Шайя (СИ)
Но девчонка, ни на секунду не останавливаясь, побежала вперёд, бурча про дикость нравов. Дамир поспешил следом и взялся объяснять:
— Это нам из одного магазина экологической еды прислали. Туда обычно личные повара важных шишек ходят закупаться. Они впервые нам что-то прислали, так как участвуют в программе безотходного производства. Раньше то, что им не надобно, они передавали в другие магазины более низкого класса, но иногда проще выкинуть, чем возиться с переоформлением документов.
Малышка остановилась возле мешков и залезла в один из них с головой, принюхиваясь, а потом зачерпнула ладошкой муку, внимательно рассматривая её. Тоже самое проделала с крупами, а кладовщик продолжал рассказывать, откуда у него появились эти продукты:
— Ниярди узнал о проблеме магазина и предложил им участие в этой программе, а так же предложил самому заезжать к ним раз в месяц за некондиционными продуктами, но наши только банки с просроченным мёдом разобрали, остальное вот… лежит.
— Мука серая потому, что ржаная, — она сунула ему её под нос и показала, что надо принюхаться, — а та, что названа вторым сортом, так это не совсем верно. У вас тут настоящая обойная мука и, между прочим, она самая полезная! Некондиция в крупах — тоже не страшно, — пыхтела Шайя, указывая на мешки, которые надо грузить.
— Зачем тебе всё это? — недовольно пробубнил Цер. — Сакр говорит, что захламление в доме ведёт к беспорядку в голове.
— Не переживай, у меня всё будет в порядке, как в доме, так и в голове.
— Сомневаюсь. У тебя там уже кавардак!
— Ты после убедишься, что я ничего лишнего не взяла. Дамир, а у вас есть тут соль, сахар?
— Да, ты разве не видела? Ах, это я виноват, сгрузил на них старые календари. Их какая-то фирма на заказ делала со своим логотипом и не забрала. Нам на растопку дали, а я забыл про них.
Дамир скинул несколько коробок и показал Церу на мешки с сахаром и солью.
— А он поднимет их?
Мужчина снисходительно улыбнулся и, открыв мешок, достал оттуда пачку соли.
— Это просто оформление такое, под старину! А так она расфасована по килограмму. Никто не купил её, потому что в ней повышенный процент камешков. А я взял и иногда выращиваю из неё кристаллы. Очень красиво получается.
— О, тогда нам несколько килограммов — и достаточно. А с сахаром что не так?
— Намок и слипся.
— Ничего, разобьём и просеем. Молоток есть! А вот сита я не видела.
— Даже не знаю, что это такое.
— Похоже на миску с мелкими дырочками.
— Есть ковш с дырочками, ещё есть большая плоская ложка с дырочками и деревянный стакан с дырками. Я думал, бракованные.
— Как же я прошла мимо них! Мне надо!
Дамир засмеялся и пошёл искать необходимую посуду.
— Слушай, ну зачем тебе весь этот мусор? — возмутился Цер.
— Увидишь!
Вскоре, Шайя торопила своих помощников и следила, чтобы они ничего не потеряли по дороге. Время близилось к полудню и ей не терпелось выпить чая и разобрать имущество.
Глава 3.В которой у Шайи голова идёт кругом от предстоящих дел
— Цер, а что это за растения, мимо которых мы проходим? Их листики можно заварить как чай?
— Да у нас почти всё можно заварить и пить, только невкусно это! Лучше шипучку раствори, я тебе их целую коробку принёс с разными вкусами!
— Спасибо, Цер! Но всё же, вот это годится? Что это? — подскочила Шайя к небольшому пятачку, заросшему интересным растением.
— Это лофант. Старейшина всё время его себе заваривает. А моя мама составляет из него букетики и кладёт возле головы, когда спать ложится. Ей очень нравится запах лофанта. Вообще-то это очень полезное растение, — подытожил парень и, оставив тележку, сорвал листик и быстро закинул его в рот.
Шайя собрала небольшой букетик, положила его поверх барахла в тачке, которую она катила, и вопросительно посмотрела на Цера. Он взял за ручки свою тележку и, продолжая путь, начал неохотно показывать, что ещё можно использовать для заваривания, но вскоре увлёкся, и когда они добрались до дома Шайи, на тачке сверху уже лежал огромный букет из разных трав.
