Какого цвета ваша боль? (СИ)

- Вот выпей. - бесстрашный взволнован и придерживает меня за плечо.
Я не пью. Не хочу. Опускаю руку в стакан и размазываю водой глаза. Оттирая что? Копоть? Пахнет ржавчиной. Ресницы отлепляются друг от друга и первое что я вижу, как с моей ладони на ковер капает прозрачного цвета кровь. Перемешавшись с водой она почти розовая. Теперь второй глаз. Ухожу в ванну, что бы умыться. Кровь везде. В волосах, на груди, на платье, под ногтями. Через 5 минут возвращаюсь в гостиную. Сажусь обратно на диван. Макс накидывает на меня плед. Но я дрожу не от холода, а от шока. Голубой плед сползает по плечам, прикрывая мои ноги.
- Как ты? - Макс садится рядом. Окидывает мою спину взглядом.
- Нормально. Уже заживает, Да? - это был скорее не вопрос, а утверждение.
- Как такое возможно? - он касается ран на спине, но мне уже не больно.
- Я мутированный дивергент, забыл? - пытаюсь улыбнуться.
- Мира, ты удивительная. Ты спасла человеку жизнь. Ты это понимаешь?
Я не могу рассказать о своем «звере», который решил проснуться. Это мой позорный секрет. Позорный он тем, что я не могу управлять им. Я даже не знаю, как объяснить его появление.
- Нет, видимо меня отбросило взрывной волной, на…
- Эрика.
Значит его зовут Эрик.
- … и я случайно спасла его. - пытаюсь выкрутиться. - Это всего лишь удача, - ложь.
- Твое место в Бесстрашии. Ты могла бы спасать множество жизней. - я поворачиваюсь к нему лицом и встречаюсь с карими глазами. На удивление теплыми для Бесстрашного.
Он хочет, чтобы я перешла в их фракцию? Теперь я понимаю, их отношения с Джанин не такие уж и честные. Метьюс всем говорила на собрании, что я останусь в родной фракции. И Макс тогда поддержал ее. Но теперь, когда ее рядом нет, мне ясен весь масштаб «доверия» между ними.
Каждый сам за себя
В квартиру заходит Джанин и Эрик.
«Вспомнишь черта»
Он цел, не считая порванных рукавов, под которыми виднелись рассечения от взрыва, обрывая рисунок татуировок. Ну прости, Лидер, что ты такой огромный и я сумела закрыть лишь твой торс. Меня бы не хватило на твои плечи и руки.
Садится рядом со мной. Раскидывается на диване, словно у себя дома. Чувствую спиной, что он прожигает во мне дыру, как будто мне там мало ран.
Они собираются уходить, и я вижу, как он замечает мои ремни на ногах, которые мне не пригодились. Укутываю ноги пледом. Просто уходит. Не сказав ни слова. Мудак.
Мы остаемся с Джанин один на один. Она подходит к бару, наливает себе что то янтарное в квадратный стакан, ее взгляд падает на ковер, который я запачкала водой в перемешку с кровью.
- Убери за собой. - уходит в свою спальню, и громко отпивает из стакана.
Вот так. Просто. «убери». Не интересуясь как я. Что болит. Просто:
Убери.
За.
Собой.
Пока я терла этот ненавистный синий ковер, я мечтала о том, что завтра я буду свободной. Свободной в другой фракции, подальше от женщины, которую ненавижу.
Уснуть мне не удалось. Я сидела у своего окна в платье, дожидаясь солнца. Когда первые лучи начали падать на меня, заставляя переливаться то, что осталось от наряда, я увидела весь масштаб бедствия. Платье было тусклым, почти серым от гари, дыма и копоти. В ванной налила холодной воды и просто упала без сил. Вода была темно красного цвета, почти фиолетового в освещении ламп. Моего любимого. Цвета боли.
Осталось увидеть то, что оставил мне на память взрыв. Подхожу к зеркалу и первое что я вижу это огромный отпечаток ладони на боку. Его пальцы. Его метка цвета космоса.
На спине уже были затянувшиеся розовые рубцы. Моя быстрая регенерация сделала свое дело. Я стою и смотрю на себя оценивающе. Я готова. Я готова к Бесстрашию. Там у каждого есть шрамы. И мои в эту фракцию очень даже впишутся.
Кладу руку на его отпечаток. Моя ладонь в несколько раз меньше. Почти незаметна. В голову закрадывается мысль:
«Кто первый сломал бы руку? Я ему или он мне?»
