ЧВК «Пересвет». Книга вторая (СИ)

Времени на вскрытие люка у меня нет.
Первый выстрел из подствольника прямо в кабину пробивает толстую броню, второй — корпус вражеской машины.
В боку машины зияет дыра. Третий выстрел контрольный и из машины во всю валит дым.
— Готово! Догоняю тебя!
София мелькает меж деревьев под аккомпанемент из вражеских пулеметных очередей. Позади неё уже два поверженных пехотинца.
Рядом с ней возникает третий, София не видит его. Он наводит акустическое ружье, и моя напарница словно бы получает удар под дых.
Я вскидываю оружие и стреляю в ублюдка короткой очередью. Бронебойные боеприпасы разрывают его грудную клетку на двое, несмотря ни на какую защиту.
София приходит в себя и как раз вовремя — очередь из шагохода вскользь пробегает по её плечу, выбивая искры.
— Цела⁈ — кричу я.
— Да, — с ледяным спокойствием отвечает София и кидается на машину противника.
Мелькает серебристая нить, выпущенная из пневмопушки и София начинает стреножить шагоход, повторяя мой трюк с облётом, приземляется на ноги и тотчас получает акустический импульс от одного из подоспевших пехотинцев. Затем от другого.
Я ускоряюсь и совершаю затяжной прыжок. Выстрел из подствольника в шагоход, затем ещё раз, пока пилот не опомнился. Приземляюсь рядом с Софией, хватаю одного ублюдка за кирасу и со всей умноженной экзоскелетом силой бью о дерево. Слышен вой и треск, правда непонятно чего — костей, брони или древесины.
Второй пехотинец успевает зацепить мен акустическим импульсом. Я чувствую, как к горлу подкрадывается тошнота, но терплю. Руки сами посылают заряд из подствольника — я вижу, как противника чуть отбрасывает назад ударом от попадания, а затем кумулятивный боеприпас прожигает его броню, его самого, и защиту на спине.
Времени на раздумья нет. Я выхватываю трос из рук Софии и стреножу шагоход. Тот качается и падает, поднимая тучи снега.
— Ты жива?
— Можно и так сказать, — отвечает София, поднимаясь на ноги. Её чуть покачивает, но она идёт к поврежденной машине и разряжает три выстрела из подствольника прямо в кабину. — А вот теперь чуточку лучше!
Я чувствую, как содрогается земля. Оборачиваюсь и вижу, как прямо на нас несётся ещё один шагоход, задевая деревья.
— Это хорошо, потому что у нас снова гость!
— И не один! — уточняет София.
Я бросаю взгляд в её сторону и вижу ещё одну вражескую машину.
— Теперь действуем порознь, — сказал я.
Мы одновременно бросились на врага.
Времени на изобретательства у меня не было — я в несколько прыжков достиг противника, чудом увернулся от ноги, пока проскакивал под шагоходом, зацепился за техническую лестницу, резко подтянулся и оказался на крыше боевой машины.
Заветный люк, за которым находился пилот, был близок. Но он словно почувствовал, что я наверху и стал брыкаться, намеренно зацепляя корпусом шагохода сосны и резко меняя высоту шагающего шасси.
Пару раз меня чуть не сбросили. Я цеплялся за броню как мог, пока вдруг не обнаружил ещё один люк на кормовой части шагохода.
Он был заперт, но имел пару выступов, исполняющих роль рукоятей. Я зацепился за них и рванул. Внизу оказался механизм автоматической замены боеприпасов.
— Бинго! — воскликнул я.
Изловчившись, я выпустил последний заряд подствольника прямо в люк и сразу же отпрыгнул.
Внутри шагохода послышались многочисленные разрывы, звучащие как барабанная дробь по чугуну.
— Империя наносит ответный удар, сучара! — вырвалось у меня.
Я бросил взгляд на второй шагоход. Дела у Софии обстояли неважно. Она каким-то образом зацепилась на лицевой стороне кабины, но пилот не сплоховал и начал долбиться о деревья в попытке сбить ее с себя. Но София не сдавалась, еще и ногой била по пулемету.
— Я иду!
Прыжок, затем ещё один, но внезапно меня словно сшибает катком. В глазах на мгновение темнеет, к горлу подкатывает ком.
Я оборачиваюсь и вижу вражеского пехотинца с акустическим ружьем.
Так вот какой эффект от этой звуковой дряни!
Только я вскинул оружие, как получил еще импульс.
В глазах все поплыло. Мышцы словно свело судорогой.
 
