Не та профессия. Тетрология (СИ)

_________ 
– Это недопустимо. Я не буду разбираться до восхода солнца, поскольку это против правил. Но утром… – дочь Хана не договорила, обернувшись к аудитору и казначею спиной. – Мы выдвигаемся прямо сейчас, – бросила она через плечо, чуть задерживаясь. – Наш мальчик ранен вашим человеком. Нашего парня надо срочно везти к целителю. Нормальный врач есть только у нас в городе. Мы будем сутки идти без остановок, чтоб успеть. Вам могу оставить половину своей сотни и часть пашто для сопровождения. Вашего человека, напавшего на мою… подругу, забираю с собой. 
– Он без сознания, со сломанными рёбрами, – зачем‑то брякнул Селим, в следующий момент пожалев о своём длинном языке. 
– На всё вола Аллаха, – отмахнулась девочка. – In’Sha’Allah, довезём. Извините, но это мой пленник. Буду судить после того, как допрошу 
– НЕ спорим! – тут же открестился от проклятого стажёра Хамид, впечатывая сухой локоть в рёбра товарищу‑казначею. 
И ломая при этом голову, какая‑такая муха укусила тихого и незаметного до этого момента Латифа. 
– Совсем с ума сошёл? – зашипел он Селиму, как только Ханшайым отошла. – Это вообще мой человек! Не твой! Чего влезаешь?! 
– По старческой дурости, – повинился товарищ. – Язык впереди меня брякнул. Я и сам тут же пожалел. Хорошо, что она не отозвала приглашение… 
– Может, соберёмся побыстрее и поедем вместе с ними? – задумчиво прикинул варианты аудитор. – Чтоб не плестись в хвосте. 
– Исключено, – чётко ответил казначей. – И ты, если подумаешь, сам поймёшь, почему. 
Селим молчал, потому Хамид продолжил: 
– Во‑первых, они будут гнать коней, а кони у них лучше. Во‑вторых, лично я сутки в седле уже не потяну. А ты?.. 
– Да я тоже… Погорячился. 
– В‑третьих, завтра с рассветом она будет допрашивать Латифа, возможно с последствиями. Может и разозлиться, потом какое‑то время пребывать в гневе, – аудитор многозначительно посмотрел на товарища. – Тебе очень хочется попасть ей под горячую руку в этот момент? 
– Ты прав, – полностью успокоился, соглашаясь с другом, казначей. – Пусть лучше всё успокоится, а мы через день подъедем. Тем более что она половину своей сотни оставляет с нами. Кстати, а ты видел, как этот сотник остановил двух несущихся коней? Говорят, чуть не взлетел в воздух? 
– Краем глаза. Кажется, просто подпрыгнул и как‑то хитро стукнул ногой Латифа. Видимо, их там действительно чему‑то учат, где он служит. 
_________ 
Не смотря на неожиданность и частичную трагичность случившегося, Актар быстро взял себя в руки. 
Атарбай, молниеносно связав пленника и передав приходящую в себя Разию на руки подоспевшему старику, тут же склонился над Мазияром. 
Оказалось, что товарищ понимает не только в поэзии пашто. Через полминуты Атарбай сообщил: 
– У парня глубокий порез. Умереть не дам суток двое или даже больше. Но лечить не смогу – не умею. Надо к Файзулле, в город. 
Вокруг, повинуясь призыву и команде Атарбая, кругом стояли туркан, не пуская желающих подойти поближе. 
Через минуту появилась Алтынай, которая, видимо, уже легла спать (и ей пришлось одеваться). 
– Что? – выдохнула она над ухом брата. 
Тот в двух словах описал ситуацию. 
– Дорогу вынесет? – деловито спросила девочка, подзывая жестом пару человек. 
– Да, но желательно не трясти, – отозвался снизу лысый здоровяк, не поднимая головы и не отрываясь от мальчика. 
В несколько минут, стараниями Алтынай каким‑то чудом были организованы две пары иноходцев. 
Ещё через четверть часа степняки сладили из упряжи подобие носилок между первой парой коней, пояснив окружающим: 
– Вторая пара – сменные. 
Между иноходцами пацана трясти будет меньше, сообразил Актар с запозданием. 
Ещё какое‑то время у Алтынай ушло на общение с аудитором и казначеем, но уже через четверть часа полусотня туркан, Алтынай, Атарбай, Актар и пришедшая в себя Разия двигались по дороге. 
 
