Спаси меня, воин
Улыбнувшись, Лилис погладила живот. Уже скоро. Эта фраза пугала и одновременно с этим вселяла приятное возбуждение.
— Почему ты проводишь целый день в комнате?
Как и ожидалось, Мэррион заскочила в комнату, без стука и какого-либо предупреждения. Лилис повернулась к ней, встречая с добродушной улыбкой на лице. Просьбу присмотреть за дочерью в будущем, она приняла на себя уже сейчас. Теперь ее характер приобрел самые удивительные черты, о которых прежде нельзя было и помыслить. Она стала самой настоящей наседкой, упрямой и бесстрашной. Любой косой взгляд в сторону Лилис, натыкался сначала на Мэррион. Уж она-то знала, как совладать с теми, с кем жила бок о бок. И это помогало.
— Все в порядке? — спросила Мэррион, подходя ближе, и заглядывали Лилис через плечо.
Этот был тот вопрос, с которого они обычно начинали ежедневное приветствие. После того что случилось, Мэррион не уставала задавать ей этот вопрос. В ее голосе ясно чувствовалось сочувствие.
— Да, все хорошо, — с улыбкой сказала Лилис, глядя на снег, покрывающий внутренний дворик. Зима вступила в свою полную силу.
Мэррион тоже улыбнулась.
— Тогда мы спускаемся к завтраку, — сказала она тем самым тоном, который не признавал возражений, — Пойдем.
Лилис была готова к этому. Бросив последний тоскливый взгляд на улицу, она направилась за Мэррион.
Сегодня главный зал был необычайно тих. Воины не задерживались и, покончив с едой, быстро покидали дом.
— Почему так тихо? — спросила Лилис, усаживаясь за стол.
— Сегодня день охоты, — с печалью в голосе сказала Мэррион, — Я тоже могла бы там быть.
Лилис поморщилась, но ничего говорить не стала. Все равно ничего не изменить. Упрямый Маркас не желал прощать сестру.
С улицы донесся громкий крик.
— Что происходит? — испуганно спросила Лилис, оглядываясь.
Мэррион не успела ответить. Двери главного зала распахнулись, с грохотом ударяясь об стену. Дугалд и Донован тащили на себе еще одного воина. Его лицо было белее снега, а по одежде стекла вода, где-то превращаясь в обледенелую корку. Его трясло так сильно, что губы посинели. Мэррион выскочила из-за стола, а Лилис оцепенело смотрела, как мужчины волокут воина к очагу. Странное ощущение перехватило сердце, заставляя сжимать кулаки.
— Что случилось? — спросила Мэррион. Вскочив на ноги, она подбежала к очагу и стала поправлять шкуры ближе к огню. Первое что нужно было сделать, как можно скорее согреть Камдена.
— Снега выпало куда больше, и лошадь Камдена понесла вперед, не разглядев дороги. Они свалились под лед. Он все еще не так крепок, — быстро ответил Дугалд. В пору отъезда Маркаса, обязанности вождя легли на его плечи. И теперь случилось такое несчастье. — Нужно уложить Камдена на шкуры, — распорядился он.
Осторожно, они уложили трясущегося мужчину к огню. Мэррион уселась подле него, собираясь его раздеть, но Дугалд отстранил ее в сторону грубым движением.
— Уходи, Мэррион, — распорядился Дугалд, — Позови маму. Пусть приготовит согревающий отвар. Это все что мы можем сделать, чтобы Камдена не охватила сжигающее тело лихорадка. Если к утру продержится, то выживет.
Мэррион кивнула и бросилась к лестнице. Лилис прижалась к спинке стула, не зная что делать. Со своего места она видела как дрожит Камден, даже после того как его полностью избавили от насквозь промокшей одежды и накрыли несколькими слоями шкур. Лилис то и дело порывалась встать, но тут же отдергивала себя, останавливая от этого безумия. Чем она может помочь, когда ничего не ведала о лекарствах? Она точно не вылечит Камдена. А вот Дженис обязательно сможет.
К счастью, Мэррион быстро привела Дженис. Женщина, бросив быстрый понимающий взгляд на мужчин, поспешила на кухню. Лилис облегченно выдохнула. Значит, теперь жизнь Камдена будет вне опасности.
Но и после этого Лилис не смогла заставить себя подняться и уйти из главного зала. Она замерла в ожидание, когда же Дженис появится с лекарством, но её всё не было. Лилис снова посмотрела на Камдена. Огонь не согревал его. А мужчины чертыхались, накрывая его шкурами, которые он тут же сбрасывал с себя. Похоже, то, чего опасался Дугалд, свершилось. Лихорадка пришла к Камдену.
Лилис уже хотела подняться, когда Дженис прибежала с высокой кружкой отвара.
— Напоим его, а потом унесите его в комнату на втором этаже. Там будет куда теплее, чем здесь,
— приказала Дженис, усаживаясь перед Камденом на колени.
Лилис с облегчением выдохнула и поднялась. Теперь она могла уйти.
Лилис промучилась весь день. Даже работе оказалось не по силам отвлечь её. Мысли возвращались к Камдену, который занял свободную комнату на втором этаже.
Сейчас, ближе к ночи, Лилис всё ещё слышала шаги, раздающиеся в коридоре. Камдену становилось хуже, и Дженис не справлялась с его болезнью. Лилис слышала ее разговор с Дугалдом, когда они выходили из комнаты больного.
Хмурясь, Лилис погасила свечи и легла на кровать. Укутавшись в одеяло с головой, она зажмурилась, надеясь уснуть. Сон, который пришёл к ней был тяжёлым и уже через несколько часов, обливаясь потом, она подскочила на кровати.
Спустив ноги и не особо задумываясь над своими действиями, Лилис вышла из комнаты, как была в одном нижнем платье. Не таясь, она спустилась на первый этаж и прошла на кухню. Уже в кладовой, она осмотрела полки, теперь зная, что ей требовалось. Кивнув сама себе, она взяла глубокую ступку и кружку. У стола, она измельчила сухие листья, беря их наугад, но уверенными движениями. Её пальцы порхали над кружкой, и Лилис знала, что и на сей раз все делает правильно. Аромат подсказывал ей верность подобранной травы.
Залив подготовленную смесь водой, она поставила котелок над разогретым очагом. Сев на стул, она уставилась на огонь, ни о чем не думая. Ей показалось, что она успела лишь моргнуть, когда над котелком появился пар и вода закипела. Удовлетворенно кивнув, Лилис перелила настой в глубокий кувшин. Он нужен ей горячим.
Прижимая его к груди, она вышла из кухни и так же быстро поднялась на второй этаж.
Лилис вошла в комнату Камдена, чувствуя удушающий жар, который повис в воздухе. Осторожно поставив кувшин на стол, она села на край кровати и прижала ладонь к его горячему лбу. Если так продолжится дальше, то к утру Камден умрёт. Она этого не хотела. Она должна спасти
Камдена. Должна сохранить ему жизнь.
Перелив часть лекарства в кружку, Лилис подошла к затихшему Камдену и приложила край кружки к его пересохшим губам. Он сделал несколько глотков и казалось не чувствовал его жара. Лилис улыбнулась. Почему-то она была уверена, что теперь всё будет в порядке.
Взяв одну из шкур, она бросила её на пол и легла. Глаза слипались, и до ужаса сильно хотелось спать. Лилис легла у кровати Камдена и, подложив ладонь под щеку, уснула крепким сном.