Игра на зыбучем песке
Заметив нас, он радушно заулыбался.
– С возвращением, господин! Мы уже заждались.
Как будто рядом не вздрагивала, не скулила в кулак несчастная, как будто и меня не тащили за цепь, как шавку, а воленстирки не пялились исподтишка на мою кое-как обритую голову. Ничего особенного не происходило – заурядное утро в кластере Харват.
Тарэзэс вопросительно кивнул на брюнетку.
– Тащила под матрас… – коротко пояснил управляющий, устремив темный взор на меня.
– Это моя азаари – клеймо скоро поставим, а пока займи ее хорошенько и идем смотреть, как вы тут прожили последнюю пару недель.
– Хорошенько? – подозрительно переспросил тип.
Пустота в животе начала переворачиваться…
Развернув меня к себе, Тарэзэс коварно прищурился и ласково проворковал:
– Можешь с ней не церемониться. Фло – обычная азаари.
Управляющий жестом подозвал охранников.
– В пятый цех.
Когда садистское начальство удалилось, воленстирки разошлись по ангарам с разными цифрами на фасадах, а два хватких амбала в форме буквально занесли меня в тот, на котором значилась пятерка.
И тут-то я и поняла, чем именно занимались в этом кластере. Гранильное производство! Они камни ограняли! Драгоценные! Ну разумеется! Вот они, несметные богатства! Вот откуда у ублюдка заводы, пароходы, телохранители…
За станками расположились азаари. Каждая уткнулась в свой полировочный диск, но я все равно кожей чувствовала повисшее в воздухе любопытство, жалость и настороженность.
Бригадир – очередной невыразительный варвар – приказал усадить меня за ближайший к нему стол. Раздался протяжный гудок, и медные круги быстро-быстро завращались.
Бездна… похоже, сейчас придется что-то делать. И у меня это «что-то» вряд ли получится, ну не приспособлены леди к подобному труду! Но возмущаться и веселить окружающих более не имело смысла. Подозреваю, здесь никого не волновало, кто я и к чему приспособлена, а с особо упертыми местные надзиратели обходятся как с той девицей на плацу… Поэтому пришлось задвинуть гордость подальше – не до нее, не до эмоций вообще, надо затаиться, не отсвечивать, а копить резерв и искать способ сбежать. Осталось всего шесть дней…
Вскоре бригадир подошел ко мне, молча выдал очки, зажал в тисках на столе крошечный кристалл, а диск развернул ребром и подвел к этому самому кристаллу, затем положил мои ладони на направляющие и легонько надавил, показав, что именно от меня требуется. Постояв над душой и убедившись, что я не совсем бестолковая, мужик удалился.
Наверное, сидеть тут и пилить какой-то камень не самое страшное, что могло случиться с леди Келерой в кластере Харват.
Так я думала следующие несколько часов, пока не поняла, как жестоко ошибалась.
И дело даже не в том, что один идиотский алмаз я распиливала демоновую кучу времени, и не в ноющем плече, и не в усилии, с которым приходилось давить на рукоятки, которое только поначалу казалось незначительным. А в бессонной ночи, в мерном гуле механизмов, убаюкивавших получше любой колыбельной, и в чудовищной жаре. В ангаре работала вентиляция, огромные лопасти гоняли жаркий воздух под потолком, и воленстиркам его хватало, но с меня пот лил градом.
Вскоре сознание стало уплывать, захотелось закрыть один глаз, второй… Тогда меня несколько раз взбодрили – опять облили прохладной водой, что помогло, но не особо. Я клевала носом, ум буксовал… И я понимала, что он буксует. И что в этом и есть задумка Тарэзэса. И она действовала, будь он проклят!
Отсюда, из этого ангара, мне не разобраться с устройством заграждения, не отыскать способ сбежать, мне даже проклятую магнитную цепь вместо камней не распилить, за спиной туда-сюда сновали стражники!
Трижды всех строили, организованно выводили на улицу, где я припадала к питьевой скважине, более не беспокоясь, как выгляжу и что обо мне шепчут. Я ждала, когда же этот кошмар кончится, а он все длился. Время после обеда, на котором я задремала с куском лепешки во рту, вообще помню смутно.
Смена завершилась только на закате, и меня отнесли во внутренний двор Тарэзэса. Кое-как собрав силы, я доковыляла до своего фонтана, окунула голову в воду, потом растерла уши и ненадолго пришла в себя.
Нет, леди Келерой не сдается! Никогда! Я обязана выбраться отсюда, пока нет клейма! От этого зависит моя свобода, грань!
Как только ощутила резерв, сразу растратила жалкие крохи на целительскую структуру, вылечив наконец огромный синяк на плече.
И выдохнула бы с облегчением, если бы не одно крайне удручающее открытие – пока заклинание работало, магнитная цепь искрила электричеством, кололась и сдавливала шею, как бы намекая, что более мощный выброс энергии в ауру приведет… к удару током! Меня просто вырубит на месте!
Сволочи… Гады…
План накопить сил и пробиться за врата благодаря магической мощи теперь перешел в разряд невозможных. Хотелось выть и визжать… но еще больше спать.
Закусив губу, я полулежала на лавке и следила за стражниками на стене, пытаясь определить, где находится рычаг, отключавший напряжение с забора. И так смотрела, и этак, и обычным зрением, и тонким, но механические приборы не оставляют на тонком плане следов, а значит… Сегодня я нисколечко не приблизилась к своему побегу. Зато когда солнце село, наблюдала прибытие в кластер четырех всадников в тактических костюмах с красными пластинами на плечах. Как все четверо приступили к дежурству на вышках, я уже не видела – сон все же победил.
Ночью, чтобы не окоченеть от холода, потратила вновь набежавший резерв на подогрев своей лавки, а наутро, еще до рассвета, за мной снова явились охранники. Следующие дни прошли как в тумане и по тому же сценарию, магию копить не удавалось – то насморк требовалось подлечить, то вздувшиеся на ладонях волдыри. На краю обалдевшего от духоты сознания плескалась паника. Дни отлетали, а я ничего не могла придумать! НИЧЕГО!
То ли третьим, то ли четвертым вечером уже в конце смены приперся тот, чью козлиную бороду век бы не лицезреть.
– Вставай, – раздался приказ над ухом. – Сегодня у нас запланирована прогулка.
«Сдохни, тварь», – едва не выдала я первую пришедшую в перегретую голову мысль, но вовремя прикусила язык. Прогулка? Какая, грань, прогулка?
Прогулка – это же… это выход за пределы кластера, да? А значит… шанс! Стиснув зубы, молча встала из-за стола.
В кабину фуникулера мы погрузились в компании трех верзилистых телохранителей. Они разошлись по углам, чтобы не нарушать центровку, последний угол занял сам главный садист. Повернувшись ко мне бугристой спиной, он любовался пейзажем за окном – пастельными тонами вечерней степи, дымно-пылевыми вихрями, блуждавшими по горизонту иллюзорными великанами. На далеких темных заводах вспыхивали разноцветными звездочками огни, словно россыпь драгоценных камней на загоревшей коже красавицы.