Красавица и нападающий (ЛП)

– А что, если он просто придурок и застрял в пробке? – я отвел ее от окна и повел в кабинет. Она села на диван, но не могла усидеть на месте. Я опустился перед ней на колени и взял ее за руку. – Он скоро привезет ее домой. Я обещаю.
– Я могу просто убить Джаспера.
Нет, если я доберусь до него первым.
– Если через несколько минут от него не будет вестей, мы обсудим наши варианты.
Пайпер, вероятно, подумала, что я имею в виду пойти в полицию. У меня была идея получше, которая включала в себя поездку к дому этого ублюдка и разрывание его на части, от жопы до рта.
Никто не смел расстраивать Пайпер. Никто не смел угрожать ее ребенку.
Я верну Роуз ее маме, чего бы мне это ни стоило.
К счастью, мне не пришлось заклеивать костяшки пальцев скотчем. Через двадцать минут система безопасности прозвенела сигналом о приближении автомобиля. Пайпер спрыгнула с дивана, карабкаясь так чертовски быстро, что даже я не смог бы ее поймать.
Она выбежала на улицу и чуть не вырвала Джаспера из окна со стороны водителя.
Я знал ее типаж – и это был не тип Пайпер.
Он был неплохим мужчиной и знал это. Хрустящие воротнички и золотые украшения не скрывали его дешевого вкуса. У него были деньги. Не очень много, но больше, чем у большинства. Его «Мерседесу» было уже два года, а солнцезащитные очки он носил только ради имени дизайнера. Кожа Пайпер была чуть светлее, чем у него, но я все равно видел в нем больше, чем мне нравилось в Роуз.
Он улыбнулся Пайпер и прислонился к машине, раскинув руки, как будто ожидал, что она упадет ему на грудь.
Вместо этого Пайпер дала ему пощечину.
– Я же сказала, в пять часов!
Как бы ни было приятно дать волю маме-медведице, малышка плакала, раскрасневшаяся и несчастная в своем автомобильном кресле. Роуз нужно было, чтобы мать оставалась спокойной. Я оттащил ее назад, прежде чем она успела пожалеть о том, что сделала с Джаспером.
– Милая, я же сказал, что вечером привезу Роуз домой, – даже его улыбка была скользкой. Он достал трубку телефона. – Кроме того... посмотри, как ты мне звонила. Тебе не терпелось увидеть меня.
– Ты игнорировал мои звонки? – она вцепилась в руку, которую я держал у нее на талии, то ли пытаясь наказать Джаспера, то ли пытаясь добраться до ее плачущего ребенка. – А ты знаешь, как я волновалась? Клянусь Богом…
– Успокойся, милая. Папа обо всем позаботился.
Мое кровяное давление резко подскочило.
– Пусть Пайпер заберет ребенка и убирайся с моей территории.
Джаспер сдвинул темные очки на переносицу.
– Так вы и есть Коул Хоторн?
– Да.
Он хихикнул.
– Я думал, что ты будешь больше. Ты не выглядишь таким уж крутым без своих колодок или штрафного флага у твоих ног.
Я бы переломил его через колено.
Я не сделал этого, но представил этот звук.
Мой голос оставался ровным. Холодный, но сдержанный. Я еще не выплеснул своего дерьма. Не тогда, когда Пайпер нуждалась во мне.
– Пусть она заберет ребенка, – сказал я. – Открой дверь.
Прошла тяжелая минута. Джаспер попытался выдержать мой пристальный взгляд. Он не знал, какую ошибку совершает. Он не понимал, в какой опасности оказался. Я не шевелился, не вздрагивал, не моргал и не угрожал. Я стал твердым, как статуя, и таким же несокрушимым.
И он знал, что лучше не связываться со мной.
Его темные очки снова поднялись вверх. Он отвел взгляд.
– Она не переставала кричать весь день, – он отпер машину. Пайпер нырнула на заднее сиденье, чтобы добраться до Роуз. – На твоем месте я бы не был так счастлив видеть ее дома.
Малышка заплакала. Ее маленькие ручки протянулись вперед, и она издала душераздирающий, сокрушительный крик, призывая свою маму.
Это будет последний раз, когда ребенок издаст такой ужасный звук.
Пайпер держала Роуз на бедре, но убрала руку с подгузника. Наполненного.
– Джаспер, ты менял его?
– Она в этом не нуждалась.
– Весь день?
Он пожал плечами.
Абсолютная ярость омрачила ее черты.
