Апрелия. Погоду делают маги (СИ)

— Пока, бабулечка, не будем мешать, — попрощалась синичка и, напоследок, чего-то прочирикав своим подданным и усевшись на моем плече, сделала вывод: — Значит, от шефа по шее не получим. А то знаешь, не каждый муж возрадовался бы такому подарочку.
— Нет, — возразила я подруге, — птичьей почтой общаться любой согласится, но знать, что они друг другу хорошие послания строчить будут гораздо приятнее, чем, если бы грубили. Фух, ну теперь разгрузится мой чат, надеюсь.
— Должен по идее. Ты только по работе теперь будешь записки получать. А классно я придумала с почтой?
— Ты вообще мозг, моё величество! Считай, телефон изобрела.
— А то! Клювчатая связь!
Настроение после налаживания связи между супругами поднялось до небес. Как приятно когда люди живут вместе многие годы в любви и согласии. И любовь не умирает. Приятно и завидно немного. Припомнилось что Тамир тари никогда, упоминая жену, не называл ее "своей старухой" или "бабкой" как это обычно произносят в шутку пожилые люди с внушительным брачным стажем. Всегда только по имени или уважительно "супруга". Счастливые люди! Как это здорово! Вот бы и мне когда-нибудь встретить такого человека. Чтобы действительно — любовь на сто лет вперед.
Я размечталась, мерно покачиваясь в седле, но непоседливый воробей, скачущий по второму плечу, действовал на нервы и отвлекал от мыслей. Я отмахнулась, не поняв его внезапной привязанности, и обратилась к подруге:
— Кыш, нахаленок! Мусь, чего он прицепился-то?
— Так ты не ответила шефу на шифровку, — хихикнула синичка. — Почтальон изнервничался уже. И меня жалобами заколебал.
— Ой, точно! Сейчас напишу, что будем после обеда. А пока время есть заедем домой проконтролируем ремонт. Мастера конечно и без нас все знают, но мне просто не терпится. Да и мало ли, вдруг назрели какие-нибудь вопросы.
В нашем дворе у распахнутых ворот стояла телега, возле которой суетились рабочие. Увидев хозяек, мужчины объяснили, что собрались за досками для веранды с конюшней и скоро вернутся. А все уезжают, потому что вчетвером грузить сподручней. Их жеребец понуро фыркнул, словно понял о чем идет речь и выразил свое мнение, где он видел эти тяжелые стройматериалы. Скорей всего в гробу в белых тапочках. Муся прониклась жалостью к бедолаге и предложила рабочим забрать у мальчишек амулет облегчающий вес. Я поддакнула — всегда приятно облегчить кому-нибудь жизнь, тем более на меня ведь работают. Мужчины обрадовались и заверили, что в таком случае вернутся даже быстрее, чем планировали. Грузить ведь тоже станет удобней. Уселись в телегу и укатили.
— Видишь, как мы вовремя заглянули, — спрыгивая на землю, не удержалась я от восклицания. Взяла коня под уздцы и поманила за собой. — Пойдем, Мустанчик, конюшню твою проверим. Если в доме такая жуть творилась, то туда даже заходить страшно. Вот я и не заходила еще.
— Думаешь, его конь тоже пил? — пошутила синичка. — Пацаны бы уже нашли бутылки. Они тут все облазили.
Слегка покосившаяся деревянная постройка, стоящая в стороне от дома, оказывается, состояла из двух помещений — сарая и конюшни. Мы вошли в будущее жилище Мустанга и Муся начала шутливо показывать четвероногому другу его владения. На удивление в конюшне было чисто — никаких гор навоза и сломанных стульев. Видимо предшественник все же обладал одним хорошим качеством и любил своего жеребца. По крайней мере, убирал исправно. Мы принялись обсуждать дизайн помещения, а конкретно, на какую стену повесить полку для щеток, скребниц и расчесок. Весь ассортимент для ухода за лошадьми уже дожидался своего часа в одной из лавок Момыша. Спокойно беседовали, пока наш разговор не прервал гневный мужской крик, за которым последовал небольшой… взрыв? По крайней мере, удар.
— Ааскер! Ааскер, выходи!!!
Муся прильнула к щелке в стене и шепнула:
— Боевик! Пуляет в наше крыльцо огненными пульсарами. Вот гаденыш! Я ему сейчас глаз-то…
— Боевик?
 
