Наследие проклятой королевы

— Забавный, — раздался в тени ещё один голос. На это раз женский. Обладательница не вышла из полумрака, оставаясь невидимой, но здоровяк слегка повернул голову, словно хотел поглядеть на спутницу, но на середине движения передумал.
— Наш наниматель очень обиделся на твой отказ. Он заплатил хорошую цену, чтоб мы немного попачкали руки дерьмом вместо него и заставили тебя завершить начатое. Ты должен отнести что-то в обитель и свершить какой-то там ритуал. Наниматель присоединится в нужное время. И не вздумай сделать какую-нибудь пакость.
Демон снова легонько встряхнул Катарину, словно полотенцем. Девушка медленно открыла глаза, а потом зарычала и попыталась вывернуться и достать ногой до лица здоровяка.
— Сто ежей тебе в нутро! — выругался здоровяк и со всей силы ударил храмовницу о землю. — Ещё раз дёрнешься, шею сверну, а голову отдам потеряйцам, чтоб высушили и унесли в своё логово.
Катарина закашлялась и свернулась в позе эмбриона.
— Отпусти ее! — закричал я. — А то я откажусь выполнять требования Инфанта!
Демон наклонился, повернул храмовницу, а когда та, попыталась ударить, придавил вытянутой рукой к земле.
— Отпусти, — вдруг ласково произнесла его спутница.
— Сагрента, сейчас не до игр с добычей, — тихо, но зло прорычал в ответ демон, а та, кого он назвал Сагрентой, вышла из тени. И она держала в левой руке мою глефу, медленно вращая в ладони, словно фокусник-иллюзионист — трость. Я у же и забыл, как выглядело это существо. А оно подошло ко мне поближе и нагнулось. При виде влажно поблескивающего на лице мяса, лишённого кожи, я поморщился. Глаза сами собой пробежались по голому красивому телу и кожаному капюшону, пришитому к телу начиная с ключиц, отчего получалось эдакое худи. Сходство довершали две завязки из сухожилий с золотыми бубенцами на концах.
— Ты же будешь хорошим человеком и сделаешь, всё что сказано. А том мы привыкли всегда исполнять заказ, за который нам щедро заплатили. Мы чтим договоры. А он гласит: пришлый должен выполнить указанный ему ритуал.
Сагрента оскалила белоснежные зубы.
— И ты его выполнишь, даже если мы притащим туда тебя без ног и рук, а фигуру на песке начертишь и приведёшь в действие знаки оставшимися ошмётками своего жалкого тела.
Я отступил на шаг и направил пистолет прямо в лицо демонессе. Рубиновый огонёк залегал по ее переносице.
— Если убьёте ее, ваш договор останется невыполненным. Заплатите неустойку. Подорвёте репутацию. Потому что я скорее сдохну.
Сагрента несколько секунд холодно глядела на меня, а потом вздохнула.
— Бестафур, отпусти смертную. Он не блефует.
Здоровяк неспешно убрал свою тяжёлую руку груди Катарины. Девушка быстро развернулась и встала на четвереньки.
— Юрий, не слушай их. Это создания тьмы. Они всегда лгут!
— Не смей клеветать! — вдруг взревел демон, отчего даже в лагере затихли люди и животные, и толкнул ногой стоящую в коленно-локтевой позе храмовницу. Та упала набок, а я, не опуская оружия, обошёл по кругу Сагренту и присел рядом с девушкой.
— Ты как?
— Жить буду, — произнесла она.
Я сглотнул и выпрямился. Надо было что-то срочно придумать, но что?
Дабы отвлечь притянуть время, я развернулся и направился к тому месту, где имела место беседа с Инфантом.
— Думай, Юра, думай, — прошептал я по-русски и шумно выдохнул. Но все что приходило в голову, было полнейшим бредом.
Если подниму тревогу или помчусь в лагерь с криками «Помогите! Убивают! Насилуют!» демон прикончит Катарину. В этом я ни капельки не сомневался. Если попытаюсь вступить в бой, только сдохну почём зря. Против столь могучих тварей я не выстою дольше секунды. Этого местного Халка из пушки бы в упор, но это надо было заранее готовить позицию. Пушка ведь не танк с его мобильностью, и танка сейчас до жути не хватает.
А если сказать, что потерял печати? Может быть. Но это всего лишь оттягивание момента, а не решение проблемы.
— Думай, Юра, — снова прошептал я. К тому времени я уже подошёл к самому берегу, и пришлось прервать размышления, чтоб лезть в воду. В этот момент за спиной раздался возглас Катарины. Я обернулся и увидел, как демон заломил девушке руку за спину и потащил вслед за мной.
— Поторапливайся! — громко произнесла Сагрента в мою сторону, подняла руку с зажатой в них глефой и прыгнула с берега в воду, уйдя в реку рыбкой. — Какой ты медленный! — снова заговорила она, буквально через секунду вынырнула у противоположного берега.
Демонесса раскинула руки и начала медленно грести, поплыв вдоль берега, лёжа на спине, отчего ее грудь с топорщащимися сосками оказалась над похожими на ряд волнами. Блеснули драгоценными камнями кольца пирсинга, вставленного в эти самые соски.
Я сплюнул в воду и пошёл быстрее, поднимая со дна муть. В одном месте чуть не провалился под воду, так как нога попала в ямку на дне, а кожу на щиколотке обдало холодом из подводного родника.
На берегу повторилось уже бывшее до этого ощущение опьянения от истекающей из пространства силы. Кончики пальцев и завязки на куртке едва заметно в сереющем утреннем свете засияли мутными коронарными разрядами.
Иногда между пальцами с громкими щелчками проскакивали искры, словно от статического электричества. Мои духи-страхи давно бы уже обожрались от такого количества энергии, но что-то их не было видно. Словно не могли пересечь границу владений Вечноскорбящей Матери.
Отойдя десять метров от реки, я достал кошель с ценностями и высыпал содержимое на ладонь. Одна серебрушка скользнула по другой монете и упала в прорастающую через хвою траву, но не имелось никакого желания нагибаться и искать. Вместо этого, я поднял глаза на демонов, которые были уже рядом. Здоровяк по-прежнему держал Катарину, которую по пути несколько раз мокнул с головой в воду.
— Обещаете, что не причините ей вреда?
— Обещаем, — слегка хмыкнув, отозвалась демонесса и добавила: — Обещаем, что как только ты исполнишь ритуал, мы уйдём, не причинив никому вреда. С Вечноскорбящей после этого сам будешь иметь дело.
— Так и думал, — пробурчал я, легонько тряхнул головой. Хотелось послать всех этих потусторонних далеко и ещё подальше. Один тянут каштаны из огня голыми руками, а едят их другие, не рискуя получить солью пониже спины от сторожей.
Я снова посмотрел на свои сокровища и сделал несколько шагов навстречу потусторонним наёмникам.
— А если я заплачу больше?
Демоны дружно зашлись громким смехом.
— И чем ты сможешь расплатиться? — пробасил демон.
Я протянул всё что имел.
Демонесса презрительно поглядела на золото, серебро и волшебные кольца.
— Ты можешь этим сманить мелкого беса, но не нас. Можешь выбросить этот хлам, хоть потеряйцев порадуешь.