Светлая Капелька в тёмной душе (СИ)
— Так, а куда мы собственно едем, дорогой? — Я сладко потянулась и зевнула. После всех этих в прямом смысле «задушевных» разговоров, у меня как-то быстро исчерпался запас сил и очень клонило в сон.
— Поживём пока в городской квартире, Инесса уже должна была там прибраться после долгого отсутствия постояльцев.
— А почему ты там не живёшь? На работу ехать в три раза меньше, чем из загородного дома…
— Я люблю простор… — весьма туманный ответ. — Надеюсь, ты не против, если Алекс поживёт с нами немного, пока ему приведут его квартиру в более жилое состояние?!
— Ну что ты, — я лишь отмахнулась, — конечно, я только «за», но боюсь, что его демону будет трудно рядом со мной…
— Да, это факт, парень сохнет. Надо ему скорее переключить своё внимание на другой объект воздыхания, пока он не иссушил свою душу до дна…
— Скорее уж, он выжигает её, — не согласилась я. — Пытается выжечь из памяти своей Тьмы меня. И пока никак, только душу себе ранит. Что ж делась с ним?
— Образуется. Вспомни Равновесие… — Кирилл уверенно вел автомобиль, иногда поглядывая, не потерялся ли Ортайл, бросая быстрые взгляды на него через зеркала. Машин было не много из-за выходного дня, но и одни мы не были на трассе. Дорога тут никогда не пустовала.
Я устало откинулась на спинку кресла и отвернулась к окну, рассматривая, проносящиеся мимо нас объекты, лесополосу вдоль дороги, редкие заправки и придорожные забегаловки для дальнобойщиков. В городе наша скорость существенно снизилась. На одном из светофоров я выловила из общей массы спешащих по делам людей, человека с электронной сигаретой в зубах. Сразу вспомнился вопрос…
— Кирилл, а ты разве не куришь?
— Да в роде нет, — пожимает плечами мужчина и снова трогается с места, стоит светофору дать добро.
— А я помню, тебя с сигаретами в руках, — возражаю я, — в день нашего знакомства, помнишь?
— Кроме тебя, я за тот день мало, что помню, — усмехается демон, — но да, я курил.
— А сейчас что же? Бросил?
— Не знаю, — голос Кирка растерян, — просто не хочется. Даже не вспоминается, можно сказать, словно нет ни нужды ни желания в том.
— Странно, — я задумчиво всматриваюсь в красивый мужской профиль, — не слышала еще, чтоб кто-то бросил плохую привычку и даже не заметил этого.
— Да, по ходу, так и получилось. Ты отвлекла мое внимание.
— Льстец, — усмехаюсь я и снова отворачиваюсь к окну.
Мы оказались на скоростном шоссе, что возвышалось над основными дорогами, соединяя северную окраину города с центром, и другими направлениями для тяжеловесного транспорта, сложной развязкой в виде клевера, если смотреть с высоты птичьего полёта. Алекс пронесся мимо нас и остановился далеко впереди, поджидая нас у нужного нам съезда на островке безопасности. Мы как раз поравнялись с его мотоциклетным монстром, когда удар страшной силы догнал нас сзади и реальность закружилась словно в калейдоскопе, нас выкинуло на встречку, столкнув в лобовую с несущейся на всех порах легковушкой. Сквозь липкую и тёплую пелену на глазах я пыталась понять, на каком я свете и где Кирилл. В голову врывались обрывки фраз, криков и стонов. Кому принадлежали издаваемые звуки не знаю. Возможно мне, а может доносились из машины напротив, с которой мы сроднились и слились в один сплошной ком жести. Ничего видно не было и красная пелена пошла тёмными пятнами, что разрастались во все стороны, поглощая моё сознание и погружая его во мрак. Свет померк. Занавес. И тишина.
***Я уже скидывал скорость, чтобы свернуть на нужный мне съезд, когда нас херакнуло и завертело. Даже все мои хвалённые усиленные демоном чувства не помогали сориентироваться в кружащемся пространстве. Какое там управлять заносом?! Тут бы понять, где лево-право и с какой стороны дорога?! И вот уже следующий удар, и я вылетаю в лобовое стекло…
Первым в моё сознание прокрались ощущения жесткости, впивающейся в лицо и тело, запах крови, страха и чьи-то вопли. Следом, я начал чувствовать боль. Вернее, сказать — БОЛЬ! Везде и сразу. Казалось, что у меня переломано всё, что только можно, хорошо, что шею не свернул, тогда и регенерация не помогла бы.