Я в последний момент, извернувшись, успела ухватить метнувшуюся к двери подругу за хвост и грозно прошипела:
— Куда? Он же не разберется и запросто тебя прибьет! Я сама ему сейчас наваляю. Явился, понимаешь, в чужой двор. Сидите пока здесь тихо и не высовывайтесь!
  
глава 17
 
Взрывы с криками тем временем повторились, и я выскочила из конюшни злющая как мегера. А еще сильнее разозлилась, когда увидела дымок, поднимающийся над ступенями веранды. Их пока не чинили, но это не повод для вандализма.
Да он вообще что ли?
Так быстро я еще никогда не работала. На одном адреналине мгновенно сформировала плотное облако и, поделив пополам, одну часть запустила в незваного вредителя чужой собственности — остудиться ему точно не помешает, а второй затушила тлеющее крыльцо и встала напротив наглеца, готовая к бою, уткнув кулаки в бока и сверкая взбешенным взглядом.
— Совсем офонарел?
Парень, не ожидавший атаки водой, тряхнул как собака головой и стер ладонями капли с лица. Черная рубашка (любимая одежда боевых магов) потемнела еще больше. Увидев перед собой девушку, состроил кривую рожу и рявкнул:
— Ты кто такая? Мне нужен Аартис! Позови Аартиса. Где этот трус? Пусть выходит и не прячется за женскую юбку.
— Ты на что это намекаешь? Какую юбку? — недобро прищурившись, я притопнула ногами, облаченными в практичные штаны с карманами, и сложила руки на груди. Потом сообразила, что использую конечности в данной ситуации вообще не по назначению и начала формировать в ладонях сгусток тумана, постепенно понижая температуру внутри него.
Маг призвал воздух, театральным жестом высушил одежду и с вызовом уставился на меня, сверля непримиримым взглядом.
Чего раздраконился, спрашивается?
Псих ненормальный. Нет бы, прийти и разобраться во всем сначала… Нет, сразу пуляться фаерболами, имущество портить. Мое теперь, между прочим, а не какого-то там Аартиса. Не отвлекаясь от создания комка снега, ответила ему таким же взглядом и принялась нагло рассматривать впечатляющую, надо признать, внешность вредителя. Высокий, плечистый, стройный. Что не удивительно — среди боевиков рыхлых недомерков и не бывает. Но на мордашку тоже ничего. Черные волосы собраны в низкий хвост, голубые глаза гневно сияют из-под соболиных бровей. Ровный аристократичный нос, искривленные в усмешке губы плюс квадратный подбородок. Голубоглазый брюнет — уже красота, а тут полный комплект. Как есть прынц! Психованный только.
Парень перевел взгляд на мои руки и выражение его лица с презрительно-высокомерного перетекло в удивленное. Что не ожидал?
Показательно подкинула на ладони снежный ком и усмехнулась. Ну, когда дойдет что пришел не по адресу? Пальцы уже мерзнуть начали, и я швырнула снежок под ноги незваному гостю. Он отскочил, с интересом попинал кусочки разлетевшейся замороженной воды и вскинул на меня изумленный взгляд.
В это время пришло подкрепление — за спиной всхрапнул Мустанг, на плечо спикировала Муся. Не высидели друзья в засаде, примчались на выручку. Мне представилось как синичка прискакала верхом на жеребце в папахе набекрень, лихо размахивая саблей. Еле сдержала улыбку, а подруга сходу запричитала:
— Ой, люди добрые, что ж это делается? Девушек бедных, беззащитных, хрупких обижают. Домик ломают, гнездо разоряют, места жительства лишают…
От человеческой речи, посыпавшейся из клювика птахи, боевик вздрогнул, растеряв самообладание, непроизвольно отшатнулся и спросил как бы у самого себя:
 
— Синица? Говорящая?
— Да! Гав-рящая! — реально гавкнула Муся и набросилась с обвинениями: — Ты чего творишь, паразит? Магессу обижать вздумал? Надоела свободная жизнь?
— Так я… — начиная, наконец, соображать, как влип, пошел на попятный брюнет. — Думал… Я не знал… Мне Аартис нужен…
— А сложить два и два не судьба? — ехидно прочирикала подруга. — Когда тебя водичкой из тучки полили? Ась? В доме, выделяемом городом магу-погоднику? Орет он тут еще! На магессу наезжает! Ну-ка быстро назвал имя, чтоб я знала на кого жалобу катать!