Много снов назад (СИ)

— В ощущение, — парень заерзал на месте. Положил документы рядом, оставив их в покое, обеими ладонями крепко уцепившись в подоконник. — К тому же, — Эрик поднял глаза вверх. Проследив за его взглядом, Рози обнаружила красную мигающую кнопку включенной камеры. — Мне не составит труда украсть её, вырезать запись и распространить.
— Неужели? — он успел ей порядком надоесть. — Ладно. Я не хотела прибегать к этому, но раз уж на то пошло, у меня есть запись, где мы договариваемся о том, что ты сделаешь для меня фальшивые документы, которую я могу передать в полицию. Если я это сделаю, тебя ждут проблемы. Скорее всего, очень большие, — Рози самоуверенно усмехнулась, вздернув подбородком. Эрик заметно замешкался, но всё же неплохо держал себя в руках.
— Тебе самой это разоблачение ничего не сулит?
— Запись сделана с целью изобличения преступных действий в стенах школы. К тому же ты, кажется, ещё и употребляешь запрещенные вещества. Или я неправа? — Рози подняла вверх телефон, на котором успела вовремя включить запись. Эрик резко подхватился с места с намерением вырвать телефон из рук, но Рози была более ловкой, спрятав телефон в карман сумки. Прежняя игривость куда-то вдруг испарилась. — Лучше отдай моё и разойдемся, — прошипела ему в лицо, приблизившееся достаточно близко, чтобы в ноздри ударил запах выкуренной травки.
— Вряд ли мне стоило ожидать от тебя другого. Пойти против Рози Гудвин не могло обернуться ничем кроме провала, правда? — в конце концов, Эрик выдавил улыбку, подняв в воздухе руки. В следующую секунду он потянулся вперед в попытке перехитрить её, обмануть, когда и этого не смог сделать. В воздухе прозвучала звонкая пощечина, прежде чем губы парня сумели коснуться губ Рози, после чего он сделал шаг назад, потирая щеку, на которой остался след её ладони.
— Вряд ли ты захочешь вырезать этот кадр и распространить, — Рози обошла выбитого из колеи Эрика и без лишних промедлений взяла с подоконника документы, прежде чем собралась уходить.
— Но ведь приглашение на выпускной ещё в силе? — бросил ей вслед.
— Боюсь, теперь мне нужно время подумать, — она обернулась, чтобы состроить задумчивый вид, полон пустой театральности. — Спасибо, но нет.
— А если я пообещаю помочь тебе ещё кое с чем? — Эрик нагло улыбнулся, когда с лица Рози упала маска, а выражение стало скучающе вопросительным. Она была уверена, что это была всего лишь одна из жалких уловок, но решила выслушать парня, прежде чем дать решительно отрицательный ответ. — Я внесу имя в базу выпускников. Тебе ведь это нужно?
Рози нахмурилась, задумавшись в этот раз всерьез. Неожиданно это имело смысл. Её даже поразило, как она сама выпустила это из виду, совершенно забыла, не учла.
В прошлый раз Реджи помог решить эту проблему, но теперь вряд ли она могла обратиться к другу. Ему не стоило знать о её безумной затее, как и Бриане. Оба в одночасье бросились бы её отговаривать от задуманного, пеняя на здравый рассудок, что был помутнен обидой и злостью. Бри и без того что-то подозревала, но пока сама не знала, с какой стороны подступиться к подруге, чтобы всё разузнать, а потому не наседала. Это было делом времени, которого, Рози надеялась, хватит, чтобы убежать, прежде чем перед ней запрут все двери. Если бы не связь девушки с другом, становившаяся со временем всё прочнее, она могла бы попытаться обратиться к нему ещё раз, о чем Бри непременно узнала бы. Управлять парнем было куда проще, даже таким проницаемым, как Реджинальд, но против чутья Брианы ничто не могло спасти.
В конце концов, Рози приняла предложение Эрика, признав вынужденную меру этого решения. Они пожали друг другу руки, но парень так и не получил ни заверения в том, что она удалит запись, ни определенного согласия пойти с ним на выпускной. В ближайшее время она не была намерена делать ни того, ни другого.
Рози не подозревала, как это в действительности действовало, но об их встрече за запертыми дверьми фото-студии очень скоро стало известно всем. Её личность снова была окутана пеленой грязных сплетен, которые она не намерена была опровергать, занятая подготовкой к предстоящей поездке. Скорее всего, главным распространителем слухов был сам Эрик, забывший о том, что договоренность о ненастоящем поцелуе всё же не была в силе, покуда они вернулись к самому началу и не пришли в общей сложности ни к чему. Тем не менее, через два дня имя Чарли Голдберг числилось в списке выпускников, поэтому более любые связи с парнем Рози считала заведомо оборванными.
 
