Дребезг Звёзд

Так и стояли, пока лучи солнца совсем не скрылись, уступая место луне. Уже совсем темнело, и нужно было прощаться.
— До свидания, Сон, — с улыбкой сказала девушка. — Спасибо тебе за всё.
Она не дала ему попрощаться, заспешив быстрыми шагами в ночь.
Его поведение сказало ей куда больше, чем слова. Ему нужно исчезнуть — так пусть. Главное, что он явился к ней, что подарил ей эти три дня, наполненных самыми невообразимыми эмоциями, бурей чувств, о которых она и не мечтала. Он наполнил её новой жизнью, дал ей силы идти. Приняв его, отринув и испугавшись, а затем — отпустив, чтобы однажды встретиться вновь, она нашла в себе силы жить. Мысли полнились музыкой как никогда. И это был уже не реквием за упокой, нет. Вальс, вальс, полный счастья, полный радости и страсти, жемчужин и светлого. Скрипка и клавиши слились в единую гармонию чар ночи — и пира до рассвета. Для бала, на котором нет ни живых, ни мёртвых, для бала влюблённых. Спасибо ему за всё.
С тяжкими думами Сон шёл домой. Завтра уже вернётся в Харьков. А ведь мог бы остаться здесь, мог бы и дальше видеть Астру и играть с Мальцем. А ведь мог бы. А ведь — да что ведь. Так хочется, чтоб сказка не кончалась. Но не бывает сказок без конца. Всему всегда свой финал, желаем мы того или нет. Мы владеем лишь тем временем, которое у нас есть, не больше, не меньше. Что успели — то сделали. Не успели — увы. Астра отпустила его, не затаив обиды или злобы. В её глазах он увидел благодарность за прошедшие дни — а этого достаточно. Адольф закончил портрет, и завтра покажет готовую работу. Мальц понял его и простил.
Невольно вспомнился вчерашний разговор с Марией. Вот она стоит перед ним и просит, чтобы он ушёл. А теперь ему действительно нужно уйти. Хорошо ли это, плохо — да какая разница. Нужно. Было бы лучше, не появись он здесь? Возможно. А возможно — и нет. Что сделано, того не изменить.
Мальц встретил его у ворот и впустил в дом. Адольф уже крепко спал, а ужин ждал Сна на кухне.
Двое друзей сидели в молчании.
— Ничего не хочешь сказать? — спросил хозяин дома.
Сон покачал головой.
— Спасибо тебе за всё. Но мы ещё не прощаемся.
— Ага, — усмехнулся тот. — Но, боюсь, и всю ночь посидеть не успеем. Спать очень хочется. Устал за день. Да и ты тоже.
Его друг улыбнулся.
— Нам ни одной ночи не хватит. Слишком много всего, о чём хочется поговорить. Не меньше — о чём помолчать. Так что даже не надейся прощаться.
— Добро, — усмехнулся Мальц. — Я это запомню. Так что, на покой?
Сон устало кивнул.
— Доброй ночи, Граф.
— Доброй ночи, Лорд.
Мальц покачал головой. Понятно всё с ним, опять за своё. Они оба начали эту игру — и едва ли прекратят её. Сегодня ли, завтра — не важно. Время играет на бессмертных.
Друзья отправились на покой, каждый в свою комнату и каждый в своих мыслях. Ни тому, ни другому не хотелось, чтобы ночь прошла. Но никто из них не был в силах что-либо изменить. Все всё понимают и принимают правила, которые диктуют им обстоятельства. Это не всегда легко, никогда не бывает правильным или неправильным — это просто факты. Факты, которые нужно принять и решить, как использовать их себе на руку.
Звёздам хуже, чем людям: они вынуждены сиять без устали, пока не выгорят. У людей же есть возможность потухнуть, чтобы потом вновь гореть лучами новых сил. Так хочется иногда — умирать. Но не насовсем, а чтоб воскреснуть потом. Принять маленькую смерть в себя и насладиться ею, ею упиваться. А потом, устав от мертвецкой тоски, вернуться к жизни и снова быть живым.
