Общественный договор (СИ)

Кстати, о дубине. Если до боя система величала её просто палкой – то после боя она была поименована именно как «дубина». Ей даже были выданы параметры:
Кустарная деревянная дубина 
Урон: 10-20 
Прочность: 129/130 
Сразу видно: не абы что, а серьёзное оружие! Ещё бы понять, как тут система урон считает… 
- Мужики, а как тут система урон считает? Вам ещё не удалось определить? – поинтересовался я.
- Да как придётся! – усмехнулся Борборыч. – Похоже, есть общий принцип: сила, помноженная на урон, и ещё что-то… Мы пока не всё поняли, честно говоря… То есть, урон проходит, но проходит он не целиком…
- И это только с оружием ближнего боя! С метанием камней вообще какая-то катавасия… Кажется, учитывается даже дальность броска, – кивнул Барэл.
- И криты ваще не прозрачные! – кивнул тот парень, который клялся мне в своей надёжности.
- Тебя как зовут? – спросил я. 
- Дойч! – представился он. – Вообще я Генрих Иванов. Но имя всё перевесило... 
Он улыбнулся и смущённо пожал плечами. Ну да, я бы тоже смущался при таком несоответствии имени и фамилии. 
- Дойч попытался систему местную просчитать. Путём экспериментов! – сказал Борборыч. – Но пока безрезультатно. Ни как прокачка будет идти, ни формулы урона непонятны… 
- Не, ну я знаю, как опыт начисляется!.. – возмутился имярек.
- И как? – поинтересовался я.
- По количеству хитов! – гордо сказал Дойч. – Учитывается ещё разница в уровнях по самым старшим у победителей и средним у проигравших. Вот как когда мы с волками дрались… Нас было одиннадцать человек. Мы убили троих волков. Они все были с 510 хитами, ведьтак? 
- Мои двое – да… – кивнул я.
- И наш тоже! – кивнул Дойч. – Ещё пятеро ушли. У них был одиннадцатый уровень. Значит, нам выдали 1530 очков за убитых и ещё 55 очков за сбежавших. Это всёбазовый опыт.
- Тогда бы у нас было почти по полторы сотни опыта на каждого… – прикинул я.
- Верно! – радостно согласился Дойч. – И вот тут-то на первый план и выходит разница в уровнях. Нам от этого опыта начислили только половину, а точнее – пятьдесят четыре процента. И знаешь почему?
- Почему? – спросил я.
- Потому что у тебя уровень двадцатый первый! – победно припечатал этот гребаный вундеркинд. 
Я аж остановился от удивления. 
- Ну ни… чего себе!.. – я покачал головой и продолжил путь. – Ты прав, двадцать первый… 
- Ну вот, уже который раз всё сходится! – обрадовался тот. – Правда, я по большим уровням с тобой впервые проверял. Но ведь сошлось!..
- Сошлось, – согласился я.
- Видишь! Мы, как гвардия, очень полезные! – заметил Барэл. – Даже готовы секретную информацию сливать. Мы ещё много всего рассказать можем! Да!..
Я покосился на здоровяка и кивнул. Похоже, и вправду могут. Во всяком случае, они уже слегка стянули завесу тайны с тех механизмов, что регулируют нашу местную жизнь. 
  
Глава 15. …А мы припёрлись!
 
Пока я мочил покусанные ноги в море, моя «гвардия» показывала класс выживания в дикой игре. Они лутали тушки волков. Даже не так: они их не просто лутали, они их ещё и разделывали – снимали шкуры, деребанили мясо, добывали кости. Если бы они сейчас ловко развели костёр при помощи дощечки, палочки и такой-то матери – я бы уже не удивился. Но нет, мясо было отправлено вымачиваться в морской воде, а потом нанизано на длинный прутик для просушки. Часть мяса на прутике уже было готова к употреблению.
Мне принесли два серых шара с умениями, но я отказался.
- Берите себе! У меня два умения есть, и пока новое не требуется, – отмахнулся я.
Ребята явно жили значительно лучше меня в мои первые дни в игре. С другой стороны, нарвись я в первые дни на волков – и отправился бы на перерождение в момент. И никакой Филя не пришёл бы мне на помощь. Так что я нашёл себе оправдание – сложно быть первопроходцем!
Шкуры у ребят тоже оказались уже не первые. Были у них и шкурки каких-то мелких зверьков, которые они развесили сушиться на солнышке, стоило нам остановиться. Надо сказать, что отскоблить шкуры у них получилось, но вот явно не до конца. Проследив за моим взглядом, Борборыч пояснил:
 