О самом слухе она узнала от Брианы, которая нашла её в библиотеке за чтением учебника по конституционному праву. Сосредоточенная, как никогда прежде, Рози даже не сразу заметила девушку, когда та молча подсела за её стол и принялась смотреть в упор, как будто изучая.
— Что происходит? — наконец-то нетерпеливо произнесла Бри, чем немало напугала Рози, которую от неожиданности даже передернуло. — Что ты делаешь?
— Читаю, — ответила с наружным спокойствием, гораздо более убедительным, чем получалось прежде. Подняла в воздухе книгу, выставляя не себя, а Бри до смешного глупой. На самом же деле тон заданного вопроса застал её врасплох и заставил ощутить некую тревогу перед лицом изобличения.
— Позволь в этом случае уточнить. Что происходит между тобой и Эриком? Я не хочу быть назойливой или придирчивой, но, ты должна понять, что я волнуюсь, — на выдохе произнесла девушка. — Ты во время урока заперлась с ним в фото-студии и…
— Нет, — Рози округлила от удивления глаза. Подобное о ней говорили уже не впервые, но прежде все слухи были беспочвенны. — Он хотел поговорить со мной, но не более того. Сама понятия не имею, почему он ко мне пристал, но отделаться теперь никак не могу, — она натянуто улыбнулась. Пальцы с силой сжали края книги, когда ладони вспотели. Потупила неуверенный взгляд между строк книги, но продолжала держаться невозмутимо.
— Поверю тебе на слово, но ты ведь знаешь, что можешь мне во всем довериться, правда? — Бри взяла девушку за руку и легонько сжала. — Зачем ты читаешь книгу по праву? — спросила, едва сумела рассмотреть обложку учебника, крепко сжатого в руках Рози.
— Я не убедилась до конца, какой курс хотела бы изучать, а потому решила ознакомиться с основами права и бизнеса, чтобы решить окончательно к концу учебного года, — произнесла слишком быстро, не глядя подруге в глаза. Нежный заботливый взгляд Бри снова стал не доверительно подозрительным, с чем она тщетно пыталась бороться. — На следующих выходных меня не будет в городе. Совершенно вылетело из головы, — Рози глупо улыбнулась, ударив себя по лбу влажной ладонью. — Мать временно с презентацией книги в Нью-Йорке, я едва уговорила её позволить мне ненадолго приехать, — подняла на Бри неуверенный взгляд, только чтобы убедиться, насколько хорошо сработало неумелое вранье. Девушка в ответ приняла озадаченный вид, не суливший ничего хорошего. В то же время нарочно поджала губы, только бы не нарушить ветхой доверительности, которую пыталась восстановить вопреки действиям Рози, что и дальше неизменно вызывали подозрения.
— Спасибо, что предупредила, — ответила учтиво, но сухо, чего Рози было достаточно.
Только когда сумка с вещами была аккуратно сложена, билеты — оставлены в прихожей у зеркала рядом с кошельком, где лежали снятые с карты деньги, выделенные отцом на последующий месяц, ей оставалось лишь ждать обеда следующего дня, чтобы сесть на поезд и отправиться навстречу неизвестности. Рози лежала в своей кровати, чувствуя холод влажных волос, прилипших к спине. Укуталась в теплый халат, обняла себя руками и, обернувшись к окну, позволила себе погрузиться в бездонный омут мыслей, которым не давала свободы на протяжении последних дней.
 
Рассудок снова подал жалостливый голос сомнения, которому она пыталась не поддаваться, зарывшись лицом в подушку и выпустив в неё яростный крик. Тайна Дугласа, как и он сам, выбивала её из колеи привычной жизни, но в то же время притягивали к себе неимоверно сильно. В тишине Рози особенно остро испытывала волнение, вторившее сожалению перед Брианой, которая искренне заботилась о ней, как умеют делать только подруги, Реджи, который приободрял её всегда лучше всякого антидепрессанта, даже дурацкого Алекса, с чувствами которого безжалостно играла назло Дугласу. В её жизни были люди, заслуживавшие её внимания и времени, что она попусту истрачивала на того, кто сам её намеренно отвергал.