Вольный Флот (СИ)
– Пуц ми курач! Педер! Вот и произвели впечатление…
….
Капитан вразвалочку спустился на палубу и, осмотрев вопящего Пратта, подозвал Старпома.
– Это чё?
– При всем уважении, Кэп, но перед нами типичный случай одеревенения коры головного мозга на почве служебного рвения. Косит мелких клерков направо-налево. Все симптомы на лицо.
– Хм… – Капитан отхлебнул кофе, – Первый раз сказал «при всем уважении», но гадостей наговорил про другого. Чё делать будем?
– Предлагаю ему въебать. Просто и со вкусом.
– Хорошее предложение. Свежее… Мне нравится…
Оглядевшись, Капитан сперва остановился взглядом на Боцмане и Бъернсоне, но потом, буркнув: «Прибъют же», поманил пальцем Федора.
– Федь… Сделай одолжение – тресни этому дурачку в фасад, а то заеб уже блажить…
– Слушаюсь! Разрешите зайти с приклада?
– Да на здоровье.
Федор скинул с плеча винтовку и зарядил Пратту прикладом промеж глаз отчего тот, булькнув, осыпался на палубу.
– Вот и молодец. Сразу намного тише стало. Убери его в сторонку – потом с ним побеседуем, – Капитан повернулся в сторону остальных спасшихся, – Главного сюда.
– Я главный…
Слободан шагнул вперёд и, получив разрешение подняться на борт, взбежал по штормтрапу.
– Слободан Зорич. Капитан торгового судна «Илмаре». Порт приписки – Балиосса. Принадлежит… Принадлежало Севионской Островной Компании. Две недели назад судно попало в шторм и потерпело крушение в результате поломки рулевого механизма. На данный момент из экипажа, кроме меня остались: поммех Сильвио Брава, судовой каппелан Физель, матрос Гуннар Ральфсон, кок Чжоу Ши Фен, его сын Чжоу Ксу, помощник кока Сюй Джемиг и сопровождавший груз служащий компании Колди Пратт…
Слободан покосился на валявшегося в теньке Пратта и, скривившись, продолжил.
– Согласно морским обычаям и традициям прошу принять моих людей на борт и поставить их на довольствие до ближайшего порта по вашему курсу. В качестве оплаты передаю вам то, что осталось от моего судна и груза за исключением принадлежащих нам личных вещей.
– Ваше предложение принимаю, – Капитан пожал Слободану руку, – Добро пожаловать на борт. Бардья! Размести и распорядись насчёт обеда. Крысу компанейскую, как оклемается, к Антону на разговор. Пусть популярно объяснит чьи в лесу шишки. Он умеет. Амяз – ты с парнями осмотри судно, все полезное к нам, остатки затопить чтоб не мешали судоходству. Исполнять!
Допив остатки кофе Капитан сунул чашку Чуме чтоб отнесла на камбуз и ушёл к себе.
Слободан крикнул своим чтобы поднимались. Остатки экипажа «Илмаре», опасливо озираясь, взобрались на палубу «Интернационала».
– Ну чё там?
– Вроде договорились. Капитан у них, судя по всему из залесцев, так что плантации нам не грозят.
– Угу – грозит лесоповал, – покивал Брава, – Они всех туда отправляют.
– Ты то откуда знаешь?
– В газете писали.
– Помолчи, а? Хватило того что Пратт тут устроил.
– Кстати – что они с ним сделают?
– Допрашивать будут вроде как.
– Ну точно – лесоповал. Этот им понараскажет…
Тролль рыкнул на Браву давая понять что тот утомил и покосился на Физеля который недобро зыркал на разглядывавшего их с надстройки Ура.
– Вы как хотите, но если эта тварь ко мне приблизится – я ему въебу.
– Не советую, сяньшен, – ухмыльнулся Джеминг, – Китты обладают молниеносной реакцией и острыми когтями.
– Тебя забыл спросить, обезьяна богохульная…
– У нас сравнение с обезьяной считается лестным. Обезьяна умна, ловка и быстра.
– А для нормальных людей обезьяна, это карикатура на человека.
– Карикатура обнажает пороки. Возможно поэтому они так не нравятся вашим соотечественниками, что те видят в обезьянах черты которые пытаются скрыть?
– Ты сча допиздишься, прости Всемогущий мя грешного.
Ответить Джеминг не успел. Подошел Боцман и махнул всем следовать за ним в столовую.
