Люцифер. Путь Падшего (СИ)

— Моя не понимать твоя. Глюпый китаитса! — Чунь Хе задергался, затрепыхался и…
…отчаянно рванувшись, оставил в пальцах Майка кусок рубахи. Ловко приземлившись на ноги, перепуганный китаец задал стрекача, бросившись наутек и даже позабыв о своих сестрах, или кем ему эти девочки приходились…
Ну пиздец. Типичный вавилонский сценарий*.
И что с ними делать?
— И чего с ними теперь делать? — словно озвучил мои мысли Война.
— Сам заварил кашу — сам и расхлебывай, — пожал я плечами.
Не хватало еще вам слюни подбирать и задницы вытирать каждый раз, когда вы обосретесь. Я вообще тут кто: безжалостный инфернальный Дьявол, или заботливая мамочка-наседка?
Впрочем…
Я закрыл глаза, и «огляделся». Перепуганная душонка беглого китаезы обнаружилась неподалеку. Похоже, он просто спрятался, и теперь выжидал, когда мы уйдем. 
Вы не подумайте, что я какой-нибудь там расист или что-то вроде этого. Мне плевать, черные, белые или желтые — я всех смертных презираю совершенно одинаково. Тем более, что уж мне-то прекрасно известен изначальный замысел, и почему разные народности людей получились именно такими, со всеми их отличиями и особенностями. Да и весят души совершенно одинаково, что у китайцев, что у гордых кельтов или ариев.
— Поехали в церковь, — повернулся я к индусу.
— А дети?
— Никуда не денутся, Чунь Хе за нами наблюдает во-о-он оттуда.
Вряд ли он мне поверил. Впрочем, оно и не важно. Главное, что мы снова вернулись в машину.
— Есть какие-то предпочтения? Может, русский православный храм*? Тут как раз недалеко…
Я скривился:
— Нет уж, на сегодня с меня хватит русского. Что еще есть поблизости?
— Церковь святого Причастия? Я не особо разбираюсь во всех этих штуках, но ее показывает навигатор, как ближайшую.
— Сойдет, вези нас туда…
Церквушка оказалась довольно приличной, хоть и без особых архитектурных излишеств: главное здание на тысячу-полторы человек, да пристроенная рядом часовня с неизменным источником моей головной боли — колоколом. Главный фасад выглядел вполне современно, и если бы не неуместные колонны, торчащие слева и справа от входа, церковь можно было бы принять за обычную небольшую школу. Хотя статуи святых, скрывающихся в нишах боковых фасадов слева и справа от высоченных витражных окон, выглядели весьма грозно.
— Что с вами, Мастер?
Похоже, на моем лице отобразилась вся гамма неприятных эмоций, которые вызывал у меня один лишь вид священного строения. Зубы разнылись, из глаз непроизвольно покатились слезы, а кончики пальцев начало неприятно покалывать.
— Все в порядке… А-а-апчхи!
Ну вот, аллергия, как и следовало ожидать. А это значит, что зданию никак не меньше сотни лет*, и все это время оно использовалось по назначению, причем, весьма интенсивно — верующие намолили вполне ощутимую ауру, которая…
— А-а-апчхи! 
Собственно, вот.
— Держи, — я протянул нашему водителю честно заслуженные 150 баксов, — Еще сотню получишь, если дождешься нас и отвезешь назад.
— А сколько за душу дашь? — деловито поинтересовался индус.
— Чего-о-о?
— Я видел, как ты покупал души у тех бродяг. У меня тоже есть душа.
Точно, в индуизме ведь активно продвигается тема бессмертной внутренней энергии, составляющей главное «Я» человека. К слову, за свои 43 года Масуд успел сколотить довольно неплохой капитал — его душу можно было оценить хоть и в небольшие 5 единиц, но зато светлой энергии. И это при его-то характере! Невероятно.
— Сотню, — предложил я.
И мысленно приготовился накинуть еще половину от этой суммы — там, внутри, у меня каждая крупица энергии будет на счету.
— Двести? — неуверенно предложил индус.
— Сто пятьдесят.
— По рукам! — тут же согласился он.
Видать, боялся, что я попробую снова провернуть вариант с ассиметричными ставками. 
— И не боишься?
— Чего? — не понял тот.
— Отдать Дьяволу свою душу, обрекая ее на вечные мучения.
— Ай, — беззаботно махнул тот рукой, — Оставь это все глупым христианам. У моей души осталось еще три перерождения. Так что недолго тебе ей владеть, Искуситель.
 
