Таверна "Перекрёсток" (СИ)
Норные жилища Арк миновал на пятую полную луну года. Стражи аммилис, как обычно, остановили его в нескольких шагах от Приграничья. Народная молва быстро собрала вокруг его повозки хранителей истории, уже к третьему дню опустошивших несколько маленьких сундуков для драгоценных камней и пару больших с тканями, что заметно отяжелило кошель огра. Распрощавшись добрыми друзьями и с заверениями об ожидании новой встречи, аммилисы отправились в свои земли, а Арк Арнх продолжил путь.
Старая Морта уже не так бодро везла телегу, временами оступаясь на камнях, которые не увидела из-за своей подслеповатости, но степная лошадка по-прежнему оставалась надёжной спутницей.
К вечеру огр уже клевал носом, раздумывая о месте, где можно устроиться на ночлег, но, как назло, на этом участке тракта двери для него были закрыты, а ставни захлопнутся сразу, стоит только подойти. Самый тяжёлый участок пути к человеческим землям Арк переносил всё тяжелее и всерьёз подумывал о том, чтобы перейти на короткие, но малооплачиваемые поездки. Как-нибудь прокормятся, много ли старикам надо? Ломоть хлеба, да чашу с похлёбкой. А ежели чего посущественнее захочется, так зелень и овощи всегда можно вырастить: их участок земли старый, как и они, удобренный навозом да землёй с плато в предгорьях. Урожай скуден, но более зрелый, чем на худой земле молодых, только заимевших свой угол.
Девичий испуганный крик где-то совсем рядом вынудил Арка Арнха встрепенуться. Даже Морта остановилась, прядая ушами и вглядываясь в сгущающуюся темноту. Практически обезлюдевший тракт ответил стрёкотом вечерних цикад. Крик повторился и прозвучал ещё отчаяннее, доносясь, как определил огр, со стороны небольшого болотца у старого съезда.
Кряхтя и подбадривая себя тем, что разыгравшийся артрит подлечат по возвращении целебные мази жёнушки, Арк с трудом спустился с телеги и, подсвечивая себе снятым с повозки фонарём с запертым внутри световым шариком, который он выменял у аммилис ещё в том году, огр направился к болоту. Как он и ожидал, в трясине обнаружилась девушка, над мутной жижей торчали только плечи и голова.
— Помогите, пожалуйста, — охрипшим от холода и долгого крика голоса пробормотала жертва коварных вод. — Я за осотом пришла, без него мне нельзя возвращаться — мельничиха накажет. А тут не удержалась на кочке. Помогите!
— Да помогу, помогу, — махнул рукой Арк. — Тише только. Мешаешь искать.
Закивав так яростно, что тут же провалилась в трясину до самого подбородка, человеческая девушка ойкнула и затихла до тех пор, пока огр не нашёл длинную палку.
— Медленно, как только можешь, попробуй вытащить хоть одну руку, чтобы зацепиться могла. Зовут-то тебя как?
— Эймера, — тут же отозвалась та, глотая слёзы.
— А я Арк, — пытаясь отвлечь несчастную незатейливой беседой, огр перебрался на ближайшую к девушке кочку, вероятно с неё она и упала, и протянул палку.
С трудом высвободив из болотного плена руку, ослабевшая Эймера схватилась за протянутую Арком палку. Напрягшись из всех своих старческих сил, с огромным трудом огр вытащил девушку. Та вся тряслась и стучала зубами от холода и пережитого потрясения.
— Теперь тебя согреть надо и переодеть бы, — хмуро оглядел огр спасённую, осмотрелся в поисках возможного жилья, но на заброшенном боковом съезде такого отродясь не было.
Арк уже хотел было вернуться к аммилисам — может возьмут на себя заботу о пострадавшей? — как увидел вдали, дальше по съезду свет. Он манил теплом и обещал отдых. Никогда там не светились окна, сколько уже старик мимо ездит, а тут судьба, видно.
Эймера с радостью приняла помощь огра и, опёршись на него, с трудом добралась до телеги. Укутанная в его одеяло, не переставая дрожать, она согласилась с доводами рискнуть и отправиться на танцующий вдали огонёк — лучшего места они сейчас всё равно не найдут.