В какой-то мере Сон умер и отправился в своё собственное царство мёртвых, где был встречен наследником Королевы ли, одной из её приближённых, схлестнулся с охотницей — и даже встретил своего влюблённого призрака. Ему нравилось так думать.
Но волчица малахитовой шерсти и аромата пьянящего яда зовёт его. Зовёт в своё логово, домой в свой гроб.
И он пойдёт за ней.
Пойдёт до конца.
    
Глава четырнадцатая. 
 Всегда и везде
Рассвет не заставил себя ждать, а вместе с ним — и торжественные ноты марша о прекрасном западном лесе, над чьими кронами парит прохладный ветер.
Адольф уже сидел у постели Сна и тот, ещё не размыкая глаз, под одеялом, вскинул знак руки, отдавая честь.
Мальчик сиял. Лучи солнца озаряли его светлые кудри, играли с улыбкой на его свежем лице. Конечно он радовался: ведь окончена его первая серьёзная работа, и он готов представить её своим первым зрителям. Стоял рядом с постелью и Мальц, одетый в парадное: лиловая рубашка, белые брюки, аккуратно убранные в под цвет рубахе сиреневый бант волосы.
— С добрым утром, Граф, — поклонившись, улыбнулся он.
— С добрым утром, Лорд, — кивнул ему Сон, одеваясь и садясь на постель.
— Прошу к столу, — улыбнулся юноша. — Трапеза ждёт.
Сегодня жителей дома ждал самый настоящий праздничный салат: кукуруза, ананасы, плавленый сыр, немного сои, и всё это под любовно приготовленным домашним сладким соусом. Сон не переставал восхищаться волшебству своего друга.
Выждав, когда все рассядутся, Адольф вскинул руку, чтобы произнести речь. Мальц как всегда взял пульт и снизил звук, чтобы речь брата ничем не перебивались.
— Сегодня, — звонким голосом в тон парадному хору начал Фюрер, — у нас особенный день. И помимо нашей благодарности господу и живущим в нашем мире людям я хочу поблагодарить ещё одного человека. Спасибо Богу за то, что мы живы, что мы дышим и ходим по этой земле. Спасибо и людям, которые возделывают эту землю для нас и трудятся на наше благо. Спасибо и тебе, — как всегда, смягчившись и улыбнувшись, обратился он к Мальцу, — мой любимый и единственный брат за то, что мы имеем счастье вот так собираться вместе за общим столом. Но самое большое и самое искреннее спасибо — тут он сделал паузу — тебе, Сон. Там, откуда ты пришёл, едва ли встретишь таких же людей. Из твоих рассказов я знаю, что дом твой мрачен и непригляден, и сам ты ему под стать. Но знай. Здесь тебе рады. Рады всегда. Ты стал другом мне и сблизился с моим братом, что делает тебя вдвойне моим другом и моим братом. Помни об этом.
Закончив речь, мальчик кивнул и хлопнул в ладоши: можно начинать завтрак.
Мальц достал из холодильника пакет гранатового сока и разлил его по стаканам.
— Прозит! — воскликнул Адольф.
— Прозит! — подхватили остальные.
И бокалы сошлись с приветственным стуком под боевой оркестр и призывы лететь. Ибо дан приказ — и пора стартовать. И лозунг известен всем — мчаться к цели, и только вперёд. Только на Англию.
И люди радовались, и наслаждались музыкой, с таким трепетом и любовью восстановленной хозяином дома. Радовались и наслаждались они едой, приготовленной им. И — что самое важное — радовались обществу друг друга. Внезапные встречи, очевидные расставания. Это всё не ново и давно знакомо. Но каждая новая встреча — она всегда другая. И каждое новое прощание никогда не повторит предыдущее. А потому — можно радоваться и наслаждаться дивными часами утра.