В этот момент Софию все же сшибли мощным ударом о здоровенную сосну. Она отлетела в сторону, пропахала борозду в снегу и уперлась в старый пень.
Шагоход двинулся на неё. Было видно, что ствол его пулемёта свернут.
Значит он намеревался просто раздавить Софию!
Я стиснул зубы бросился к ней.
Шагоход уже был рядом и занес ногу, когда я вклинился между стопой и Софией. Пальцы впились в сталь стопы шагохода, ноги уперлись в старые корни, а тело вытянулось по струнке.
Мощь шагохода навалилась на меня, но экзоскелет выдерживал, хоти и с трудом.
Давление вдруг ослабло, но пилот не мог отступить или убрать ногу — её положение было максимально высокое.
Сложилась парадоксальная ситуация, когда мы оба оказались неподвижны. Я не мог отпустить ногу шагохода из-за Софии, а пилот не мог убрать машину пока я не разожму пальцы.
Разумеется, эта ситуация не могла продолжаться долго.
София пошевелилась, я был готов отпрыгнуть в сторону, едва она уйдет из-под удара. Но все сложилось иначе.
Нас окружили трое пехотинцев и на нас обрушился град звуковых импульсов.
Я потерял им счёт, сосредоточившись на том, как бы сдержать рвотные позывы, а все остальное было как в пелене.
И вот через эту пелену до меня прорвались резкие звуки — пистолетные выстрелы. Много пистолетных выстрелов.
Акустические удары стали реже.
«Господи, что за идиоты стреляют из пистолетов в этом бою? Какая бессмыслица…» — в моей голове завертелись мысли.
Воздействие низкочастотного звука прекратилось вовсе. Боковым зрением я увидел, как одного из пехотинцев противника отшвырнуло в сторону, а в воздухе, там, где была голова, на мгновение повисла дисперсия из темной крови.
— София, ты цела? — просипел я.
— Не факт, ваша светлость… — отвечала София слабым голосом. — Что происходит?
— Да пес его знает! — отвечал я. — Какая-то чертовщина. Но вражеский труп меня слегка обнадёживает.
Пилот снова решил испытать меня на прочность — нога шагохода стала давить с неимоверной силой
— Этот оптимизм меня убивает, — съязвила София. Это был хороший признак. — Выбираемся из-под пяты этого колосса на счёт три.
— Раз! — я, чувствовал, что давление уже на пределе и приготовился разжать пальцы и отпрыгнуть в сторону, как только София уйдет из-под удара. — Два!
Но до счета три дело не дошло — над нашими головами раздался взрыв, и не будь мы в броне, то досталось бы и нам.
Шагоход начал заваливаться назад и тотчас в него прилетело ещё.
Тяжелая машина грохнулась на стоящие по соседству деревья и так и осталась стоять под небольшим углом. В боковой части кабины зияла пробоина внушительных размеров.
На другом фланге кипел нешуточный бой — грохотали взрывы, мелькали всполохи пулеметных выстрелов.
Я протянул Софии руку и помог подняться на ноги. Затем я убрал шлем, отвернулся и меня вывернуло наизнанку.
— Я бы подержала вашей светлости волосы, но ты слишком коротко стрижёшься.
— Едкость Софии во всей красе! — ответил я, поплевавшись и вытерев губы снегом. — Но шутка зачетная. Иди, я тебя поцелую…
— Вот сейчас и меня стошнит… — София тоже убрала шлем и теперь кривила пухленькие губы.
— Хорошо, что хоть у тебя волосы длинные, — ухмыльнулся я.
В темноте ночи раздался хруст снега. Судя по всему, к нам приближался небольшой пеший отряд.
Мы вскинули оружие и снова активировали шлемы.
— Видишь кого-нибудь? — спросил я.
— Пока что нет. Сейчас активирую тепловизор… — ответила София и после нескольких секунд напряженного молчания, добавила. — Человек десять… Как минимум двое ранены.
— Это наши из отряда Шефа? — я не переключался на тепловизор, предпочитая режим ночного видения.
— Нет, это не отряд шефа, — вдруг раздалось в динамиках.
  
Глава 5
 
— Жаль прерывать ваше милое воркование, но нам бы не помешала ваша силушка, вашество. И твоя, мадам злючка, — голос Шефа был, как всегда, спокоен.