- Мы пока нормальной выделкой не занимались. Некогда. А как время появится, сразу займёмся! – он развёл руками. – У вас лучше?
- С этим у нас хуже, – признался я. – Всё больше строительством занимались…
- Ну это тоже дело! – обрадовался Борборыч.
- А у вас все такие прокачанные? – задал вопрос Дойч, отвлекаясь от вскрытого серого шарика.
- Нет, – нехотя выдавил я ответ. – Большинство предпочитает сидеть в посёлке.
- Так везде! – обрадовал меня Барэл. – Все, кто посёлки себе зарядил, занимаются какой-то фигнёй! Строят шалашики, ищут кокосики… Тьфу! Если делать посёлок, то сразу крепость и с точкой респа!
- И как ты себе представляешь точку респа? – удивился я.
- Как-как? – Барэл заулыбался. – Надо тотемный столб вкопать. Или камень красивый поставить! И будет вам точка. Система тут умная и всё сама предложит. Ну, мне так кажется…
- Может, и стоит… – кивнул я, рассматривая ужасающего вида покус на бедре и жуткую рану на икре.
На самую секундочку я даже засмущался. Вот на самую капелюшечку! Вся эта команда гвардейцев действовала уверенно, правильно и сознательно. А мой посёлок вёл себя, как и все посёлки. Но, с другой стороны, эта компания игроманов явно иначе воспринимала окружающий мир. И в этом была вся разница. К тому же, как раз я времени зря не терял – лук сделал, фляги сделал, топоры сделал, копья… тоже сделал. И как раз мне стесняться было нечего!..
- Люди все разные! – наконец, пояснил я Барэлу. – Я уже который день пытаюсь выгнать население посёлка на прокачку, а они сидят на холме и нос не кажут! И я не уверен, что даже появление одной серьёзной местной твари изменило их отношение к жизни. Ты просто не видел, что тут творилось в первые дни: куча растерянных людей, не понимающих, что делать, как делать и к чему себя приложить! Это вы в лесу на волков нарвались – и пришёл помощник. А я в те первые дни в лес бы сунулся, и всё – полетел бы на перерождение. А на одной из двух точек сидят два урода, которые мочат всех, кто им не нравится…
- Барэл, а он прав! – заметил Дойч. – Нам корзинку для шкур подарили, верёвками помогли… И всё в первый день. Мы даже копья на чужом костре обожгли. А те, кто оказался здесь первыми, всё делали с нуля. И им теперь реально сложно перестроиться.
- Ну а потом? – удивился здоровяк. – Что, нельзя было за ум взяться?
- А потом привычка и страх… – пояснил я. – И вроде как что-то у них сложилось, и они уже боятся это потерять.
Долго задерживаться я не дал. Время поджимало. В прошлый раз до посёлка Лосева я добирался полдня. Оттуда ещё часа два-три до нашего посёлка. А время уже шло к обеду. Замотав свои ранения листьями, я отправился в путь вместе со своими гвардейцами. По пути я поближе познакомился с каждым.
Помимо Кадета, Дойча, Борборыча и Барэла, в отряде были ещё шесть человек. Все друг друга называли по прозвищам, а не по именам. Но я старался запомнить и имена, и прозвища. Всё-таки имя – это важная штука, про которую забывать даже здесь не стоит.
Тариг – задумчивый парень, который почти не улыбался. Звали его Андреем, на Земле он был студентом. Черноволосый, со смуглой кожей. Как раз он и занимался снятием шкур. Отец у него был охотником, так что до поступления в институт Тариг жил в деревне и часто ходил охотиться.
Ещё двоих можно было бы описать совершенно одинаково, если бы не прозвища – Толстый и Вислый. Это были братья-близнецы: рыжие, курносые и веснушчатые. Как мне объяснили, оба на Земле были полноватые. Но Толстый просто с удовольствием толстел, а Вислый – всё-таки иногда сидел на диетах. Впрочем, мне ещё втирали что-то про Туве Янссон, но я прослушал это объяснение. В жизни близнецов звали Миша и Паша, но они мне так и не сказали, кто из них кто. Типа сам догадайся!..