Пес бездны, назад!

—Не люби меня, пожалуйста,— шепнул Эй.— Ни как друга, ни как брата, ни как парня. Не стоит.
Девочка задохнулась. И надо было бы послать его к чёрту, но она была слишком слаба, только спросила измученно:
—Почему?
—Тебе будет больно. Я всегда причиняю боль, это моя природа. Но тебе зла я не хочу.
—Почему?
Эй закрыл глаза. Промолчал. Она коснулась горячим лбом его щёки, закрыла глаза:
—Тот волк ночью это был ты?
—Да. Кто ж ещё? У тебя ещё есть знакомые волки?
—Почему ты то спасаешь меня, то… то такой хороший, то прям омерзителен? То приближаешь, то отталкиваешь?
Он задумался.
—Не знаю,— признался честно.— Ты всегда вляпываешься в какую-то беду. И мне приходится тебя вытаскивать. Я не люблю это делать. Я не герой, не спаситель. Я — зло воплощённое, тьма и вообще. Настоящий я — тот, который омерзителен. Но тебя я вынужден спасать.
—Зачем?— Осень всхлипнула и снова уткнулась в него.— Зачем, Эй? Почему ты не бросишь меня. Что бы я не… чтобы…
Эй обнял её обеими руками, прижал к себе:
—Я объясню. Только выслушай. Ты — мой маяк. Мы с тобой связаны, Осень. Не могу тебе объяснить всего, но кое-что скажу: самостоятельно из Зазеркалья не выйти. Никому. Никогда. Если у человека есть маяк, он выйдет, если нет — нет. Есть только один способ покинуть зеркальный плен тому, у кого нет маяка: надо чтобы кто-то поменяться с тобой местами. Добровольно.
—И ты хотел, чтобы я…
—Да. Ты была такой жалкой, напуганной, несчастной. Я знал, что рано или поздно ты сломаешься и согласишься на обмен.
—И я бы осталась в Зазеркалье навечно? Одна? Без возможности покинуть его?
—Да.
Осень снова всхлипнула. Потом всхлипнула сильнее.
—Не надо,— прошептала жалобно.— Я не хочу этого знать…
—Ты должна. Не надо считать меня своим ангелом. Первоначально план у меня был именно таким. Но всё получилось иначе: ты меня позвала, я пришёл и тебя спас. И ты стала моим маяком, понимаешь? Моей привязкой. Если что-то случится с тобой, меня затянет обратно.
Она расплакалась, тихо и безнадёжно. Эй бережно прижал её к себе, зарылся в мокрые волосы.
—Тш-ш-ш, моя девочка. Послушай сказку. Жила была тьма. Она была чёрной-чёрной, беспросветной. Однажды тьма случайно испачкалась светом, и на её прекрасном чёрном-пречёрном плаще появилась маленькая звёздочка. Тьма очень испугалась и принялась отряхиваться, оттираться, но вместо того, чтобы исчезнуть, белая точка превратилась в две, а потом в три, а потом их стало целое звёздное небо.
—Разве это плохо? Когда звёздное небо?
—Ужасно,— честно признался Пёс.— Свет — это смерть. Для меня.
—Почему?
—Я создан тьмой, бездной, я — её верный Пёс. Моё предназначение — карать и уничтожать. Я — машина для убийств, и, если начну жалеть и сострадать, перестану быть её Псом. И тогда бездна самого меня сожрёт.
Он повернулся к ней, лёг боком и прямо посмотрел в глаза. Осень вздрогнула, увидев в них что-то странное. Эй же не может бояться, нет? Задрожала, зажмурилась:
—Ты меня обманываешь, это всё сказки!
—А переход через зеркало — тоже?
—Но я же не свет,— возразила девочка, снова жалобно посмотрев на него.— Я тоже плохая, и я… Я эгоистка. И я злюсь, и…
Эй чуть боднул её лбом, усмехнулся:
—Это неважно. Ты не свет, и не добро, да. Но всё это неважно.
—А что — важно?
—Осень,— хрипло прошептал парень,— ты — мой маяк. Так уж получилось. Если с тобой что-то случится, меня затянет снова в Зазеркалье. Я перестану быть. Замру, как муха в янтаре. Но и с тобой рядом я быть не могу: моя тьма слабеет.
—Почему?
Она произнесла этот вопрос почти беззвучно. Эй заглянул в её глаза:
—Этого я пока не понял, только почувствовал, что очеловечиваюсь. А мне этого нельзя. Пожалуйста, живи. Хочешь, я сниму вам с Алисой квартиру? Или куплю. Или… загрызу всех, кто тебя обижает. Уничтожу любого твоего врага. Мне плевать сколько у него денег и какие связи. Для Пса бездны нет препятствий. И это я могу сделать, не нарушая внутренней тьмы.
—А что с тобой будет после того, как я умру? Ну… ты же вечный, а я — нет?
—Я разберусь с этим.
Осень фыркнула, сморщилась, попыталась улыбнуться:
—С тем, что я не вечна или со своей зависимостью от меня?
Эй молчал. Она вздрогнула и прижалась к нему:
—Ты можешь поместить меня в Зазеркалье… Там же я буду жить вечно, да? Значит, и ты…
—Да,— хрипло прошептал Пёс, чувствуя её дрожь.
Закутал девочку в одеяла, растрепал волосы:
—Могла бы мне и не подсказывать, да? Дурашка.
—Ты это сделаешь?— жалобно пропищала Осень, выныривая из кокона.
—Вот у тебя память. Как у рыбки гуппи. Я же сказал: на Зазеркалье человек должен согласиться добровольно. Ну? Ты забыла уже?
—Если это нужно, чтобы ты жил…
Он снова набросил на неё одеяла. Девочка забилась, а когда выпуталась и, злая, взлохмаченная, уставилась на него, Эй уже стоял обутый и зло-весёлый.
—Не дури,— остановил её желание высказаться.— Зайцам не положено советовать волкам, как лучше приготовить зайчатину. Это раз. Два: тебе пятнадцать лет…
—Шестнадцать!
—Скоро будет. А пока: тебе пятнадцать лет. Ты мелкая. У тебя впереди — вся ваша жалкая человеческая жизнь. Тебе просто не повезло, что первым нормальным мужиком в твоей жизни оказался я.
—Не ты!
—Ты сейчас про эльфанутого? Я же сказал: первым нормальным, а не про штаны в целом. Ну, влюбилась, с кем не бывает. Гормоны, романтика, все дела…
Осень сердито швырнула в него подушкой. Эй поймал, бросил обратно и рассмеялся:
—Так, мелкая, давай с тобой договоримся: ты просто живёшь. Бодро и радостно, на всю катушку. Мы не общаемся. Никаких: «привет, как дела?», смайликов, песенок и вот всей этой хрени. Ты про меня забыла, ок? Запомни: любая проблема — это новые возможности. Перестань раскатывать сопли, оглядись и увидишь. Тебе объявили бойкот в классе? Да супер. Ты теперь точно знаешь, кто в классе шваль, а кто человек. Дружи с теми, кто человек. Если все — дрянь, перейди в другую школу. Вон, кстати, Дима там у тебя норм. Отличный же парень.
—Он стрёмный…
—Стрёмный — это я. И слизняк эльфанутый. Дима — норм. Вырастет — вообще огонь будет. Сестра у тебя хорошая, помогай ей. Ты ей нужна. Мать — паршивая, это да. Но и… плевать на неё. Я оформил на тебя новую карту. И да, расходы по ней я буду видеть, чтобы ты понимала. Но тратить можешь столько, сколько захочешь. Пока я не блокану. Оставляю это право за собой.