Сколько я пробыл без сознания, сказать трудно, но мигалок пока не слышно, значит, ни полиция, ни скорая еще приехать не успели. Надо мной нависла тень и я учуял тревогу и страх знакомой Тьмы.
— Твою ж мать! — Выругался надо мной Ортайл и попытался перевернуть, но я и так уже быстро приходил в себя, а потому перехватил его руку, напугав его до нецензурностей. Шатаясь и морщась, с помощью Алекса кое как поднялся и огляделся по сторонам
— 3,14здец! — Это если коротко описать увиденную картину… — Капелька… — я шатаясь побрёл к кучи жести, виднеющейся на приличном расстоянии. Страшно было до жути. Но я упёрто шел, я не хотел верить, что она не могла выжить в такой каше. Да там никто бы не выжил. Меня спасло то, что был не пристёгнут и вылетел. Из кучи машин доносились крики ужаса, вой и даже кажется детский плач.
— Кирилл, не надо тебе туда, — попытался остановить меня Алекс, — остановись.
Я отмахнулся, понимая, что Ортайл не мог рвануть ко мне первому. Наверняка, сначала проверил Лилию. И значит нашел ее уже мертвой. Но я не хотел в это верить. Так не бывает, вашу мать! Нельзя же дать надежду, что бы потом вырвать сердце! Нельзя так! И если кто-то не видел, как плачет демон, спешите! Ибо больше и не увидите такого зрелища! И слёзы мои кровавые…
Я дрожащими руками вырвал искореженную пассажирскую дверь, надеясь на чудо. Удар пришелся не лоб в лоб, а немного наискось — водитель в водителя. Это существенно увеличило шансы пассажира выжить. Но тем не менее… Лилия с окровавленной головой и лицом лежала без сознания. Удар пришелся на правую сторону головы, я скосил глаза на вырванную дверь и увидел кровавый отпечаток от удара на потрескавшемся стекле.
— Демоны, почему подушки безопасности не сработали?! — Бесновался Алекс рядом, с тревогой поглядывая на крики из соседней машины. Вокруг уже шумели случайные свидетели, что парковались у отбойников и пытались как-то помочь, вызывали спец службы, метались вокруг наших машин. И только мешали мне. А еще ужасно мешал детский плач из легковушки.
— Алекс помоги им, — попросил я, пытаясь прощупать пульс у Лилии. Я сам был в ужасном состоянии и не поручусь, что адекватно могу оценить, жива она или нет. Еще и мешали все вокруг. Я осмотрел вмявшуюся в лилию часть машины, ноги кажется не поломаны, но не поручусь. Просто так не достанешь, ей зажало всё, что ниже пояса.
«…гидравлические ножн…» услышал я краем уха чей-то комментарий. Ага, только я сам себе и ей и спасатель и супер инструмент, можно сказать многофункциональный демон. Поэтому и дожидаться мигалок спасателей не стал, просто рвал машину руками, освобождая свою девочку из ловушки, стараясь не думать, что пульса так и не услышал. Только слабое свечение источника пульсировало на самом краю восприятия и мой демон усиленно пытался зацепить хоть край этого свечения, коснуться и зафиксировать, чтобы душа даже не думала сдаваться. Слишком слабо теплится светлый лучик. Но и демон мой упёртый и уверенный. Он ее вытащит. А моё дело вытащить тело.
— Что вы делаете? — Доносится до меня чей-то голос. — Нельзя ее трогать, можно сделать только хуже.
— Пошел прочь! — Рычу я на незнакомого доброжелателя и продолжаю освобождать Лилию из смятки.
— Уже сирены слышно, подождите немного.
— Тебе же сказали, пошел прочь! — Раздался рядом до боли знакомый голос и рядом с моими руками легли руки Прайдона. Замок ремня безопасности смяло, пришлось ремень рвать руками. Я просунул руки под безжизненное тело капельки, и замер в ожидании, что Антон отогнёт последний блокирующий ее ноги кусок. В нужный момент вытянул ее из салона, прижимая к себе. Глянул на Источник. Демон еле-еле, но держится за него, проникая всё глубже. Держи ее, тварь! Или не будет нам с тобой покоя в этой жизни. Уйдём следом на перерождение и поиски своего лучика. Так что держи! В ответ мне утвердительно заурчала Тьма, боясь потерять хрупкую связь с лучиком света.