_________ 
Первые несколько часов пути Разия поначалу переживала, в буквальном смысле не находя себе места. Она то пыталась торопить коней, то бросалась осматривать Мазияра, пока Атарбай не продемонстрировал ей, что с парнем всё в порядке. Заодно он разъяснил, что в городе есть врач, который справится с рассечением даже такого плана достаточно быстро. 
– Я не целитель, но общие правила знаю, – пояснил Атарбай персиянкее, которая его уже чуть утомила и в этот момент явно «читала». – Двое суток точно продержу. Не бойся. А до Файзуллы доедем, Мазияр потом вообще обо всём забудет… рану имею ввиду. 
– А‑а‑а, ты ему специально проснуться не даёшь, – чуть успокоилась персиянка, видимо, что‑то увидев. – А я думала, почему он в себя не приходит. 
– Ну конечно! Держу во сне. А ты хочешь, чтоб он вертелся и мучился?! 
– Нет. Ты прав, извини… 
– А как ты сообразил его ногой огреть? – Актар, приложившись к малому бурдюку воды, передаёт его на ходу Атарбаю. – И как смог…? 
Едущие рядом Разия и Алтынай начинают внимательно прислушиваться. 
Солнце уже миновало зенит и скоро в поле зрения появится город. Что ни говори, кони у туркан хорошие. 
Атарбай, единственный из всех спутников, ничуть не встревожен. Допрос пленника, как и определение ему наказания, решили отложить до прибытия в город. 
Мазияр по‑прежнему спит крепким сном, кровотечение остановлено. 
– Это старая история, – довольно улыбается Атарбай, кажется, наслаждаясь вниманием спутников. – Говорят, много лет назад воины рода Керей дошли до самого большого и бурного моря на Востоке, – он косится на удивлённую Алтынай, которая лишь широко открывает глаза и чуть приоткрывает рот. – Говорят, они там основали государство, которое так и назвали в честь своего рода. К сожалению, одна из зим выдалась холодной и снежной. Воинам Керей пришлось съесть всех своих коней на новом месте, и они остались пешими. Потому не смогли вернуться домой. Вот впоследствии, вынужденные обороняться и против хань, и против какого‑то островного народа, потомки тамошних Керей, сражаясь с конными врагами, разработали свою систему сложных прыжков и ударов ногами в полёте. «ТЭК'ЁН», что ли… вот не помню названия… Это искусство, кажется, специально и было создано, чтоб пеший мог легко вышибить всадника из седла. 
Алтынай задумчиво и серьёзно говорит, глядя в никуда перед собой: 
– Никогда не слышала такой истории! Надо будет спросить у наших керей… 
– Спроси, спроси, – посмеивается Атарбай. – Кстати, смочите Мазияру губы кто‑нибудь. И дайте ему глотнуть воды из бурдюка. 
– Может, кумыс? Айран? – предлагает Алтынай, перебирая варианты. 
– Ни в коем случае. Сейчас – только вода. 
_________
Примечание. 
Атарбай дурачится, транслируя шутку из будущего. 
Разумеется, род Керей из Среднего Жуза земляков Алтынай не имеет никакого отношения к образованию государства Корея, отличающегося даже в самоназвании (кажется, Чосон и Хангук?). 
Атарбай воспроизводит мем, анекдот. Который появится только в информационную эпоху. 
Разумеется, к созданию таэквондо или к его прообразам Средний Жуз также отношения не имеет. 
  
Глава 7
  
В это позднее время Файзулла уже не ждал никого. 
Время от времени, конечно, в городе случалось разное; а помощь в лечении могла понадобиться и в неурочный час. Но обычно, всё‑таки, это было что‑то предсказуемое, из уже знакомой клинической картины пациента, которого он по крайней мере один раз видел до этого.