Одинокая охота

Квастмо посмотрел удивленно на темнокожего мужчину, внезапно появившегося перед ним. Он уже хотел окрикнуть своего коллегу Карла Кристианссона, который дремал на водительском сиденье со стаканчиком кофе в руке, когда увидел перед собой служебное удостоверение. Он не успел прочитать, что там было написано. Но узнал эмблему криминальной полиции. И попятился назад, в то время как темнокожий мужчина угрожающе прохрипел:
— Исчезни. Быстро.
Незнакомец наклонился так близко к нему, что брызги слюны попали Квастмо прямо в лицо, когда тот столь же злобно добавил:
— Сваливай. Мы здесь на задании. Ты испортишь все.
Рядом отец и сын с широко раскрытыми глазами смотрели на разыгрывавшуюся перед ними сцену. Квастмо колебался. Почему вдруг задание этого одетого в штатское сотрудника могло быть важнее, чем его собственное? Он почувствовал, как его схватили за руку и грубо толкнули назад.
— Выключи мигалку. И исчезни. Быстро, — прохрипел детектив с безумным взглядом и прижал его к полицейскому автомобилю. — Исчезни. Иначе твоему шефу придется собирать тебя по частям здесь на тротуаре.
Карл Кристианссон выключил проблесковый маячок и медленно тронул машину с места. Сидевший рядом Квастмо тупо смотрел в окно перед собой. Оба молчали.
Рикард не отрываясь смотрел на ратушу, когда Эрик снова залез в машину.
— Никого на горизонте. Пожалуй, они спугнули его, — буркнул он.
Эрик посмотрел на часы. Осталось пять минут. И тут его зрение уловило еле заметное движение у воды.
— Кто-то идет, — сказал он и не ошибся.
Со стороны Норр Меларстранд к Хатверкаргатан действительно приближался человек. Мужчина, как они поняли потом. В свете уличных фонарей его тень медленно плыла по увитой замерзшим плющом стене ратуши. Они не спускали с него глаз. У угла здания он остановился. Похоже, колебался. Огляделся. Потом пошел дальше.
Мужчина встал перед арочным входом. Он окинул взглядом Хатверкаргатан. Свет фонаря упал ему на лицо. Из-под пальто показался воротник первой из двух розовых теннисок. Рикард и Эрик по-прежнему сидели без звука. Из динамиков слышалось дыхание Луисы.
Перед зданием ратуши стоял начальник регионального отдела полиции Карл-Юхан аф Бергкройц и кого-то ждал.
    
Глава 42
Она вышла в сад с телефоном в руке, поскольку почувствовала легкое недомогание. Либо в доме было слишком промозгло, либо потом стало чересчур жарко от нагревателя. Она жадно вдыхала свежий воздух. Наклонилась над клумбой. Потерла хвою между пальцами. Розмарин каким-то непостижимым образом выжил зимой. Его запах, казалось, сразу же взбодрил ее. Она посмотрела вниз, в сторону перекрестка Лонгхольмсгатан и Хорнсгатан. Он считался одним самых оживленных мест в Швеции. Непрерывный поток машин двигался к нему от мостов Вестербрун и Лильехольмсбрун, чтобы потом рассосаться перед рестораном «Хорнхусет» у станции метро «Хорнстулл». Она задумалась. В животе урчало от голода. У метро продавали вкусный севиче со свекольным соусом. Но это могло подождать.
Она продолжила читать с мобильника расшифрованный отчет из датского отделения АФА. Коротко стриженного военного звали Ханнекен. Вероятно, он был начальником службы безопасности Ульв А/С. И помимо датского он говорил на английском. А также африкаанс. Удивленная, она остановилась и перечитала последнее предложение. Для нее стало сюрпризом, как много информации аналитики АФА смогли добыть из подслушанных фрагментов разговоров. Может, они пропустили полученные звуковые файлы через программы распознавания голоса и языка? Или среди них был кто-то родом из Южной Африки?
С помощью triggerfish они установили номера мобильных телефонов трех ключевых лиц — Бофельта, Ханнекена и Амида, и перечислили их в отчете, который Каспер явно в попытке пошутить снабдил сноской. В ней внизу после звездочки стояло: «Если среди твоих знакомых есть обладающие законным правом затребовать информацию о местоположении мобильников, эти данные, пожалуй, пригодятся тебе». После он добавил несколько смайликов.
Линн улыбнулась, пусть одновременно почувствовала себя и немного неловко. Она обычно избегала данной темы. И все равно Каспер давно понял, что она помогала шведской полиции. Это обычно не приветствовалось среди либертарианцев. Из-за их близких дружеских отношений он пока закрывал глаза на то, что она выбрала себе таких союзников. И поскольку она по-прежнему охотилась за нацистами и негативно относилась к иерархическим и тоталитарным властным структурам. В то же время ей было прекрасно известно, насколько просто бывшие соратники могли занести ее в список врагов.
Она смахнула тонкую корку снега с одного из садовых стульев и села на него. Немного в стороне у станции метро «Хорнстулл» свет уличных фонарей и фар машин, смешиваясь с огнями вывесок и рекламных щитов, порождал невероятную какофонию красок, многообразием оттенков не уступавшую северному сиянию. В отличие от нее, на склоне холма среди скромных домишек, где она сейчас находилась, царил монотонный полумрак. Однако он лучше соответствовал ее нынешнему настроению. Она подняла веточку розмарина к носу и снова погрузилась в свой телефон.
Меньше всего материалов АФА удалось собрать о Бофельте. Лишь несколько эсэмэс, полученных им за время наблюдения и представлявших собой короткие отчеты. «Договор 3:1 выполнен». «Фаза 4 завершена». «Контракт пересмотрен». «Связь аннулирована». Они ничего не значили для постороннего. Она кликнула по следующему документу, носившему название «Амид».
Он оказался наиболее активным из троицы. И, если верить итоговой справке, в принципе постоянно разговаривал по телефону, когда приходил в офис Ульв А/С или уходил из него. Подобно пауку, сидевшему в центре паутины, он все время дергал за какие-то нити, разговаривал с кем-то из персонала компании. Или идеологического концерна, чем она скорее являлась. В перехваченных разговорах он обсуждал долгосрочные политические стратегии. И не только с Бофельтом и Ханнекеном, но и с людьми, похоже, работавшими в различных отделах, занимавшихся именно политикой. Иногда это были псевдонаучные расово-биологические дискуссии, а в других случаях затрагивались более заурядные темы вроде формирования общественного мнения, организации маркетинга, всевозможных кампаний и дезинформации. В нескольких из подслушанных бесед упоминалась «Скрытая правда», фабрика троллей, действовавшая из Швеции. Но Ульв А/С, судя по всему, развернул активную деятельность во многих странах. Греция, Венгрия, Германия и Польша упоминались в нескольких разговорах в связи с разными событиями.
Она нетерпеливо вертела телефон в руке. Идея Каспера с пеленгацией мобильников показалась ей не такой уж и глупой. Но у нее было несколько серьезных недостатков. Из опыта прежних расследований Линн знала, что понадобится время, прежде чем датская полиция получит разрешение заниматься этим по запросу шведских коллег. А времени у нее не было. Да и у Кайи тоже.
Кроме того, в Дании могло происходить то же самое, что и в Швеции. Вполне возможно, у Ульв А/С были контакты в полиции, предупреждавшие их обо всем. Что снизило бы шансы освободить ее сестру.