Принц для Агаты

Выдохнув с облегчением, Агата довольно улыбнулась, — тень Фатимы наконец исчезнет из ее жизни, и она сможет задышать полной грудью, вот, как сейчас:
— И что ты сказал Надиру? — вопросительно моргнула Агата. В мыслях она уже поженила этого арабского петуха с худосочной девицей из хорошей семьи. Парочка получится неплохая, если, конечно, Фатима сможет правильно понять Маруха, а он научит ее премудростям любви.
— Мне понравилось это предложение, оно обещает много выгод… — Марух задумчиво склонил голову, не переставая улыбаться. — Но сейчас дело откладывается из-за случившегося с Надиром, а к отцу Фатимы просто так не подойдешь… Шейхи снобы, особенно старшего поколения, сама знаешь…
— Я думала, ты не боишься шейхов! — рассмеялась Агата. — Я их не боюсь… — она слегка прищурилась, раздумывая над проплывшей в ее голове мыслью. — У Надира и Фатимы есть прекрасный дед, наверное, самый демократичный дед в Аравии. Можно обратиться к нему, он точно не откажется тебя выслушать…
Марух согласно кивнул и перевел тему разговора на другое:
— А ты возвращаешься в Россию, к своему принцу? Совсем не боишься трудностей, он ведь нескоро встанет на ноги…
— Да, не боюсь, — вздохнула Агата и бордо передернула плечами. — Я постараюсь быть терпеливой и мудрой женой. Посмотрим, что из этого получится…
    
Глава 22
Каждый следующий день был похож на предыдущий. Менялись только платья Агаты и настроение Надира. Наряды Агата меняла, чтобы порадовать мужа, они были то элегантными, то простенькими, но всегда обнажающими какую-нибудь часть тела, спину, грудь, плечи. Еще были украшения, — дорогие и не очень, но звонкие и яркие, на бедуинский лад, с монетами, цветными бусами и ожерельями из драгоценных камней.
Вместе с Агатой и Надиром в апартаментах жила няня, женщина уже немолодая, с хорошими рекомендациями, она игриво качала головой и причмокивала, видя на хозяйке очередное красивое платье. Затейница, с такой не соскучишься!
Надир смотрел на жену скептически, не веря в «модную терапию», однако признавал, что ее переодевания скрашивают его постоянное лежание на ортопедической кровати. Всеми днями он «висел» на телефоне или в скайпе, прерывая разговоры с родственниками и врачами, чтобы поесть, принять лекарства и сделать процедуры. Врачи давали оптимистичные прогнозы, — руки, ноги у господина Аль-Амина целы, в позвоночник вставлены современные импланты, остается только потерпеть месяцев пять, сохраняя постельный режим.
— Звонил Марух, — такими словами Надир встретил жену, вернувшуюся с прогулки. — Дело идет к свадьбе с Фатимой после того, как он поговорил с дедом… Ты была права!
Агата кокетливо сняла с головы теплый берет, выпуская наружу рыжие пряди. На щеках ее горел румянец, карие глаза весело светились. На улице был приятный морозец, в парке, где они регулярно гуляли с сыном, на дорожках поскрипывал снежок, напоминая о скорых новогодних праздниках.
— Вот видишь, а ты сомневался! — весело ответила Агата, бросив берет на диванчик. — Не пора ли и тебе прислушаться к моему совету и позвонить отцу? Пригласи его на праздники к нам, может быть он даже Мораиму возьмет с собой. Ты ведь скучаешь по маме, а она тоскует по тебе…
Надир упрямо отвернулся, точнее, отвернул от Агаты только лицо, — потому что врачи рекомендовали ему лежать на спине и не двигаться лишний раз, — и вздохнул. Не звонить отцу, этот принцип стал главным для Надира, — не звонить, ведь отец тоже не звонит. Шейх Сулейман сильно обиделся на сына из-за того, что тот остался в России и отказался от реабилитации в немецкой клинике.
— Ты совершенно не знаешь моего отца, — отозвался он раздраженно. — Это человек слова. Сказал: не хочу тебя видеть, так оно, значит, и есть, это не громкие слова… Маму одну он к нам не отпустит даже если на Аравию пообещают спустить ядерную бомбу….
— Ладно, тебе виднее, конечно, — Агата еще немного постояла у постели мужа со сложенными на груди руками и, не дождавшись от него ответа, вышла из спальни. Ей вспомнились свои непростые отношения с матерью, которую она упрямо отвергала всю сознательную жизнь.
Спальня по понятным причинам стала комнатой для реабилитации, в которую вхожи были Хасан, врачи, медсестры. Воздух в ней пропах лекарствами и кремами для массажа, панорамное окно почти всегда было зашторено. Атмосфер напряженная, даже порой гнетущая.
— Агата! — позвал жену Надир. Не прошло и двух минут как она ушла. — Агата, иди сюда! — настойчиво повторил молодой мужчина. Прав был отец: болезнь самое унизительное состояние для человека. — Ты слышишь меня?
— Слышу, Надир! — Агата появилась в проеме двери, спокойная и умеющая терпеливо принимать капризы мужа. — Что случилось?
— Забыл сказать, я купил землю в Подмосковье. — Приподняв голову с валика, Надир посмотрел на Агату непреклонным взглядом. По губам его скользнула победная улыбка. — Много земли! Это неплохое вложение денег. Что скажешь?
— Ты же знаешь, у меня нет таких денег, а свои ты можешь тратить как заблагорассудится, — ответила она, устало вздохнув. — Купил, значит надеешься исполнить мечту о ранчо или о чем ты там мечтаешь? Похвально, но хлопотно…
— Мы разведем там коз и лошадей, — продолжал Надир уверенно и гордо. — Пусть Фадх растет на земле. Небоскребы не лучшее место для правнука бедуина…
Агата оттолкнулась рукой от косяка и хотела было уйти, также легко и быстро, как пришла, но Надир остановил ее словами:
— Приходи сегодня вечером ко мне… Я очень соскучился.
— Хорошо, приду, — хмыкнула Агата, пожав плечами и скрылась из вида.
Не она решила ночевать в соседней спальне. Надир сам придумал это неизвестно почему, поэтому вернуться в их общую спальню Агате ничего не стоило. И когда на город опустился зимний вечер, и город расцвел мириадами огней, она пришла, игривая и милая, словно фея.
— Я пришла, Надир — Присев на край постели, Агата закинула ногу на ногу. Полупрозрачный подол длинного белого платья соскользнул с колена. Она не стала его поправлять, положила ладонь на постель и наклонилась к Надиру. — Слушаю и повинуюсь…
В голосе ее слышалась добрая ирония, от которой Надиру стало смешно. Бедуинская сказка с арабскими мотивами и русским драматизмом продолжалась. Он приподнял голову и спросил:
— Ты уложила спать Фадха? Не хочу, чтобы нам кто-то помешал сегодня…
— Фадх спит, в Багдаде все спокойно, — Агата медленно моргнула, гипнотизируя взглядом напряженного Надира. — От тебя пахнет лавандой, обожаю этот запах… Не знаю, почему ты не подпускаешь меня к себе близко…
За Надиром прекрасно ухаживал Хасан. Все, что касалось гигиены и внешнего вида господина, слуга выполнял с завидным умением и тактом, — он умывал, переодевал его, следил за растительностью на его лице и ногтями на руках и ногах.
— Приляг, пожалуйста, рядом, — прервал ее Надир тихо и коснулся руки Агаты дрожащими пальцами. — Мне очень хочется тебя обнять…, пока только обнять…