жаром. Ощущения острой пульсации в лоне распаляют безудержную страсть. С каждым разом я хочу его всё больше и сильнее. Будто одержима этим мужчиной, готова плавиться под ним, принимая форму его естества. 
— Разве ты против, маленькая?
— Нет, — улыбаюсь, — но ты за вчерашнюю ночь и раннее утро поспособствовал растяжению моих мышц на ногах. Я не смогу нормально передвигаться при детях. 
— Они не поймут. Зато бабушка будет довольна.
— Ты серьёзно? — возмутилась, краснея от смущения. — Я умру со стыда.
— Глупышка.., — залился громким смехом, — она грезит близняшками. Готовься к психологическим атакам, Ася. Нина Владимировна очень крепкий орешек. У них с Матвеем много общего.
— Тебя зомбировали? Признайся. Дочь генерала наверняка способна управлять наукообразными методами внушения информации? — зарываюсь пятерней в его длинную чёлку, сжимая её в кулак, и оттягиваю слегка голову Димы назад, чтобы ещё лучше видеть эти бесстыжие глаза. Черт! Смотреть в них просто невозможно. Я будто под гипнозом нахожусь, готова исполнить любой его каприз за свои же деньги. Кажется, семья Воронцовых — эдакие своеобразные сектанты, только одни затягивают в церковь, а эти — в брачные узы со всеми вытекающими последствиями, чтобы им добро было!
— Пообещай мне одну вещь, Настюш... — Дима коснулся моих губ волнующим поцелуем. Так сладко потерся о них своими губами, смешивая наши дыхания, поочерёдно приласкал тёплым языком и проник бережно внутрь, нежно изучая мой рот, заставляя в груди всё трепетать от восторга и высвобождать парализующие мурашки вместе с адреналином под кожу. — Доверяй мне, чтобы не случилось, маленькая. От твоей искренности зависит твоя же безопасность, Ася, помни об этом. Кстати, когда у тебя начало менструации?
— Что?.. — застыв в недоумении от его откровенного вопроса, вспоминала дату окончания последних месячных. По моим подсчётам ещё как минимум неделя. Какого черта его сейчас волнует мой менструальный цикл? Раздался звонок мобильного и я немного отвлеклась, выдохнув лёгкий конфуз.
— Забыла? Разве ты не следишь за этим? — как-то хитро улыбнулся, не реагируя на звонок.
— Трубку не возьмёшь? Вдруг что-то важное?
— Ася.., — продолжает сверлить прищуренным взглядом. — Когда?
Закатываю глаза, временно оттягивая ответ. 
— Трубку возьми.
— Я позже перезвоню. Так когда? — телефон не унимался, вызывая раздражение у мужчины. — Мать вашу... — шёпотом прорычал, потянувшись к тумбочке за ним рукой. Посмотрел на экран и тотчас нахмурился. 
— Прости, милая, — произнёс, целуя в висок, — мне срочно нужно ответить. Я сейчас.
Поднявшись с кровати, принял вызов, подойдя к окну.
— Слушаю. Да. Это я, — сухо произнёс, — Доброе утро.
Минуту Дима внимательно слушал, чернея на лице, будто грозовое облако. Губы сжались в тонкую полоску, но он тут же попытался расслабиться, не подавая взволнованного вида. На меня не смотрел.
— Сколько? — резкий голос заставил меня вздрогнуть. — Я Вас понял. Нет! Не стоит! Я сам с этим разберусь. Свяжусь с вами через полчаса.
Дима сбросил вызов и прислонил уголок смартфона к нижней губе, о чём-то мозгуя. 
— Дим? Что-то случилось?
— Что? — будто очнулся спустя полминуты. — А, нет, ничего, маленькая. Ничего такого, чтобы ты волновалась. Мне срочно надо в офис. Прости. Нужно решить одну проблему. Вернусь и мы обо всем с тобой поговорим, обещаю. Просто дождись меня дома, я тебя очень прошу. Матвей должен подъехать с минуты на минуту. Постарайся не реагировать на него так остро. Он больше не станет давить.
****
«Хотела бы я в это верить...», — подумала я, взглянув на остывший чай.
 — Спасибо тебе.
— За что? — запрятывая рубашку в брюки, поймал в зеркале мой обеспокоенный взгляд. Я заставила себя улыбнуться. Дима не из тех мужчин, которые выливают свои проблемы на других. Он тщательно пытался подавлять в себе тревогу. Вот только глаза его не могли скрыть душевное состояние. Поменяли оттенок. Вместо озорных огоньков я видела надвигающуюся грозу. 
— За чай, — тихо отвечаю на вопрос, поднося чашку к губам. — Бабушка Нина пока ещё не знает моих предпочтений на счёт чая. 
Застегнув наручные часы, Дмитрий провёл расчёской по волосам, уложив их в причёску и подошёл ко мне.
— Я рад, что угодил тебе, — склонился надо мной, проводя костяшками пальцев по моей щеке. Подарил короткий, но не менее горячий поцелуй.
— Вообще-то я не привередливая, но всё, что приготовленное твоими руками — имеет божественный вкус.
— Правда? — приподнял игриво бровь. — Дай-ка я лучше распробую.