Кое-что ей было знакомо по книжкам, но в природе видеть не доводилось. Например, она прошла бы мимо настоящего чайного куста, хотя много читала о том, как собирают верхние листики, как их ферментируют и хранят. Зато иссоп с душицей она опознала без подсказки и набрала с запасом. А вот если бы Цер не подсказал, что можно заваривать мясистые шарики-цветки красного клевера, то прошла бы мимо, а ведь сама пила когда-то китайский чай, в котором с удивлением разглядывала это соцветие.
Шайя набрала лекарственной ромашки, герани луговой, лимонника, монарды, а у самого дома — немного таволги. В её прошлой жизни этот кустарник называли лабазник, а кто-то даже путал со спиреей. Но Шайя из рассказа Цера запомнила главное: это растение помогает при головной боли, имеет приятный медовый вкус и отгоняет мух, поэтому он и посажен возле окна её кухни.
— Шарисса, когда стирала что-то или готовила, всегда на него использованную воду выливала, чтобы земля не пересыхала. Поэтому он хорошо у неё разросся.
— Значит, хоть кто-то у вас что-то готовит? — подловила парня Шайя.
— Слушай, мы много чего едим! — возмутился он, не понимая, к чему цепляется малявка. − У той же таволги корешки съедобные, а я тебе потом ещё покажу растения, корни которых очень даже ничего. А уж сколько здесь орехов растёт и грибов! Пока ягоды не созрели, можно цветы собирать и заваривать их. Правда, я их не люблю, но иногда вместе со всеми балуюсь этой ерундой. И потом, ту еду, что нам привозят, надо же как-то разогревать, иногда смешивать с другой едой. Шарисса любила в каши из пакетиков класть настоящие фрукты. Она их осенью собирала и сушила. А когда привозили овощные пасты, то она туда добавляла специи. У нас много чего растёт, и она всё это собирала, сушила, толкла.
— Хм, а ты покажешь мне все полезные растения? Я бы тоже занялась собирательством.
— Покажу. Я затем к тебе и приставлен, чтобы познакомить с долиной. У нас тут может быть опасно.
Шайя показала, куда поставить тележки и, поблагодарив Дамира за помощь, попросила Цера вновь разжечь огонь, только в этот раз в кухонной печи.
— Зачем? Жарко же, упаришься!
— Я хочу нагреть воды, чтобы помыться.
Шайя поставила перед парнем вёдра. В ангаре она набрала их много. Теперь у неё были большие ведра на десять-двенадцать литров, походящие на земные оцинкованные и эмалированные, и ещё она взяла странные ведра, которые были поменьше, но по весу тяжелее, и сделаны они были из керамики. Ей очень понравилось, что у тяжеловесных керамических ёмкостей были крышки. И, конечно же, она не удержалась от полного набора пластмассовых вёдер всех размеров. Здешняя пластмасса чуточку отличалась от земной тем, что была мягче, как будто в составе был силикон.
Одно ведро было высотой по пояс Шайе и если его перевернуть, то получилось высокое сидение, но девочка решила использовать его под длинные ветки хвороста, чтобы они не валялись на полу, а стояли как в вазе. Местные вёдра были не круглые, а овальные, что оказалось удобнее при их использовании. Впрочем, кроме пластмассовых пятилитровых, ни одно из раздобытых вёдер ей было не поднять, если их наполнить доверху водой, и пока Цер был здесь, она выставила перед ним всю имеющуюся тару для воды.
Он вздохнул и пробубнив что-то насчёт того, что ему ещё надо идти за хворостом из-за такой расточительной хозяйки, как она, всё же отправился к роднику.
Второй помощник Шайи никуда не ушёл, а подвинув ящик в сторону, присел, и жмурясь под лучами солнышка, делал вид, что его тут нет.
Кусая губы и размышляя, за что взяться первым делом, Шайя разложила собранный гербарий по букетикам и обвязав каждый ниткой, приспособила все травяное добро сушиться в тени под нависающей крышей. Там оказалось вбито огромное количество крюков. Теперь у неё освободился стол, на котором осталась лежать маленькая кучка листиков, приготовленных для фиточая.