Профессиональный дракон

– Вот нижний мальчик, его лапки станут ногами Айлин…
Начертила еще один круг:
– Вот средний мальчик, его верхние лапки будут руками Айлин, остальными он сможет держаться за нижнего.
Вывела над двумя кругами третий, поменьше, и объявила:
– Девочка! Так сказать, голова Айлин. Лапки в образе не участвуют, ими только цепляться, чтобы не упасть. Ясно?
Пушистые головы азартно кивнули.
– Вот так вот наденем платье… – я обвела все три кружка по контуру, заштриховала, – с дырочками для глаз… И рукавами! – торопливо дорисовала требуемое и задумчиво вгляделась в рисунок.
Чего-то не хватало. Ах да!
– Сюда волосы. – Изобразив нечто отдаленно смахивающее на косу, я покосилась на паучков: – Ну как?
Зверье одобрительно защелкало клювами.
– Сможете не только стоять пирамидкой, но и двигаться так, чтобы казаться одним человеком?
Сопушки переглянулись, и девочка написала на паутине:
«Да! Но мы маленькие!»
– Это нестрашно, – подмигнула я. – У нас же есть отвод глаз. И куча заговоров. Давайте тренироваться!
Передвигались мои сопушки пирамидой довольно шустро. Несколько репетиций – и их тень на стене по пластике начала напоминать человека.
– Отлично! – похвалила я и протянула рисунок. – Теперь сплетите платье, как у меня. И отдельно – чехол с волосами. А я пока схожу за краской.
Дошагав до выхода из кухни, я оглянулась:
– Не забудьте дырочки для глаз!
И распахнула дверь.
– Все весны я помню тебя! – ворвалось снаружи, резко ударив по ушам.
От неожиданности я подпрыгнула, сопушки заметались по столу, выронив листок.
Он что, все еще поет?! Судя по времени на часах, должок с меня ворон решил получить с процентами.
– Твои глаза – море и небеса!
Как романтично. Закончился разудалый репертуар? Промчавшись по дому, я выскочила на крыльцо и удивленно замерла.
Ворон обнаружился на фонаре, вокруг которого стояли и сидели соседи со слугами. Рядом с ними валялись палки, метлы, половники, скалки, булыжники из моей дорожки. Кружевница приволокла швабру. Опираясь о нее рукой, старушка вытирала слезы.
– Эм… Добрый вечер! – растерянно пробормотала я.
На меня громко зашикали. Кружевница грозно махнула шваброй.
– Как луна ты ночью для меня! – заливался ворон.
– Что тут происходит? – шепотом спросила я расположившегося на ступеньке старого оборотня.
Он жил через два дома от меня. И постоянно скандалил по поводу любого шума. Даже звяканье шкатулки для писем его раздражало. Говорил, мол, слух у него волчий. Характер, кстати, тоже.
– Не видишь, поет… Талант! – выдохнул оборотень и убрал с коленей несколько булыжников. – Но распевается он у тебя… Будто забулдыга в кабаке!
– У меня?
– Ну так твоя же птица.
– Не совсем. Временно одолжили.
– Завтра петь не будет? – вмешалась кружевница.
– Нет! – уверенно заявила я.
Старушка расстроенно вздохнула и сообщила соседке новость. Вскоре все собравшиеся были в курсе. А я из их едва слышных фраз наконец поняла, в чем дело.
Едва за мной затворилась дверь, как ворон начал голосить. От всей души. Громко. Чтобы я услышала. Услышали соседи. Пришли благодарить солиста, прихватив что под руку попалось. А он взлетел на фонарь и затянул что-то необыкновенно лирическое. Народ проникся и сел слушать.
– Ладно, не стану мешать, – пробормотала я и ретировалась.
У сопушек все было готово. Я покрасила крохотное платье темно-зелеными чернилами, а волосы на чехле – отваром из коры дуба и луковой шелухи. Просушив, заплела их в аккуратную косицу. И надела все богатство на пирамиду из паучков. Получилась куколка с тремя парами глаз: на голове, груди и животе.
Сопушки пару раз взмахнули лапками в рукавах, прошлись по столу.
– Замечательно! – оценила я.
Теперь нужно сделать так, чтобы куколка казалась большой и, конечно же, похожей на меня.
Ведьмы любят отвод глаз. Он позволяет оставаться невидимой, ничего особо не делая. Я же собиралась не полностью отвести, а лишь перенаправить взгляды окружающих. Притянуть их к нужным местам куколки. Слегка исказить то, что увидят, переделанным заговором «Острое зрение». Добавить заклинание «Богатая фантазия». Должно сработать!
Вытащив из коробки жука, я прицепила его на ткань над головой второго паучка, активировала и принялась за дело. До утра варила и заговаривала. Рассвет встретила вымотанная, но довольная. Волосы, край юбки, ее цвет – вот то, на что теперь невольно хотелось смотреть. А остальное мгновенно додумывалось само.
Рядом со мной стояла моя копия. Вернее, «сестра». В темно-зеленом платье, с азартно блестящими глазами и перекинутой через плечо косой.
– Ребята, меньше энтузиазма! Айлин куда скромнее, чем я.
«Сестра» тут же моргнула и чуть опустила взгляд. Вид у нее стал совершенно невинный.
– Годится, – одобрила я.
Наличие заговоров на ауре, конечно, можно заметить. Если задаться такой целью. Но это неважно. Нет в них ничего подозрительного. Они столь массово используются дамами в обыденной жизни, что вряд ли кого-то удивят. Может, Айлин отводит любопытные взгляды, например от родинки. Или веснушек. А заклинание «Острое зрение»… Для того, чтобы все обратили внимание на платье. Оно же внезапно модное. Во всяком случае, Денниз обзавидовалась.
Я обошла вокруг Айлин. Та улыбнулась и пожала плечами. Вот артисты!
– Не увлекайтесь, – грозно сказала я, стараясь не рассмеяться.
Хорошо получилось! И все же не мешало бы проверить, что видят другие. А то еще вместо «сестры» представлю охране леди Иниры маленькую куколку с тремя парами глаз в самых неожиданных местах. И поеду вместо Эйнсли в какую-нибудь тихую лечебницу.
– Ребята, за мной! – скомандовала я и шагнула в гостиную.
Кто там у нас раньше всех встает? Молочник? Эх, жаль, ворон уже улетел.
– Тоска моя, печаль моя! – взвыло за окном.
Что за…
Я в недоумении уставилась на подсвеченные лучами восходящего солнца занавески.
Та-а-ак! Похоже, кто-то решил ни в чем себе не отказывать. И не захлопнет свой клюв до тех пор, пока не свалится замертво. Или его не собьют с фонаря. Туфлей.
Я подкралась к окну у самого входа и, отодвинув ткань, осторожно выглянула. Ворон получил свой звездный час. Вернее, звездную ночь. И даже начало утра! Он снова сидел на перилах, а из слушателей остались только самые стойкие: волк и кружевница.