– Она вся промокла и покрыта... – ее слова дрожали. Она моргнула, готовая расплакаться. – Я даже смотреть на тебя не могу, Джаспер.
Я мог, и мне не понравилось то, что я увидел. В подстаканнике лежал пакетик с белым порошком. Этот мудак, вероятно, был под кайфом.
Теперь все кончилось.
– Отнеси ребенка в дом, – сказал я.
Пайпер отскочила с Роуз. Но это ее не успокоило.
– Я справлюсь с этим, Коул.
Нет. Она была слишком расстроена, дрожала и держала ребенка на руках. Я снова приказал ей – мягко, чтобы не напугать ребенка.
– Отнеси ребенка в дом. Приведи ее в порядок.
Пайпер пришла в ярость, но промолчала. Она крепко прижала Роуз к себе и ворвалась в дом, захлопнув за собой дверь.
А потом остались только мы трое.
Джаспер, я и то, что осталось от моей совести.
Я рванулся к нему, схватив за лацканы его дурацкого пиджака, надетого поверх футболки. Я прижал его к машине, чтобы заглушить его крики. Он ударил по машине достаточно сильно, чтобы удержать свое внимание на мне, но не настолько сильно, чтобы причинить боль.
Как бы мне хотелось его сломать.
– Если ты еще раз выкинешь это дерьмо... – я крепко держал его. – Если ты когда-нибудь заставишь этого ребенка плакать... если ты когда-нибудь снова расстроишь Пайпер... мы не будем разговаривать, как цивилизованные люди.
Он действовал жестко, хотя его ноги не касались земли.
– Ты мне угрожаешь?
– Держу пари на свою гребаную задницу, что так оно и есть.
Джаспер попытался вырваться из моей хватки. У него не было сил, чтобы сделать это.
Я мог бы причинить ему боль. Расколоть его надвое голыми руками или разбить вдребезги об асфальт.
Но тогда мне придется убирать беспорядок, а не утешать женщину и ребенка.
– Отвали от меня на хрен, – Джаспер плюнул на меня.
Самая большая ошибка.
– Да кто ты такой, по-твоему? – завопил он. – Это мой ребенок. Я сделаю с ней все, что захочу, черт возьми.
Самая большая ошибка.
Я швырнул его на землю, не давая ему двинуться с места, приставив ногу к горлу.
– О, теперь ты хочешь поиграть в папочку?
Я вытер слюну со щеки, глядя на человека, которого мог бы убить одним ударом ботинка.
– Где ты был, черт возьми, когда Пайпер понадобились деньги, чтобы купить этому ребенку приличную кроватку? Где ты был, когда у нее не было сбережений, чтобы жить в своей квартире? Где же ты был, черт возьми, когда у этой маленькой девочки была ушная инфекция и ей нужна была ночная сказка и объятия, чтобы чувствовать себя лучше?
Джаспер потянулся к моей ноге. Он не собирался сдаваться.
– Я предложил Пайпер выйти за меня замуж. Это не моя вина, что она меня не хотела.
– Не могу себе представить, почему.
– Я ее обрюхатил, понятно? Какого черта ты от меня хочешь? Мы облажались.
У Роуз было много всего, но она не была результатом неудачного брака. Я наступил ему на горло. Он поперхнулся.
– Так ты хочешь этого ребенка или нет?
– А разве у меня есть выбор? Если я откажусь от опеки, этот ребенок будет стоить мне руки и ноги в месяц.
– И сколько же?
– Примерно восемьсот долларов!
Ребенок стоил гораздо больше, чем просто деньги. Если он этого не видит, значит, он ее не заслуживает.
– Я выпишу тебе чек на восемьсот долларов в месяц, черт возьми, я пришлю тебе десять тысяч, которые будут стоить алименты на год. А ты возьмешь его. Ты обналичишь его. Ты отправишь его Пайпер, – я понизил голос. – И ты ни черта ей не скажешь о том, откуда взялись деньги, понял?
Джаспер кивнул, глядя на меня широко раскрытыми глазами.
– Хорошо. Что тебе надо?
– Ты. Вне поля зрения. Откажись от своих прав. С Роуз ты покончил.
– Да. Конечно. Что угодно.
Он даже не боролся за своего ребенка. Я пожалел, что вообще прикоснулся к такой грязи. Я оставил его лежать в пыли и встал.
– Убирайся с моей территории, пока я не решил, что был слишком сострадательным.