Сердце бандита

устал от меня. Устало потирает глаза. — Вы ведь пережили клиническую смерть. А ещё, потеряли невесту... Она была беременна?
— Д-да, — чувствую, как желчь подступает к пищеводу.
Больно. Очень больно. Блять!
Я хватаюсь руками за сердце.
— Можно воды?
— Конечно!
Вениамин Андреевич рекордно быстро наливает мне воду из бутылки в стеклянный стакан, стоящий на столе.
Я быстро вытаскивают таблетку из кармана. Запиваю.
— Марс, все хорошо? — с тревогой в голосе.
Закрываю глаза, приказываю себе расслабиться. Насильно выталкиваю ужасные воспоминания из трещащей головы. Таблетка начинает действовать.
— Да. Нормально.
Боль отпускает.
— Вы можете видеть навязанные подсознанием воспоминания из прошлого. Такое бывает. Как следствие посттравматического стресса. Что за сны вам снятся?
— Девушка. Каждую ночь снится. Я её не знаю. Но она очень красивая. В одном эпизоде она мне улыбается и примеряет красивое бельё… Мы собираемся заняться любовью, но незнакомка исчезает. А в другом эпизоде она гладит свой большой, округлившийся живот.
— А, ну всё ясно, — цыкает докторишка. — Та девушка — проекция вашей погибшей жены... Увидели случайно где-нибудь на улице симпатичную девушку, образ неосознанно отпечатался в подсознании, и вот она напоминает вам во снах вашу погибшую невесту. Всё очень просто.
Логически, я понимаю, что психиатр прав, но всё равно внутренне во мне буйствует ураган несогласия. Что-то здесь не так. Сердцем чувствую.
Андреевич протягивает мне красную пластиковую баночку.
— Пейте по одной в день. Это поможет вам избавиться от галлюцинаций. Эффект накопительный.
Я киваю. Сжимаю банку в кулаке, прощаюсь с доктором, покидаю его офис.
Планирую немного прогуляться по городу, развеяться. С каждым днём мне становится всё сложней и сложней засыпать. Кажется, что в скором времени, я превращусь в чокнутого лунатика. Буду боятся закрывать глаза. Потому что раз за разом мне всё больней и больней терять эту девушку. Когда она исчезает. Во снах.
***
Нет, долбанные таблетки не помогают. Моя хворь лишь усиливается. Блондинка продолжает мне снится. Я начинаю трощить кровать в щепки, рвать на себе волосы. Быстро и уверенно окончательно схожу сума, от того, как сильно её хочу, а она не даётся. Будто намеренно меня мучает. И часто шепчет одну и ту же фразу:
“Найди меня. Найди… ”
В общем я забиваю на проблемы, решаю поехать за город, немного погулять на природе. Но, впереди меня ждёт болезненное испытание. Сегодня… годовщина смерти Светы. Я завожу тачку, выезжаю загород. Мотор ревёт, я выжимаю из своей любимой крошки максимум, разгоняя её до предела возможностей. Открываю окно, звучно втягиваю ноздрями запах жжёной резины, кайфую. Если Артур был порошковым наркоманом, то я — торчок от быстрой езды. Тачки — моя страсть, моя одержимость, моя непреодолимая зависимость. Я вырос за рулём, мой отец был автомехаником и держал огромную мастерскую. Разумеется после смерти он передал мне свой бизнес. Не кристально-чистый, естественно. Автомастерская была лишь прикрытием для более серьёзных, более прибыльных дел. Я не представляю жизни без сумасшедшей езды, скорости, запаха бензина и гари шин, зашкаливающего адреналина. Всякий раз, когда я сажусь за руль — я бросаю вызов ветру. И… играю в лотерею со смертью.
Вот я на месте. Почти. Чтобы добраться до кладбища, мне необходимо пересечь деревню. То есть небольшой город, затерявшейся в степной глуши.
Мне нравится это место. Здесь тихо. Относительно уютно. Идеальное место, чтобы затеряться и забыться на какое-то время. В километре от въезда в городок расположено озеро. Можно снять домик, порыбачить, расслабиться в общем на славу. Однажды, я так уже делал. Когда хотел подольше побыть со Светой.