Хм. А этот индуизм, оказывается, очень даже перспективная религия! И почему я раньше особо не уделял ей особого внимания? Если последователи индуизма так запросто расстаются с самым дорогим, что у них есть, теряя свою единственную связь с Творцом, то надо бы провести серьезную пиар-кампанию в пользу этой чудесной религии!
Так-так… Что там у нас еще есть с реинкарнацией души? Может, еще окажется, что зря мы столько сил, средств и ценных кадров угрохали на популяризацию Сатанизма!
Надеюсь, эти смертные сохранили «Википедию»? Очень полезный был сайт, который сильно помог мне во время прошлого визита. Даже удивительно, что я сам не додумался до создания чего-то подобного. Кладезь знаний человечества, которые можно подавать под каким угодно соусом, править и дополнять, влияя на неокрепшие умы через печатное слово и сокрытые образы…
Так, где тут «Реинкарнация»?
Ого!
Буддизм, джайнизм, даосизм, синтоизм, каббалисты, пифагорейцы, платоники и теософы — список оказался немаленьким и определенно заслуживал более пристального внимания. Но это уже потом, а пока есть дела поважнее.
+5 Энергии Сотворения 
Ну и сразу, чтобы подстраховаться, прежде, чем зайти внутрь: 
-6 Энергии Сотворения 
Способность «Регенерация» улучшена до 2 уровня! 
— Ну что, мальчики. Похулиганим? — я оскалился, чувствуя, как удлиняются мои клыки, и сделал приглашающий жест рукой.
— А разве вам можно… туда? — осторожно поинтересовался Юджин.
Ну да, его мать — убежденная христианка, так что он кое-что в этом понимает.
— Здесь и сейчас мне очень даже НУЖНО туда. Считай, что это такой сеанс шоковой терапии.
— Как скажете… Мастер…
И мы втроем вошли под благословенные Отцом и намоленные тысячами и тысячами прихожан своды церкви Святого Причастия…
***
— Эй, Зак!
Услышав голос моего Господина, я оторвался от летописи и поднял голову.
— Да, Повелитель?
— Следующую главу ты напишешь сам и от своего лица.
Я всмотрелся в нечеловеческие желтые глаза своего Господина, в которых горело Пламя Бездны, и покачал головой:
— Не понимаю вас, Повелитель.
— Врешь ведь. Не забывай, что я тебя насквозь вижу. Все твои мысли и желания. Ты для меня — как открытая книга, человек.
— Да, Повелитель.
— Раз уж мы дошли до момента нашего с тобой знакомства, то почему бы тебе не описать его так, как все происходило с твоей точки зрения, Зак?
— Как вам будет угодно, Повелитель.
— Сука, не беси меня, смертный! В конце концов, есть у тебя хоть какое-то подобие воли, подаренное Творцом вашему жалкому и недолговечному роду?
— Вы были столь любезны, Повелитель, что лишили меня этого дара.
— Тогда считай, что я тебе его вернул. Временно! Итак, следующая глава будет целиком на твоей совести. Напиши все так, как это видел ты.
— Да. Я постараюсь.
— Как ее назовешь?
— Думаю, что «Явление ужасного Владыки Преисподней в столпах адского пламени перед кроткой паствой Господа нашего в церкви Святого Причастия».
— Святые подмышки! Теперь я вспомнил, почему решил лишить тебя свободы воли. Значит так. Назови ее просто «Крестовый поход Люцифера».
— Но вы же сказали…
— Я. Сказал. Назови ее. Просто. «Крестовый поход Люцифера». Ты понял, смертный червяк?
Черный коготь, поглощающий без остатка свет пламени Вечной Свечи, озаряющей мою каморку, вонзился в поверхность стола и прочертил в нем огненную борозду.
 
— Да, — я склонился в поклоне, — Ваш раб исполнит любой приказ своего Повелителя.
— Так. Ты опять начинаешь? Никакого рабства! Это прерогатива моего папаши, превращать свою паству в рабов божьих. Слуга и последователь — так будет точнее.