Казалось, даже Морта радостно затрусила по дороге, подчиняясь повелениям хозяина, управляющего поводьями. Уже в сгустившейся темноте телега остановилась возле ветхого строения, из которого доносились смех и звонкие голоса. Падающий на доску возле входа свет, будто подчёркивал название, гласившее с таблички «Перекрёсток».
Спустившись сам, Арк помог спуститься Эймере и с затаённой надеждой постучал в покосившуюся дверь.
— Хозяева, нам бы ночлег, да тёплый кров.
В ответ голоса удивлённо стихли, а буквально через миг открылась дверь, показывая уставшим путникам ветхое помещение, да находящихся в нём двух эльфов и серебристую аммилису.
— Конечно, — радостно отозвалась знатная лира, огр знал, что только у них бывает мех такой необычной расцветки. — Проходите скорее, мы вам поможем!
Глава 7. Первые постояльцы
О том, что постояльцы появятся так быстро, Ветта и помыслить не могла! Ещё столько всего не готово! Нет ни постельных принадлежностей, ни воды в комнатах, ни пищи. Еда, которую она захватила при побеге, ещё утром подошла к концу, пополнить запасы у эльфов она просто забыла от радости, что они согласились помочь. В животе предательски буркнуло, соглашаясь с её мыслями, лира только успела заметить, как стоящий рядом Амрэль демонстративно закатил глаза, прежде чем, извинившись перед незнакомцами, скрыться во тьме за дверью.
Как бы ни была ещё плоха ситуация в таверне, оставить на улице седого огра, покрытого морщинами прожитых лет, и продрогшую, всю в подсохшей тине, девушку, лира Норе просто не смогла.
— Прошу меня простить, мы только ещё думаем, как вернуть это место к жизни, но я найду что-нибудь, что позволит вам отдохнуть и привести себя в порядок. И лечебный отвар, думаю, вскоре будет готов. Моё имя — Ветта, и я хозяйка таверны.
— Арк, — представился старый огр, не показав и тени от удивления, хотя думал, что прямо тут и сядет на пол: знатная аммилиса в такой глуши, в разрушенной таверне, как хозяйка? — Её зовут Эймера.
— Элеон, — представился мастер дерева. — Мой спутник, который только что нас покинул, Амрэль.
— Я разогрею воду, — метнулась в помещение с единственным источником воды лира, по дороге поставив колченогие стулья возле покосившегося стола и убедившись, что путники присели отдохнуть.
Старая бочка, дыры в которой Ветта накануне заткнула ветошью и просмолила, как раз просохла, и вода по бамбуковой трубке хлынула в неё, подчиняясь хитрому механизму из трубочек и рычагов. Пара заклинаний подогрели воду, мыльный порошок занял место на полочке рядом с бочкой, потрёпанная временем мочалка — сойдёт пока и такая — устроилась рядом. Осмотрев дело своих рук, лира набрала воды для отвара, убедилась, что труба перекрыта, прежде чем вернулась к первым постояльцам. Человеческая девушка срочно нуждалась в тепле и заботе, хрупкий организм этого народа легко подвергался лихорадке от переохлаждения, а у Ветты сейчас были только простейшие исцеляющие сборы. Лучшие травы и цветы для этих целей созреют только летом. Лира мысленно поставила себе задачу заготовить их побольше, когда придёт время.
Вернувшись в трапезную, она обнаружила, что Элеон уже принёс сумку Ветты из облюбованной ею комнаты и бесстыдно подбирал Эймере чистую и сухую одежду. На возмущённый взгляд лиры Норе он только кивнул головой в сторону пострадавшей, как раз в этот момент громко чихнувшей. Насупившись и опустив хвост, Ветте ничего не осталось кроме как забрать панталончики, длинную рубаху, домашние брючки, протянутые ей эльфом, и проводить девушку к бочке с тёплой водой. Эймера сняла грязную одежду, смутившись от присутствия Ветты, но забралась внутрь бочки с некоторой опаской, словно редко видела такое комфортное место помывки. Лира достала припасённое для себя единственное уцелевшее от времени полотенце и повесила на крючок под полкой. Сбегая из дома о таких привычных мелочах, как мыльный порошок и полотенце, она просто не подумала! Как же было радостно найти здесь небольшие запасы первого и пусть одно, но уцелевшее, второе.
— Если что-то понадобится, позови меня, — предупредила Ветта, прежде чем закрыть за собой дверь: человеческая девушка и без того была слишком смущена, не стоило стеснять её ещё больше.