Эволюция маггла (СИ)
— Благодетель! — зажмурилась от предвкушения Скитер. Именно так она получила первое письмо. Несжигаемое и неуничтожаемое, оно сгорало после прочтения, оставляя на своем месте банковский чек на кругленькую сумму. Она развернула и прочитала его про себя:
«Добрый вечер, мисс Скитер, Вы очень порадовали меня своими замечательными статьями, а потому я решил и дальше работать именно с Вами. На этот раз Вам выпала задача самой раздобыть информацию для статьи, и я очень надеюсь, что Вы справитесь. Тема для следующей статьи — Альбус Дамблдор, его прошлое, настоящее и будущее. Чем больше Вы сможете найти, тем больше будет оплата. Надеюсь, что аванс Вас устроит».
Письмо сгорело и оставило чек на семь тысяч галлеонов. Этого хватит даже на подкуп чиновников из архива и частных детективов. Рита лихорадочно облизнула губы, множество идей проносились в ее голове. Если она все сделает правильно, то не только деньги и слава, но и золотое перо — величайшая награда магических журналистов в мире, может быть ее.
— Я не подведу вас, благодетель! — сказала возбужденно она.
***
Сидя в гостиной своего мэнора, Абраксас Малфой любовался отблесками света огня камина от вина в его бокале. Малфой никогда не считал себя идиотом, но и самым умным тоже. Он сделал выводы из случившегося и понял, что карта с Волдемортом изначально была тупиковой. Не в том плане, что он был сумасшедшим психопатом, вначале он себя таковым не показывал. А в плане противостояния магглорожденным и, тем более, магглам. Пирс собрал немало очень интересных данных, касающихся не только вырождения аристократии и деградации магии в целом по многим направлениям, но и по тенденциям увеличения количества магглорожденных, а также уровне развития магглов. Цифры выходили такие, что все доводы Гонта становятся просто смешны. Как же, победить магглов, они нас толпой задавят или сбросят эти их ядреные бомбы. И это если не вспоминать о затаившихся церковниках, мастерах боевых искусств, магических существах и странах, которым такая идея очень не понравится. С ними же все становится настолько грустно и печально, что лучше себе сразу аваду в лоб пустить. Впрочем, сам Малфой относился к магглам… никак. Он вообще рассматривал людей исключительно как источник выгоды. Если человек полезен — с ним можно иметь дело, нет — тогда и ему нет никакого до него дела. Пирс же показал путь, который сулил просто неимоверную прибыль. «Не можешь бороться — возглавь», — так он сказал. Его список реформ был настолько новаторским, что коробил консервативные чувства Малфоя, но он понимал, что если аристократия не изменится, то ее снесет волной. Он, Малфой, должен оседлать эту волну. И если это значит слушаться мальчишку… Что же, он это сделает. Не без оглядки, конечно, не без проверок, но сделает. Тем более что этот мальчишка смог убить того, кто чуть не убил его, спас от смерти и очистил душу и тело. Не то чтобы это сильно влияло на его отношение — если придется, он также кинет его, как в свое время Гонта… Но это вызовет в нем хоть какие-то чувства.
***
Игроки зашевелились. Изменения, что внес своим появлением Пирс, уже начали действовать на всю страну. Смогут ли они изменить весь мир или будут задавлены под натиском действий других людей? Это покажет время и вторая книга.
Комментарий к Эпилог
Такой вот парадокс: мы совершаем подвиги для тех, кому до нас нет никакого дела, а любят нас те, кому мы нужны и без всяких подвигов… (Смешарики)
***
— Я создам идеальное общество, создам такой мир, в котором будут жить только ответственные и добрые люди!
— И в этом идеальном мире ты окажешься единственным злодеем… (Тетрадь Смерти)
***
— Отношения людей в деревнях и городах удивительно похожи на их же магазины.
— В каком смысле?
— Когда в отдаленное сельпо привозят товары — это праздник для жителей. Тут же вся деревня собирается и пытается купить как можно большо. Даже если товары немного подпорчены, с гнильцой, деревенские пытаются в них увидеть хорошее. Они их ценят.
— А в городе?
— А в городе огромные супермаркеты. Люди ходят, выбирают, брезгливо отбрасывают товары по малейшему изъяну. А если даже и купят, то относятся к товарам пренебрежительно, ведь всегда можно купить еще, зачем их ценить? Человек в городе, видя каждый день тысячи людей может оставаться одиноким до конца жизни. (Сам написал от нечего делать)