Джанин заходит даже не постучав. Она всегда так делала. Это ее дом. А я здесь гостья.
Хватаю полотенце, прикрываюсь. Выхожу в спальню и начинаю выбирать то, в чем мне будет удобней бежать к поезду.
- Как думаешь, эти брюки будут хорошо смотреться сегодня на мне? - я кладу их на кровать, попутно выбирая блузку.
- Думаю отлично. - пауза. - Я надеюсь ты точно помнишь к какой чаше тебе нужно подойти?
«О да, сука, еще как помню. Там где символ огня, тварь»
- Конечно. Я тебя когда-то подводила? - улыбаюсь ей, но внутри все кипит.
- Вчера ты справилась на отлично. Ты спасла самого Лидера Бесстрашия. Это очень хорошо скажется на твоей репутации.
«Ты хотела сказать на твоей»
- Я рада и горда, что тебя не подвела, Джанин.
Ей пришло сообщение. Она встала и повернувшись у двери сказала:
- Не опозорь меня.
Но мою улыбку на лице она уже не видела. Я надеваю брюки, и понимаю главное. Я совершено забыла про набедренные ремни для ножей. Мне их подарил Румын. Я не смогу оставить их тут, но и надевать на брюки тоже. Джанин сразу все поймет. Не долго думая, выбираю юбку до колена, которая идеально закрывает мое «преступление».
Я ни на миг не задерживаюсь в своей комнате. Мне ничего не хочется запоминать в ней. Я хочу что бы эти стены рухнули, как карточный домик. У двери я на секунду задерживаюсь, оборачиваюсь лишь для того, чтобы плюнуть. Смачно оставляя плевок на белом ковре, я мысленно говорю Джанин:
«Убери».
*****
Огромный зал уже наполнен моими сверстниками и в воздухе летает неизвестность. Именно сегодня мы сделаем выбор, который изменить нельзя. Это будоражит.
Лидеры и представители фракций сидят в первых рядах. Джанин стоит рядом с Маркусом, который начал свою речь. Её улыбка ложная. Как и вся Джанин. Окидываю зал взглядом и останавливаюсь там, где больше всего мне интересно быть. На бесстрашных. Три Лидера сидят в первых рядах. Среди них нет Макса и Эрика. На задних рядах тоже. Может придут после?
- И помните! Фракция превыше крови!
«Фракция превыше крови» повторил за Маркусом зал.
По очереди молодые люди начали выходить к чашам и выбирать свое будущее. Кто-то оставался в своей фракции, а кто-то уходил, после чего не редко слышался плач родителей, сестер и братьев.
- Мира Метьюс!
«Ох, Джанин, я надеюсь сейчас ты будешь также плакать»
Я подхожу к чашам которые стоят в ряд.
Отречение.
Дружелюбие.
Искренность.
Эрудиция.
Бесстрашие.
Маркус жестом показывает мне на нож, лезвие которого блестит от ламп, делая его желтым. Как огонь.
Я подхожу к чаше Эрудиции, делаю надрез и смотрю в глаза женщины, которую ненавижу. В глаза той, которую хочу убить за все, что она мне сделала. Сжимаю руку в кулак и заношу над чашей Эрудиции, вижу как Джанин поворачивает голову на Маркуса, в победном взгляде которой читается, что она выиграла.
Но в следующую секунду она слышит шипение углей. Я разжала кулак над чашей которая была последней. Над Бесстрашием.
«Чтоб ты сдохла, Джанин Метьюс»
Я смотрю ей в глаза. И вижу в них все, что хотела увидеть.
Гул аплодисментов и крики моих братьев по фракции влекут меня, я ухожу к ним, бросая последнюю победную улыбку на МАМУ.
Меня все толкают и обнимают. Невозможно разобрать кто что говорит. Я счастлива.
Мы бежим по дороге к поезду. В этом районе я никогда не была. Я не была нигде. Я бегу и смотрю по сторонам. Кричу вместе с толпой. Я безумно рада всему, что происходит.
Серый город завораживает, он такой живой, не такой, который я видела с башни. Здесь нет маленьких людей, здесь все настоящие, протяни только руку. В глазах рябит от цветов фракций. Столько воздуха! Столько свободы!
Мы добегаем до платформы. Румын говорил, что нужно запрыгивать в поезд на ходу. Бесстрашные начинают прыгать. Я влетаю в поезд и меня сшибают на пол чьи-то руки.
- Кто тут у нас? Мира Метьюс! Идеальный дивергент! - хохот.
Я поднимаю глаза и вижу того самого парня, который танцевал со мной.