Проезжая через город, обычно, я заглядываю в цветочную лавку. Припарковав тачку, выхожу на улицу, направляясь к лавке с вывеской “Цветочница”. Распахиваю дверь. Звон колокольчика. Я вхожу внутрь. Странное тепло окутывает сердце, а в ноздри вбивается дурманящий запах. Такой знакомый, такой приятный. Очень необычные чувства бушуют изнутри. Не понимаю, что опять со мной происходит?
Впереди мелькает силуэт. Девичий. Работница лавки, дела вывод я и подхожу ближе.
— Дайте мне розы, — требую твёрдым тоном, а у самого ноги начинают подкашиваться.
Да блять! Ну что такое? Неужели у меня приступ обостряется? Не хватало ещё в обморок грохнуться.
— Какие? Вам на подарок, девушке?
Твою ж мать.
Я цепенею. Когда голос продавщицы слышу. Звонкий, как колокольчик. Нежный, как лепестки розы. И, блять, чертовски мне знакомый.
Встряхиваю головой. Долбанные галлюцинации. Теперь они, походу, начинают преследовать меня в реальной жизни. Не только в проклятых снах.
Продавщица стоит ко мне спиной. Она занята. Букет какой-то собирает. Порхает над ним как бабочка. С особой заботой. Будто собирать веники — дело всей её жизни. Её страсть, отдушина, смысл жизни. У неё длинные волнистые волосы, которые аккуратно собраны в хвост на затылке. Тонкая талия. Стройная фигура. От нее приятно пахнет. Цветами. Ландышами…
Важный момент. Волосы! Они белые-белые. Как снег в диких Альпах.
У меня мутнеет перед глазами. Я почти хватаюсь за головы, собираюсь вмазать себе по черепушке кулаком, ибо заебало. Как будто знаю этот запах. Очень давно. Но это не так. Света не любила ландыши. У неё была аллергия на пыльцу.
Девушка резко оборачивается. Наши взгляды сталкиваются.
— На поминки, — грубо отвечаю.
И... шок.
Я немею. Как каменный застываю. Сердце с грохотом лупит в ребро, я хватаюсь за грудь. Пячусь назад от острой боли. Будто мне щедрый хук в грудь отвесили.
— В-вам плохо? — девчонка теряется, улыбка быстро стирается с красивых, чувственных губ. — Скорую вызвать?
Она больше не выглядит такой солнечной, как секундой ранее.
Я дышу ртом. Массирую грудь ладонью.
Нереально. Невероятно. Так не бывает!
Я сплю опять, да? Бля.
— Это сон? Какого чёрта? — рычу, продолжая массировать грудь, пятясь спиной назад. Задеваю какую-то вазу локтём. Девчонка охает, когда за спиной раздается грохот стекла.
— Ч-что вы сказали, п-простите?
— Неважно, — машу головой, усердно жмурюсь.
Соберись, Марс. Дыши. Расслабься. Дыши.
Облокотившись на прилавок, я начинаю глубоко дышать.
Это не сон. Картинка слишком реальная. Да и девушка в реальности выглядит намного скромней, чем в забытье. Но лицо, глаза — точная копия мой воображаемой красотки.
Я искал ЕЁ. Долгие месяцы. Всматривался в лица прохожих. Потому что вконец спятил. Никакие таблетки не помогли справиться с галлюцинациями. Сутками зависал в социальных сетях, рассматривая аватарки пользователей, надеялся, что может быть, когда-нибудь я найду её. Но если не её, то похожую на Ангела девушку. И вот... Неужели нашел?
Дурость. У меня глюки.
Я сжимаю челюсти, приказываю себе выбросить сраный мусор из головы.
Сердце ослабляет удары. Боль понемногу отступает.
— Скорую вызвать? — повторно спрашивает, но подойти боится. Смотрит на меня как на бандита — головореза опасного, вооруженного до зубов. Хотя, так и есть. На мне кожаная косуха, руки обвивают