– Так. Вон ваш стол. Еда сейчас будет. Если кому нужна медицинская помощь, то говорите – доктор вас осмотрит. Хотя он и так вас осмотрит. Вечером выдам вам матрасы. Спать будете тоже здесь. На офицерскую палубу не ходить. В кубрики экипажа тоже. Гальюн для вас в кормовой надстройке.
– Давай сразу говори куда ещё не стоит соваться, – попросил Слободан, – Чтобы потом проблем не было.
– В машинное, на мостик, к орудию, к зенитке, в мои склады. Диван и стол со стульями для офицеров. Проигрыватель с пластинками тоже. Экипаж от работ не отвлекать. К капитану обращаться: «Товарищ Капитан», к девкам не лезть – рожу разшибу.
– А есть девки? – встрепенулся Брава.
– Да. Четыре штуки, но я вас предупредил. И у нас Старший Механик – саргаш. Так что кто на них косо смотрит – имейте ввиду. Любой выебон в его сторону и до суши будете добираться вплавь.
– А если я на нелюдей косо смотрю? – с вызовом поинтересовался Физель.
Боцман смерил его недобрым взглядом, потом презрительно фыркнул.
– Тогда хреново быть тобой. Потому что у нас их тут двое, причём один из них – Зам по Боевой. И если ты решишь на него повыебываться, то нам тебя даже за борт выкидывать не придётся. Он тебя прямо на месте на ленточки распустит. Понял?
– Я за ним послежу, – уверил Слободан, – Это все?
– Вроде все… Ах да – птицу тоже не трогать. Она у нас за дозорного, стоит на довольствии и член экипажа. Так что сидите себе тихонько, не нарывайтесь и, глядишь, до порта дотянете. Если будет скучно – вон там книжки всякие.
– А в карты можно? – поднял руку Брава.
– Только на сигареты.
– А есть сигареты?
Брава, которого после крушения не так мучал скудный паек и туманные перспективы как отсутсвие курева, аж подскочил. Боцман, посмотрев на него, вздохнул и порывшись в карманах кинул ему початую пачку.
– На. Но экономь. Тут курильщиков – полэкипажа и на тебя мы не рассчитывали. Курить строго на палубе. Окурки за борт не бросать: Капитан увидит – будешь за ним нырять, потом есть перед строем.
– Были прецеденты?
– А то! Ладно – я пошёл вашего дурачка откачивать. Ему Старпом хочет пару шуток рассказать.
– Смешных?
– Других не знаем…
Боцман вышел, а Слободан с злобной гримасой повернулся к Физелю.
– Слушай, Посвященный, ты совсем дурак, как Пратт, или у просто на встречу со своим работодателем торопишься?
– Нелюди – твари Безликого!
– А вот здешний капитан так не считает.
– Богохульник ебаный…
– Ну иди – скажи ему это.
– Не искушай меня без нужды.
Дверь камбуза распахнулась и в столовую вошла Барабашка с дымящейся кастрюлей. Дядя Ши с сыном немедленно кинулись помогать ей накрывать на стол благодаря и кланяясь. Остальные сидели и пялились. Дело в том, что на камбузе было жарко – работающая плита и парящие кастрюли быстро устраивали там сауну несмотря на все ухищрения механиков по совершенствованию вентиляции.
Поэтому Барабашку не устраивали стандартные рабочие робы и она просто взяла майку капитанского размера и использовала её вместо легкого халатика. Если одеть поверх неё фартук – получалось вполне цивильно. Сзади и с боков виды правда были такие что дух захватывало, но никто не жаловался. Когда Барабашка удалилась, Брава восхищенно протянул «Ола-ла…» и ткнул Физеля, который застыл как статуя в музее, локтем под ребра.
– Заказывал голых блудниц?
– Не гневи Его без нужды… – буркнул Посвященный и подняв глаза вверх страдальчески поинтересовался, – Творец наш Всемогущий! Прости меня недостойного за дерзость сию, но по моему ты уже выебываешься…
– Вы, кстати, говорили что голыми блудницами только клир искушают…
Брава орудуя ложкой нагрузил себе полную тарелку каши и украсил все это сверху короной из гуляша, потом посмотрел на дверь за которой скрылась Барабашка и причмокнул.
– Не знаю как остальные, а я искушен. Это означает что я клир?
– Это означает, что ты долбоёб, – пояснил за Физеля Слободан, – Тебе чего сказали? «Рожу разшибут!». Тем более что, судя по размеру, эти сиськи не в матросской койке паркуются.