Демон в белом
Руки дрожали, и я вдруг понял, – меня как будто отрезали от всех чувств, обернули толстым одеялом, – что забываю дышать.
Я мог ее убить. Как она посмела меня унижать? Меня. Я на миг стал тем заговорщиком, которым меня считали Браанок и Львы. В тот миг я готов был зарезать ее и пробить себе путь к трону. Меня захлестывала марловская ярость, ослепляющая и холодная, как далекие звезды.
– Мама, прекрати! – Из толпы появился Александр.
– Александр, ты как раз вовремя!
– Я сказал «прекрати»! – перебил принц, вставая между мной и креслом императрицы. – Сэр Адриан не сделал ничего плохого. Остановись немедленно.
– Ты его защищаешь? – с прищуром спросила Мария Агриппина.
– Он не нуждается в защите, – гордо парировал мой сквайр. – За него говорят его дела.
Я не знал, как реагировать. Еще несколько дней назад этот же принц просил меня встать перед ним на колени.
Нога в сандалии втянулась под пышные белые юбки.
– Уведите его с глаз моих.
– Александр, спасибо, – сказал я, когда мы отошли подальше от ложи ее величества.
Селена жалась рядом, понурив голову.
– Ей не следовало так себя вести, – ответил принц, глядя мне в глаза.
Мои руки по-прежнему дрожали, но я не понимал, от страха за жизнь или за честь.
– Я рад, что вы пришли, – сказал Александр. – Я хотел извиниться.
– За что вам извиняться? – изумился я.
Он склонил голову и приложил правую руку к груди в воинском приветствии:
– Это я попросил у отца разрешения отправиться с вами. Ваше мнение никто не учитывал. Любой на вашем месте рассердился бы.
Я удивленно моргнул, пораженный внезапной искренностью юного нобиля. Она произвела на меня сильное впечатление.
– Теперь, – добавил он, – я хочу попросить вас лично взять меня с собой, когда вы в следующий раз покинете Форум.
Я разинул рот от удивления, не в силах выдавить ни слова. Если меня в самом деле собирались посадить на место лорда Пауэрса, то мне предстояло навсегда остаться на Форуме. В случае женитьбы на Селене я был бы вынужден провести остаток своих дней в Перонском дворце, словно сказочная принцесса в охраняемой драконом башне. Я мог бы выброситься из окна. В голове разом закрутились сотни ответов, но в конце концов я выбрал самый первый.
– Ваше высочество, я не уверен, что в обозримом будущем покину Форум.
– Понимаю, – после короткой паузы ответил Александр. – Но… если покинете.
– Это ваших рук дело? – повернулся я к Селене.
Принцесса подняла голову. Ее лицо было по-прежнему бледным, но на нем заиграла улыбка.
Мимо прокувыркалась пара акробаток, на которых не было ничего, кроме нарисованных прямо на теле шутовских костюмов и колокольчиков в волосах. Александр с восхищением проводил девушек взглядом. Селена сидела вместе с братьями, сестрами и другими знатными особами, все хлопали в ладоши и выпивали. Я к спиртному не притрагивался.
Позади нас загремели фанфары, и по сигналу церемониймейстера деревянные корабли столкнулись друг с другом. Команды принялись сражаться; гладиаторы посыпались с палуб в искусственное море.
– Они не утонут? – спросила принцесса Вивьен, которая бросила где-то застенчивую Титанию и вернулась посмотреть сражение в компании старшей сестры.
Я помотал головой.
– Это обученные гладиаторы. Видите, какие на них маски? Под ними специальные мембраны. Один или два могут погибнуть при столкновении судов, но большинство будет в порядке.
Под репликами античных доспехов на гладиаторах были заполненные противоударным гелем-абсорбентом боевые комбинезоны, мало отличавшиеся от амуниции настоящих легионеров. Разница была лишь в том, что костюмы гладиаторов были сконструированы так, чтобы имитировать реальные травмы по мере получения урона, вплоть до полного обездвиживания.
– Устройство костюма не идеально, – объяснял я обеим принцессам, Баяре и небольшой группе слушателей, собравшихся поглазеть на Дьявола Мейдуа. – В них вмонтирована система начисления очков, которую можно обмануть, нанеся серию слабых ударов, которые в реальном бою не причинят вреда. Однажды я побил так гладиатора, когда был… – я едва не сказал «мирмидонцем», но успел сообразить, что это подтвердило бы худшие слухи о моем прошлом изгоя, – когда был в Колоссо.
– Вы сражались в Колоссо? – изумилась Баяра. Если не обращать внимания на рыжие, как у детей императора, волосы, эта незнатная палатинка напоминала мне Анаис Матаро.
– Яра, я же тебе говорила! – Селена положила руку на колено подруги.
– Почти четыре года. На Эмеше.
– Где это? – состроила гримасу Баяра.
– Во внутреннем кольце, – ответил я. – Прямо на краю Вуали, у границы с фригольдами. – По выражению лица фрейлины я понял, что ей это ни о чем не говорит, и улыбнулся. – Настолько далеко, насколько возможно. На краю Империи, в самом сердце Галактики. Дальше, чем вы можете представить.
Такое объяснение понравилось девушке больше, и она просияла.
– Вы правда сбежали из дома? – отвлекшись от сражения на искусственном море, спросил сидевший у самой ограды Александр.
Я ответил не сразу. Внизу сервиторы огромными сетями вылавливали упавших гладиаторов и обломки кораблей.
– Правда, – сказал я, наблюдая за происходящим с легкой ностальгией. – Я собирался поступить в Экспедиционный корпус схоластов на Тевкре, но так туда и не добрался.
Я хотел было поделиться воспоминаниями из моего гладиаторского прошлого, но унижение перед императрицей еще не забылось, и я промолчал.
– Как вас занесло на Эмеш? – спросил Александр. – Оттуда до Тевкра почти так же далеко, как сюда.
В голове вспыхнуло видение, показанное Братством в недрах Воргоссоса. Контрабандисты, увозившие меня от Делоса и отца, исчезли, звезды за иллюминаторами стали другими. Та же сила, что воскресила меня, несла меня сквозь космос, наставляла на путь, который привел меня на Воргоссос. На Эринию и Аптукку. К Иубалу и моему триумфу. Я был фигурой в игре, правил которой не понимал. Во мне вновь проснулось желание улететь с Форума на Колхиду и отыскать в Имперской библиотеке ответы на мучившие меня вопросы.
– Сам не знаю, – ответил я принцу, и в целом это было правдой. – Я был в фуге. Когда очнулся… то оказался не там, где ожидал.
Солнце заслонила тень. Повернув голову вместе с миллионом других людей, я увидел, как баржа поднялась на воздушных подушках и взмыла над толпой, над держащими флаги статуями, над экранами-парусами и под звуки труб и пушечную канонаду зависла над колизеем. Церемония открытия завершилась. Дальше по программе был командный бой гладиаторов – не по привычным правилам, на арене Большого колизея, а на этой воздушной платформе.